Мороз и Пламя (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 17

Его тело дернулось от ударной волны похоти. Жимолость. Как долго Нола отсутствовала? Где же она была? «Хочу, чтобы она вернулась!»

Остынь. Похоть… к ней? Неприемлемо! Он никогда не ляжет в постель с королевской особой и не предаст память Мередит. Он никогда не ляжет в королевскую постель, и точка. Он выучил свой урок с Эвелин. Нола может казаться сладким, вкусным маленьким лакомством… «а я могу быть голодным, жаждущим»… но через три недели она изменится. Он совершит кровавый ритуал, и она восстанет как истинная королева, холодная, бессердечная и полная зла.

Нола… зло…

У него были столетия, чтобы думать о ней. Кем она станет, чего надеется достичь. Ни разу он не испытывал любопытства по поводу ее внешности и характера.

Теперь он поймал себя на том, что неотрывно вспоминает ее густую копну иссиня-черных волос, ее сочные губы в форме сердечка, мерцающие глаза, которые то искрились счастьем, то темнели от боли.

Когда он держал ее за затылок, то представлял, как накручивает на кулак длинную прядь ее волос и наклоняет ее лицо к своему. Он хотел услышать ее прерывистое дыхание, хотел видеть, как лихорадка страсти усиливает румянец на ее щеках, а пульс у основания шеи учащается.

Его член стал твердым, как сталь. Но не из-за Нолы. Его тело жаждало секса, вот и все. Он прожил более тысячи трехсот лет без любовницы. Это обстоятельство он мог бы легко исправить, если бы захотел.

Отсюда напрашивался вопрос, так ли сильно он желал этого? В тот момент, когда он войдет в женщину, его драгоценная жена уже не будет последней, кого он целовал или касался. Даже эта мысль наполняла его грызущим чувством вины.

«Довольно! Война сейчас, секс потом. Включи голову».

Ошеломляюще яркое воспоминание заполнило его сознание. Когда Нола появилась в пещере, она выказала такую неподдельную радость, что у него заныло в груди. Потому что он знал, что никогда больше не увидит этого чувства.

Прокрутив тот момент, когда она присела рядом с ним. Ее мерцающие глаза расширились, и он заметил признаки сильной истерики. Опухшие, покрасневшие веки. Следы слез на ее перепачканных грязью щеках. Розовые пятна на коже. Запекшаяся грязь на пальцах.

Прежде чем прийти к нему, кто-то вызвал у нее слезы. Зион?

Следующий вдох Бейна обжег жаром, который, казалось, выковывал кинжалы из воздуха и резал его легкие. Зион заплатит за это.

Куда, черт возьми, подевалась Нола? Ее нет поблизости, насколько он знал. Присутствие королевской особы успокаивало зверя. Здесь и сейчас зверь рычал и царапал его разум, выражая ненависть и негодование, более изменчивые, чем у Бейна.

«Надо найти Нолу». С ней зверь будет вести себя тихо.

По мере того как он напрягал свой мозг все сильнее, новые воспоминания выплывали из зыбучих песков разума. Он вспомнил, как выполз из развалин ледяной пещеры, оставляя за собой кровавый след… вспомнил глубокие трещины, расползающиеся по земле, почти поглотившие его целиком. Когда он откатился в сторону, один из воинов ударил его ножом в спину. Именно тогда зверь захватил его, унося в ближайшую деревню.

Тот факт, что Бейн вообще трансформировался, означал, что Зион унес Нолу куда-то за пределы его досягаемости.

Напряжение охватило Бейна. До своего заключения он безуспешно охотился за Зионом.

«Если я не смогу найти Нолу, возможно, она найдет меня». Как и Эвелин, она могла телепортироваться. И исцелить его с помощью команды. Его глаза расширились. «Вот оно». Она приказала ему исцелиться, и он исцелился. Он исцелился быстрее, чем когда-либо прежде, как будто ее власть была сильнее власти Эвелин, полнокровной королевы. Невозможно!

Для таких созданий, как Бейн, королевское слово было равносильно закону. Его тело всегда будет подчиняться ее требованиям… если только что-то не было достаточно сильным, чтобы подавить ее волю. Как меч Вейлора. Пока она не станет королевой, у нее не хватит сил вылечить его плечо. Доказательство — она сказала: «Выздоравливай». Значит, он должен был исцелиться полностью. И все же эта рана оставалась такой же глубокой и болезненной, как и прежде.

