Каисса - Чижков Виталий Алексеевич - Страница 80

Перешел к Пистолетову. Про него в системе сведений было мало: какие-то данные собирались, но обрывались в две тысячи двадцать пятом. Видимо, Лев Иванович ушел в Обитель и «потерялся» для системы. Зато было понятно, где его искать. Бонусом был шанс найти там и Карпова – по слухам, которые ходили в Бюро, трюк с катающимся в роботе-курьере чипом в тридцатые использовался, чтобы прописать в Обитель очередного бедолагу. Наверное, и Матвей Максимович прошел эту странную процедуру. Аркат отметил, что Фадеев точно угадал – как минимум один демон живет в общине.

– Каисса, купи билеты на автобус до Первой Обители на завтра. И закажи Дахунпао в номер.

Аркат Ли был в Обители один раз, еще до заключения: ездил в гости к одногруппнику, чья семья там жила. Ему понравилось это место. Он всегда думал, что религиозная община – просто большая деревня со странными людьми. Но если отмести, что жители этой деревни носили белую одежду и много молились, а сама она постоянно гремела колоколами на разный манер и походила на Алькатрас, обнесенный стеной с автоматчиками, то община была обычным современным эко-поселком. Арката тут накормили фермерскими продуктами, расспросили о жизни в городе и пообещали поставить свечку за здоровье. У одногруппника был крутейший компьютер, а сам дом, кирпичный и большой, в котором жили четыре семьи, был обставлен богато, да и дизайнеры к нему явно руку приложили.

Сегодня же община куда больше напоминала деревню, старую и заброшенную. Жители ходили по Обители пьяные. Женщин и детей почти не встречалось. Узкие улочки общины заволакивал смог, пахнущий жженой резиной. Красивые церкви, мечети и синагоги за тридцать лет куда-то испарились, как будто их и не было. На каждом углу были вкопаны резные деревянные столбы – языческие божки в виде фаллосов. К своему ужасу, Ли увидел, как один из местных, бомжеватого вида, отрубил голову петуху и обрызгивает кровью одну из таких скульптур.

– Чего пялишься, узкоглазый? – с вызовом обратился он к Ли. Аркат стушевался и ускорил шаг. Нужно было найти Пистолетова и Карпова. Но местные выглядели неадекватными. Гость никак не решался обратиться к ним с вопросом, хотя это был единственный способ кого-то тут отыскать. Наконец Аркат все же спросил у попавшейся старушки, где живет Лев Иванович. Она молча показала на тропу, ведущую в лес.

Понадобилось полчаса, чтобы пробраться через чащу и выйти на поляну, к некогда элитному поселку. На поляне были десятки домов, огромных, отделанных мрамором, в прошлом шикарных, но сейчас запущенных. Их дворы с разломанными детскими качелями, поваленными горками и ржавыми турниками заросли кустарником. В центре поселка был искусственный пруд с гнилой, затянутой тиной водой. Тут явно никто не жил: ветер трепал полиэтилен, завешивающий черные глазницы разбитых окон. Лишь в одном доме были целые стеклопакеты, слабо подсвеченные изнутри. Здесь обитал Пистолетов.

Лев Иванович открыл лишь после нескольких минут стука в дверь, когда Ли уже отчаялся и собрался уходить. Это был крепкий мужчина в рясе молочного цвета, с белой бородой до пояса, копной седых волос и сплющенным, как у боксера, носом. Говорил он резко, громко и басисто.

Пистолетов подозрительно покосился на гостя, но затем даже как-то радушно пригласил войти. Внутри его жилища все было заставлено свечами, а стены испещрены надписями на латыни и причудливыми символами.

– Ну и блямба у тебя на глазу, сын мой… – сказал Лев Иванович. – Где ж ты так нагрешил? Ты же не местный? Что привело тебя?

Согласно отчетам дата-центра, Пистолетову было семьдесят два года. Он выглядел на шестьдесят, несмотря на обильную седую растительность – как будто Зелибоба с улицы Сезам вышел на пенсию. Достаточно опрятный, сбитый, высокий, с испытующим взглядом, несколько напряженный. Он поставил перед Ли стопку коньяка. Недешевого. А сам запалил сигару и уселся в большое массажное кресло, которое тут же зажужжало. Аркат притулился на краешке белого кожаного дивана, стоящего перед большим телевизором десятилетней давности.

– Лев Иванович… – начал Аркат.

