"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 1038

Пока я размышлял об этих постаревших трупах, мне пришла в голову одна интересная мысль. Думаю, у местного страха гораздо более глубокая природа, чем мне казалось ранее. Возможно, что это даже и не страх совсем… То, что находится в центре комплекса, очевидно, ускоряет некоторые процессы и, возможно, даже само время! А страх — это всего лишь попытка сознания дать определение новому незнакомому чувству, которое, как и страх, сопровождается ускорением работы всего организма. Это объясняет и смерть людей Гардхаруса, и то, что последние два тела, которые я нашел, истлели больше других. Отчасти это объясняет и то, почему я все еще жив и даже не начал стареть. Как инквизитор, я несу в себе порядок более высокого уровня, а воздействие времени, как известно, наиболее разрушительно в первую очередь для наименее упорядоченных структур. Грешник, чья душа полна хаоса, не прошел бы здесь и половину пути.

Ну да, пофилософствовали, и будет — кажется, я уже вижу выход. По моим расчетам, центр всего этого безумия будет как раз за той рунной аркой.

…

Я почти подошел к выходу. Отсюда хорошо видно, что зал, в который выходит мой коридор, невероятно огромен. Каждый шаг дается с неимоверным трудом. В голове шумит так, будто на нее разом решили обрушиться тысячи водопадов. Надеюсь, если сознание отключится, то тело не подведет, и десятилетия тренировок направят мою руку так же твердо, как это сделал бы я сам. Всевышний Отец, дай мне сил!

…

Не понимаю, что случилось… Неужели я сорвался и убежал? Сколько же я был без сознания? И где я сейчас? Кажется, это один из тех боковых коридоров…

Факелы и лампа пропали. А значит, теперь у меня только один путь. И судя по тому, что тело по-прежнему испытывает это подобие ужаса, я где-то недалеко от центра, и работа все еще не выполнена. Нужно остановиться и попытаться вспомнить, что произошло… Так, главное — не отключаться…

День пятый?

Я все-таки отключился. Тело плохо слушается. Что это? Усталость? Откуда она? Сколько же я блуждал без сознания? Кажется, я снова в главном коридоре. Не знаю, тот ли это коридор, через который я шел, или один из соседних… Освободи.

…

Уже несколько раз ловил себя на мысли, что бездумно бреду куда-то. Серьезный у меня противник. Давно таких не было… Освободи.

Если так будет продолжаться и дальше, то я просто умру от истощения. Это под небом я легко смог бы прожить без еды и воды месяц, а то и два. Но здесь… Здесь я не чувствую дыхания звезд. За таким толстым камнем, я знаю, даже дети рождаются либо мертвыми, либо уродцами — взгляд Всевышнего не проникает на такую глубину и душа не может найти предназначенное ей тело… Нужно убираться отсюда, пока этот морок не извел меня. Я был не готов к такому… Освободи!

…

Как же мне обмануть эти картины? Как заставить себя преодолеть это отвращение? Нужно собраться с силами. Нужно попытаться понять… Освободи! Да, понять! Если я пойму природу этого страха или природу этого отвращения, то путь откроется. Куда бы он ни вел, но это будет путь! Чтобы освободить тело, нужно сначала выпутать свой разум. Освободи!

…

Как будто два продавца зазывают сразу в оба уха… Освободи! В голове только их слова и нет места для собственных мыслей… Освободи! И не разобрать, чего они хотят, и невозможно уйти… Освободи! Хотят ли они одного и того же? Освободи! Или у каждого из них свой товар и свой язык? Освободи!

Тело слушается все хуже. Освободи! Пишу эти строки, и не покидает ощущение, будто кто-то очень большой заглядывает в мою тетрадь из-за левого плеча… Освободи! Подсматривает… Освободи! И пишет что-то в ней своей длинной темной рукой. Освободи! Но нет, это всего лишь моя левая рука. Освободи! Правда, я ее совсем не чувствую… Освободи! В глазах все плывет, как только пытаюсь понять, что она делает… Освободи! Нужно бежать отсюда и не думать об этих картинах. Освободи! Закрыться от них. Освободи! Я смогу, ведь это всего лишь замкнутое и темное пространство. Освободи! Я сам сотни раз видел, как слабые личностью и душой еретики используют этот прием в своих сектах, чтобы стирать все ценности из души человека. Освободи! Чтобы сделать разум слишком слабым, дабы он принял любое лживое учение без малейшего сопротивления. Освободи! Тьма открывает лишь пустоту, а наполняет ее лишь свет… Освободи! Но свет, как и ангел, — лишь носитель, и не всякий свет — есть добро, как и не всякому ангелу чужда зависть… Освободи! Нужно просто понять это там, глубоко в душе, и путь к спасению откроется… Освободи! Нужно просто бежать… Освободи! Молитва поможет мне… Освободи!