Меч! Если кто-то украл оружие во время плена Бейна…

Его кулаки сжались. Он подумал было открыть портал в свое убежище, чтобы проверить меч и очки, но тут же отбросил эту мысль. Кто-то мог прятаться поблизости, ожидая увидеть его убежище.

Он обыщет пещеру. Если никого не найдет, то отправится в свое убежище, а затем обратит свой взор на Нолу.

«Хочу ее сейчас же!» Вожделение вспыхнуло вновь, охватывая его в горячем порыве. «Не ее. Просто близости».

С проклятием Бейн вскочил на ноги. Его новая лодыжка держалась твердо. Хорошо. Он стащил пару штанов и ботинок с самой крупной жертвы зверя. Слишком маленькая и тесная.

Должно быть, он выглядел нелепо, но, по крайней мере, одежда не стесняла движения, так что пойдет. Сапоги были слишком велики для трупа, но идеально подходили Бейну, словно сшитые специально для него. Простое совпадение? Казалось маловероятным, но случались и более странные вещи.

Он сделал всего один шаг, прежде чем знакомая вибрация сотрясла его руку. Он нахмурился. Его кольцо связи. Только один человек имел к нему доступ. Эвелин Великая и Ужасная, которая не могла говорить в его голове, пока они были в разных мирах.

Он до боли сжал зубы. Приглушенный свет вырвался из центра кольца, и появилось голографическое изображение Эвелин.

Ярость обожгла его грудь, каждый мускул в его теле напрягся. Вожделение, которое он испытал всего несколько мгновений назад? Исчезло. У его тела были определенные стандарты.

— Ты жив, — сказала она ровным голосом.

Королева Адвевета мало изменилась. Все еще золотая с головы до ног. Все еще обманчиво хрупкая. Все еще дьявольски злая.

Зверь успокоился, но не умолк. Доказательство того, что связь между королевой и воином уже ослабла. «Не ухмыляйся».

«Контролируй свой тон. Действуй осторожно». Несмотря ни на что, он должен был убедиться, что Эвелин ничего не знает о Ноле.

— Где же твоя радость? — спросил он с усмешкой. Видимо, не собираясь контролировать свой тон. — Твой воин выжил.

«Не ее, никогда не будет ее воином».

— Ты увидишь мою радость, когда выиграешь войну, — парировала она. — С тех пор как тебя заморозили, много чего произошло.

— Например?

— Альянс Великой Войны позволил еще одной группе воинов отправиться на Терру. Когда и вторая партия исчезла, начался третий раунд. Но и следующие воины исчезли.

Правила запрещали Высшему Совету вмешиваться в войну. Конечно, ни одно столкновение никогда не заканчивалось тупиком.

— Кого ты отправила?

— Кайдена и Маунта. Кайден выжил, Маунт умер.

Агрессия скребла его изнутри, желание ударить что-нибудь, что угодно, было почти непреодолимым. Кайден был безжалостен до глубины души, как с противниками, так и с любовниками. По крайней мере, она не послала Мику, самого жестокого бойца на ее службе, мужчину, который помог ей убить Мередит.

— Ты отдала им такие же приказы, как и мне? — спросил он.

— Да, конечно. Кайден думал, что нашел принцессу Терры как раз перед тем, как исчезнуть.

Ногтевые пластины Бейна горели, когти удлинялись, готовясь нанести удар. Другой воин Адвевета сделает смерть Нолы своим приоритетом… если его найдут до окончания Великой Войны.

Время для заговоров закончилось, и пришло время действий. Он выполнит свой план, завоюет оружие, которое пожелает, и положит конец войне на собрании воинов. Наконец-то! Осталось всего три недели. Двадцать один день. В нем бурлило предвкушение.

После кровавого ритуала Нолы она будет страстно желать уничтожить любую угрозу своему правлению. Имея в своем распоряжении целую армию гибридов, она могла… и должна была… добиться успеха.

Сколько гибридов живет сейчас на Терре, их звери находятся в вечной спячке?

Поскольку целых три чистокровных зверя бродили по планете — Бейн, Кайден и Маунт… Высший Совет никогда не узнает о преступлениях Эвелин.