"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 909

– Вот что, капитан, – прервал молчание Стаффорд, – мне думается, что стоит помочь Элаану. Мы уже помогали диким эльфам.

– Да-да, помним их благодарность, – разглядывая носы грязных сапог, фыркнул Вогнар. Он, скрестивший руки на груди, не поднял косматой рыжей головы, но от его сбитой невысокой фигуры волнами исходила злость.

– Помогать маленькой деревне, затерянной в лесу Крагриэль, и участвовать в полномасштабном сражении – не одно и то же, – произнес Ламберт, покачав головой. – Сейчас между эльфами и Империей нет союзных обязательств, и император Мередор может не одобрить подобной инициативы.

– К тому же, Стаффорд, вспомни, что совсем недавно они бесцеремонно вторглись в наши земли, – буркнул Вогнар, его лицо напряглось. – И почему мы должны им помогать? Нас никто не облекал полномочиями заключать соглашения!

– Я тоже не питаю любви к детям Галлеана, – неожиданно вступил в беседу обычно немногословный Ольвэ, и все обернулись к нему, застывшему у полога, – но, капитан, позволь тебе напомнить, что у нас сейчас общий враг! Может так выйти, что Фив прав и Хаархус рядом с нами, а мы упустим его и плененную Иноэль только потому, что дипломаты не могут подписать с эльфами мирного договора!

– Услышь голос разума, Ламберт, – тут же горячо заговорил Стаффорд, найдя среди рыцарей союзника, – неплохо было бы заручиться поддержкой эльфов! Отряд немногочислен, земли сейчас принадлежат им, а наше путешествие, возможно, еще продолжится.

– И прости мою прямоту, капитан, – хмыкнул Бигдиш, оттянув ворот плаща пальцем, – когда Легионы догрызут эльфов, они, вне всякого сомнения, возьмутся за нас.

– Это не навредит ни нам, ни… Империи, – заметил Ольвэ, подняв черную бровь.

– Похоже, друзья мои, вы правы, – наконец произнес Ламберт после долгого раздумья. – С рассветом трогаемся.

– За Империю! – сверкнул белозубой улыбкой Нибур, подняв руку, сжатую в кулак.

– Угу, за Империю, олух, – пробормотал гневно Вогнар, вываливаясь наружу.

Когда воины вышли из шатра, сизый вечерний сумрак уже накрыл стоянку. Небо темнело, и у горизонта уже наливалось чернотой. Поблескивали искорки далеких звезд, и посреди их сверкающего узора красовалась одна из трех лун, неполная и бледно-желтая. Закончились тренировки, и воины собрались у походных костров. Тишина окутывала осенний лес, и непонятное нехорошее предчувствие поселилось меж путешественников.

Лукай заметил Лариэлла. Мальчишка протягивал трясущиеся руки к костру с прилаженным на таганке котлом похлебки. На бледном, сильно осунувшемся лице Лариэлла лихорадочно сияли глаза, под ними залегли тревожные тени. Выглядел он жутковато, таким бессильным, словно собирался отдать душу Всевышнему. Или же Мортис?

Нет-нет да и кидал он на шатер Ламберта взгляды, полные ожидания…

Ночь быстро накрыла эльфийский лес. Темнота незаметно просочилась из-за деревьев и зарослей орешника. Она расступалась возле костров, и на траве играли неровные тени. Лагерь погрузился в тишину, как всегда перед сложным боем. Сейчас воинов одолевал страх, но уже завтра желание выжить победит любую панику, и они, окутанные яростным огнем, будут бросаться дикими зверями на врагов. Каждый здесь знал, что выживает обычно тот, кто бьет первым. Они боялись не ударить, а оказаться вторыми.

– Дозорные на постах, – отчитался перед Лукаем воин с пересеченным шрамами лицом, и мечник молча кивнул.

Он оглядел черную стену леса, стараясь отметить движение или тени, но лишь ветер шелестел в кронах деревьев. Изредка его порывы становились сильнее, и тогда на землю, играя, осыпались листья.

Тут Лукай заприметил, как из шатра Ламберта, воровато оглядевшись, выскользнула фигура, стараясь оставаться незаметной. Не останавливаясь, незнакомец бросился в черную мглистую гущу, желая укрыться, но мечник-то сумел разглядеть ярко-алый плащ Лариэлла!

Тяжело дыша и превозмогая ставшую неожиданно невыносимой боль в груди, Лукай заторопился к шатру. Он резко распахнул полог и остановился на пороге, мечущимся взглядом оценивая обстановку. Топчан с одеялами, седельные сумки, сваленные на полу, карты, аккуратно скрученные на столе, рядом на грубой холщовой салфетке две плошки с обычной похлебкой, ломти хлеба грубого помола, глиняный сосуд с вином.

