"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 1009

Изидель хотела что-то сказать, но не смогла сформулировать, что. Она не без труда поднялась на ноги и лишь поглядела вслед морским жительницам. Затем повернулась в сторону города. Часть огней приближалась к ней. Голоса не умолкали. Ей надо было откликнуться, но она не могла. Позже… Ее разум сверлила какая-то мысль. Мысль, еще не облеченная разумом в словесную форму. Она знала теперь, чем еще будет заниматься ее общество. Она знала, для чего будет жить.

Александр Сейчас

ЕДИНСТВО РАС

Полупрозрачная струйка замершего дыхания вырвалась из-под усов гнома, когда тот обернулся, чтобы посмотреть на родные заснеженные горные хребты. Густые брови Форгмайна, великого воина кровопролитных и ужасных сражений, слегка дрогнули, и в глазах появилась невыносимая тоска. Быть может, ему уже никогда не суждено увидеть родных мест Тимории.

Тяжело вздохнув, гном решительно отвернулся и посмотрел себе под ноги. Еще несколько метров, и снежный путь закончится. Он стоял, погруженный в снег почти до колен. Но стоит ему сделать несколько шагов вперед, и он окажется в чужих недоброжелательных землях, где совсем нет того спокойствия, что витает в горах.

Форгмайн слегка качнулся вбок и шагнул вперед, наблюдая за тем, как снежный слой прямо на глазах становится все тоньше и тоньше. Но он уже давно на это решился и поэтому даже не задержался на границе, где белая корка снежного льда перешла в замерзшую землю. Он шагал уверенно, устремив взгляд в густой лес, что находился впереди. И только когда он добрался до первых кустарников и хилых молодых деревьев, обернулся, бросив последний взгляд на горы.

Пробираться по лесу оказалось куда сложнее, чем ходить по глубокому снегу. Широкие плечи гнома постоянно за что-то цеплялись, короткие и тяжелые ноги были не приспособлены для того, чтобы перелезать через толстые корни и поваленные от старости деревья. Ему приходилось делать широкие дуги, обходя препятствия, при этом злясь и ругаясь, когда его молот цеплялся за низкие ветки, он постоянно взывал к Вотану, чтобы тот дал ему силы пройти эти никчемные заросли.

К вечеру, когда в это время в горах еще солнце может освещать снежные равнины пару часов, в лесу наступает полумрак, Форгмайн устроился на ночлег. С неким безумным наслаждением и эйфорией гном повалил пару деревьев и, нарубив дров, развел костер. С улыбкой, которая угадывалась в его густой бороде и усах, он бросал ненавистное дерево в пламя и радовался его потрескиваниям.

— Кто теперь круче, тупая деревяшка? — довольно протянул Форгмайн, закрыл глаза и подставил бороду жару, идущему от костра.

Но не успел гном насладиться приятным ощущением от нагревания бороды, как ему пришлось вскочить на ноги. В его руках оказался боевой молот, а его лицо, обветренное морозным ветром, исказилось гримасой гнева.

Глаза Форгмайна прощупывали густой лес, что окружал его, а уши пытались снова уловить тот звук, что заставил его так встрепенуться.

— Глупый, глупый гном, — прозвучал насмешливый голос.

Форгмайн резко обернулся и с диким ревом воина, отведя молот в сторону, кинулся на того, кто там стоял. Темный эльф быстро вытащил короткий меч, шагнул назад и плавным, но сильным движением отвел смертельный удар молота в сторону. Не найдя цели, промахнувшись при ударе, гном повалился в листву. Перекатился через спину и, довольно легко вскочив на ноги, стряхнув с бороды сухие листья, мотнув ею из стороны в сторону, приготовился к атаке. Эльф же в это время с невероятной быстротой снял с плеча лук, и стрела молнией устремилась в противника. «Еще один мертвый гном…» — подумал Нуакхар, и тут же осекся. Стрела, пущенная им, наткнулась на преграду, со звоном, ударившись о металл молота, отлетев в сторону.

Гном медленно опустил молот, открывая свое лицо, и одарил испепеляющим взглядом стоявшего перед ним темного эльфа.

— Мало кому удается уйти от моих стрел, гном, — с уважением протянул Нуакхар, медленно доставая вторую стрелу и вкладывая ее в тетиву. — Что ты тут делаешь? Мне кажется, ты далековато ушел от своей каменной конуры.