– Зови меня Владыка. Так меня раньше звали все, – перебил Пистолетов.

– Владыка, меня зовут Аркат. Я приехал из Бюро, с кафедры теологии. – Ли решил, что уфологию упоминать неуместно.

– «В светлом будущем нет места секретам», – с усмешкой процитировал Лев Иванович девиз Бюро. – Хорошо. И чем сельский поп заинтересовал столь могущественную и почтенную организацию?

На этой фразе Аркат вдруг потерялся: а действительно – зачем он сюда приехал? Зачем ищет демонов? А когда найдет, то что будет делать? Фадеев сулил много счастья Аркату, если тому удастся вернуть их в некое пространство. Но из предложенных медиумом способов не было ни одного приемлемого: убивать кандидатов в демоны Ли не стал бы, а поиск людей, связанных с ними кротовыми норами, не поддавался анализу.

– Лев Иванович, я собираю материал по демонологии, – начал Ли. Это было в целом правдой. – Я провел изыскание и смею предположить, что вы с ними сталкивались. Можете рассказать подробнее?

– Да. Я сталкивался с ними, клянусь! – Владыка оживился. – Более того, я лично чуть было не уничтожил одного из самых могущественных – настоящего Антихриста!

Аркат Ли из-за специфики кафедры давно потерял навык признавать людей сумасшедшими. Но заявление Пистолетова пробудило сомнения даже при атрофированном критическом мышлении. Пока Ли думал, как бы мягко выразить скепсис, чтобы не задеть пожилого человека, Владыка, казалось, все понял сам и поспешил объясниться:

– Знаю, что не веришь, сын мой. Право твое. Но историю я тебе поведаю. Просто потому, что мне скучно – немногие, знаешь ли, меня тут навещают с тех пор, как община скатилась в язычество и погрязла в том, что ты наблюдал, идя сюда. Отчасти моя охота за демонами тоже сыграла роль, в чем я каюсь. Случилось это в тридцать пятом году. Я не веровал тогда. Но некоторые эзотерические вещи меня захватывали. Одной из них стала городская легенда про борьбу Ангелов и Демонов. Байка, которую поведал мне ныне покойный татуировщик…

– Евгений Ульский? – догадался Ли.

– Он самый, – подтвердил Владыка, наполняя ароматным табачным дымом богато убранную залу, заросшую пылью.

Аркат Ли извлек из уха аудиомодуль, голосом переключил его в режим диктофона и поставил на латунный столик. Владыка покосился на чудо техники и продолжил свой рассказ. Удивительным образом легенда Ульского дословно повторяла книжный сюжет, придуманный Аркатом давным-давно.

– …Ну так вот, представь себе: в один из дней я вижу фиолетовую грозу. Потом ко мне приходит девушка со сделанной Ульским татуировкой змеи. И в тот же день в общину заявляется парень с татуировкой Ангела. И тоже за авторством Ульского. Ну я решил, что таких совпадений не бывает. И послал Ангела искать Демона. И тот его нашел в первый же день! Им оказался…

– Матвей Карпов? – опять ввернул догадку Ли.

– Он самый! – сказал Владыка, ничуть не удивившись. – Мы его пленили и доставили в Обитель. Я не знал, что нужно делать. Ну то есть… нужен был какой-то обряд экзорцизма. А я успел почитать нужные книги от католиков, от ветхозаветных до современных. И кое-какие наметки сделал. Но понятия не имел, что из этого сработает.

– А что, Карпов этот как вел себя в Обители? Он знал, что он демон?

– Нет, он не знал. Да и мы сомневались. У нас хитро было все задумано: Ангел заманил Карпова в бар. Потом туда пришли будочники и обманом увезли его сюда. Сказали, дай Бог памяти, что Карпов поджег салон какого-то медиума – у нас был пожар большой в городе днем ранее…

– Удалось изгнать демона? – поинтересовался Аркат.

– Если коротко, то нет. Перво-наперво, мы решили отрубить руку с чипом – чтобы Матвея не нашли. Но когда мы это начали делать, сразу, как только мы ввели анестезию, началось страшное: Карпов обратился. У него были абсолютно белые глаза, в нем проснулась бесовская сила. Он разорвал медицинские… как их… ну, фиксаторы. И бросился на наших хирургов. Я наблюдал, как он забивает их до смерти… Я стоял. И их кровь стекала по мне…