…

Нет! Я больше не могу смотреть на эти картины! Что за чудовищный разум додумался устроить здесь галереи из этих отвратительных мерцающих пятен? Как будто знал, что рано или поздно тот, кто придет сюда, будет вынужден тянуться к нему, такому уродливому, тошнотворному, но единственному здесь свету. Но я больше не могу позволить этой липкой гнили просачиваться в мою душу! Как глуп я был, когда считал тогда, в другой жизни, что это отвращение мне ближе и понятнее! Их нельзя понять! Их нельзя принять! Все мое существо противится этому! Или, быть может, этот странный морок, который выдает себя за страх, так обостряет мое восприятие?

Но нет, здесь он слабее, я пробежал столько, что, в сравнении с тем, что было Там, почти не чувствую, как он давит мне на плечи… Однажды обострившись, это чувство теперь не может угаснуть, ибо таково и есть мое к ним отношение. Я все еще помню, что когда-то я наступал на горло самому сильному ужасу, но никогда не шел по пути отвращения. Другие — да, но это был их выбор. Зачем я пытаюсь быть здесь тем, кем не являюсь? Зачем пытаюсь бежать от себя? Зачем пытаюсь уподобиться им, живым мертвецам, стареющим под тяжестью собственных грехов? Обратный путь в этот мир отвращения для меня закрыт, я знаю… И есть лишь одно место, где нет этого гнилого света. Но и туда я боюсь возвращаться…

…

Теперь я вспомнил, что увидел там, в сердце этой тюрьмы, выстроенной богами. Да, теперь я понимаю, что это за место. Тогда, шесть тысячелетий назад Всевышний позволил оказаться в заточении не только Бетрезену… И теперь я знаю, что искала Церковь. Теперь я понимаю, почему смог выбраться Гардхарус и почему я не смогу. Теперь я понимаю его страх. И понимаю, как смешон страх перед инквизицией, за который я поначалу принял то, что было в его глазах, по сравнению с тем, что он испытал здесь. Ибо здесь он, действительно, нашел себя, свое неискаженное отражение, свой Истинный СУД.

Теперь у меня есть ответы на все те пустые вопросы, которые когда-то я считал важными… Остался последний, самый главный вопрос. Но на этот вопрос, кроме меня самого, никто не даст ответа. И, кажется, я уже знаю, каким он будет.

Да, лучше испытывать самый жуткий страх, чем самое жуткое отвращение. Я возвращаюсь, чтобы пройти сквозь то безумие мира, которое копилось здесь с тех самых времен, когда Невендаар впервые познал горе войн и предательство ангелов. Я возвращаюсь, чтобы открыть Ему свою душу и разум. И я чувствую, как легка стала моя дорога. Ведь путь на суд не может быть труден, если СУД Справедливый…

День???

Справедливость… справедливость нужна лишь единицам, а богам и толпе нужна ложь, ибо все трое заодно. И, чтобы этот мир существовал, справедливость должна быть в цепях. Это так просто, что никому не приходит в голову. Забавно. Я думал, что иду на свой СУД, но это оказалось всего лишь экзаменом и… «приглашением».

Возвращаюсь к своей старой и уже почти забытой привычке писать в походной тетради, чтобы хоть как-то собрать и упорядочить мысли… Сколько времени я провел здесь в этом бреду, в этой духовной лихорадке? Уже сотни, тысячи раз я хотел предать этот мир огню и тысячи раз я хотел его спасти. Тысячи жизней я прожил, и мне многое открылось, но теперь рассудок возвращается, и нужно принять решение…