— Древесный червяк, — брезгливо фыркнул гном, — мне сдается, что этот лес тоже не твое трухлявое бревно, которое ты называешь домом.

По лицу темного эльфа пробежалось недовольство, но лук он пока не поднимал.

— Что тебе тут надо? — снова повторил эльф, но уже более требовательно и серьезно.

— Могу задать тебе тот же вопрос. — Форгмайн крепче сжал рукоять молота. Гномов не так легко запутать.

Под потрескивание костра Нуакхар разглядывал своего противника некоторое время, после чего убрал стрелу в колчан и повесил лук на спину. Сражаться с горным жителем не было смысла, у него слишком важная миссия, чтобы тратить время на глупых и упертых гномов.

— Проваливай отсюда! — выкрикнул гневно гном, встряхнув своим молотом.

— Если бы я хотел тебя убить, — эльф выпрямился во весь свой рост и насмешливо усмехнулся, видя, как взъерошился гном, — то я бы это сделал еще тогда, когда ты пыхтел, рубя деревья.

Гном на это ничего не сказал, а Нуакхар ничего и не ждал от тупого уроженца гор, поэтому спокойно развернулся и замер. Форгмайн напрягся. Но взгляд гнома был устремлен не на темного эльфа, а чуть вбок, в темень между стволов деревьев, заросших кустарниками.

Из темноты пришло ощущение утраченной веры и спокойствия, словно густой туман, оно медленно распространялось по небольшой освещенной поляне. Эта мерзость взбиралась по телу, проникала внутрь и, как тяжелый камень, брошенный в воду, оседало в душе, разнося тоску по всему сознанию. Следом за этим ощущением пришел запах гнили.

Темный эльф в одно движение скинул с плеча лук и пустил стрелу в темень. И тут же из нее долетел звук пробитой ломающейся кости!

— Попал! — победоносно выкрикнул гном, вскинув молот над головой.

А эльф уже держал наготове лук с вложенной в нем стрелой, держа на цели темень, откуда пришло ощущение смерти. Гном тоже насторожился и весь напрягся.

Все замерло. Тишину нарушали лишь звуки шарканья по земле, доносящиеся из темноты. Эльф, как и гном, больше не шевелился, замерев в ожидании. И, наконец, на поляну, освещенную огнем, медленно задевая кусты, вышел скелет, одетый в старые, изношенные доспехи воина. Из глазницы голого черепа, пробив его насквозь, торчала стрела.

— Нежить, — недовольно протянул гном и медленно стал приближаться к эльфу, чувствуя, что теперь они с ним заодно.

Нуакхар краем глаза видел приближение гнома, но останавливать его не стал, сейчас любая помощь не помешает, даже в виде такого грубого горца, ведь с мертвыми не так легко справиться.

Скелет, неуклюже раскачивая руками, как бесполезными канатами, прошелся еще немного вперед и остановился.

— Дай-ка я ему вдарю! — процедил сквозь зубы гном и втянул голову в плечи, готовясь кинуться вперед.

— Подожди, — остановил его темный эльф, — он тут не сам по себе.

— Браво! — раздался восторженный голос из темноты, и следом на свет вышел его обладатель.

Скелет отошел в сторону, и гном с эльфом увидели некроманта, одетого в черный плащ и сжимающего в руке посох, украшенный красным камнем наверху. Не говоря ни слова и не делая никаких лишних движений, Нуакхар переместил лук в сторону и отпустил тетиву один и тут же второй раз. Две стрелы, рассекая пропитанный смрадом воздух, устремились во врага. Но некромант, похоже, именно этого и ждал. Он махнул своим посохом перед собой, и обе стрелы, не долетев каких-то жалких пару сантиметров, вспыхнув зеленым дымом, упали в темноту. Лицо некроманта исказилось злостью. Выкрикнув заклятие, он вонзил посох в землю, и бушующая огненная волна зеленого цвета, осветив всю округу, понеслась на темного эльфа. Перекричав рев пламени, вперед выпрыгнул гном и ударил по земле своим молотом с такой силой, что та вздыбилась, поднявшись навстречу пламени. Огонь наткнулся на поднявшуюся землю и рассекся надвое. Эльф, оглядев ревущее зеленое пламя вокруг них, которое не могло причинить им вред, перевел взгляд на гнома перед собой, и в этом взгляде отчетливо читалось уважение.