– Лукай, это ты, друг мой? – услыхал он донесшийся сзади голос Ламберта и посторонился, пропуская его внутрь.

Мечник промолчал, не желая открывать причины своего появления в пустом шатре. Капитан находится в опасности – подсказывало мечнику шестое чувство.

– Разделишь с нами трапезу? – просто спросил капитан, входя.

Следом показался Стаффорд, протиснувшийся боком мимо застывшего на входе мечника. За ним трусил рыжий пес, обнюхивавший землю, по которой ступал хозяин.

Ламберт разлил по глиняным стаканам вино, предложил один Лукаю. Тот принял, протянув руку, и сморщился от боли.

– Как твоя рана? – спросил капитан, отламывая хлеб. – Беспокоит?

– Не сильно, – нехотя соврал мечник.

– Раны, нанесенные проклятым оружием, всегда долго заживают, – тихо произнес Ламберт; выглядел капитан расстроенным и погруженным в невеселые думы. – Хуже только укусы и ранения от нежити.

В ранах Лукай силен не был. Во время схватки в нем просыпалось всепобеждающее желание выжить и в теле появлялись ловкость, гибкость, мощь, позволявшие избежать многих неприятностей. Вот только не в этот раз, а потому мечник мучился. Рану-то получил по собственной глупости, случайно пропустив подлый удар. То же самое случилось и пять лет назад.

Капитан между тем рассеянно бросил псу хлеб, и тот поймал кусочек еще на лету, проглотил, не разжевывая, и в ожидании продолжения пира уставился на хозяина. Ламберт отломил крошку и положил себе в рот, подумал и отдал псу весь ломоть. Стаффорд, медленно смаковавший вино, следил за любимцем Ламберта, хмуро сведя брови у переносицы.

Пес схватил угощение и, пока его не отобрали, довольный, потрусил к отогнутому пологу, за которым виднелась залитая светом походных костров стоянка.

Это случилось неожиданно. Пес сделал несколько шагов, и тут странно вильнул, словно его ударили. Он мгновенно осел на землю, так и не достигнув полога, его тело содрогалось от конвульсий. Из открытой пасти выпал хлеб и потекла белая пена.

Ламберт, оцепенев, смотрел на мертвого любимца, и с лица его схлынула кровь. Стаффорд, охваченный ужасом, выронил стакан. Лукай дернулся, позабыв про боль. Молчание становилось невыносимым, воины остолбенели от осознания страшной правды.

Всего пару минут назад капитан проглотил проклятый крошечный кусочек отравленного хлеба…

Ламберт бессильно опустился на табурет, скрипнувший под ним. На лбу выступили капельки пота, пальцы судорожно затеребили завязки плаща.

– Лекарь! – пробормотал Стаффорд, в панике бросаясь вон из шатра. В тишине ночи раздался его ужасающий вопль: – Герон!!!

Лукай знал, кто убийца! И это имя крутилось у него в голове. Позабыв про ранение, он метнулся из шатра в темноту ночи и заорал забеспокоившимся воинам:

– Где Лариэлл?!

– Не видел! – вытягивая шею, крикнул Рорин.

– Да что случилось? – всполошились воины.

Лекарь, схватив сумку, несся быстрее Стаффорда в капитанскую палатку.

– Ламберта отравили, – произнес Лукай, и его голос прозвучал в гробовой тишине.

На лицах вояк отразился почти животный ужас. Началась сумятица, все бросились к шатру, где лекарь судорожно бил хрипящего капитана по щекам и пытался, разжав сомкнутые зубы, всыпать в рот порошок противоядия. Стаффорд в панике метался по шатру, схватившись за голову.

– Кто? – вскричал Бигдиш, не находя себе места.

Он уже побывал в шатре, выбежал и теперь протиснулся обратно. В это время Лукай носился по лагерю, пытаясь отыскать убийцу.

– Где Лариэлл? – быстро спросил он.

– Это Лариэлл? – коротко процедил Бигдиш, а потом вдруг заорал, надрывая глотку: – Это Лариэлл!!!

Лагерь наполнился суматошным движением. Воины с факелами обыскивали ближайшие заросли, ведь во тьме эльфийских чащ убийца все равно не смог бы уйти далеко. Лес страшен, наполнен зверьем. Хотя мальчик в алом плаще сейчас представлял собой в его глазах самое отвратительное чудовище из всех существующих в Невендааре.