Кощей, злодей, кубок и клубок (СИ) - Грильяж - Страница 78

— Спасибо, но нет. Я, пожалуй, откажусь, — произнёс я. — Однако, как нашептала мне одна птичка, Ваш «клубок» гадалок уж очень сильно пересекается с Вашим гаремом. Я бы даже сказал, просто поразительно, что среди моих жён только Рони входит в перечень тех, кто является потомком гадалки. Причём потерявшей свой дар из-за потери невинности.

— Ха-ха, да, сильна была девка, но ничего, у неё много других достоинств. Но больше я такого не повторял и не повторю, пока жив!

— А теперь к нашему спору. Вы говорили, что спаси я хотя бы одного невинного, то Вы перестанете слишком сильно полагаться на «клубок».

— Говорил. Но, хо-хо, как ты понимаешь, я схитрил. Там все из Ордена или их пособники, это мне сообщили точно, как ТК, так и мой Грядущий Приказ!

Я молча достал переносной записывающий артефакт, на который перегнал запись с медальона.

— Включите, — произнёс я.

— Серьёзно? Хорошо, — согласился правитель, пододвинул к себе предмет и активировал его вливанием лун.

Сначала там было шумно.

— Что эти овощи говорят? — спросил глава государства.

— Ничего важного. Перемотки нет, неудобно, но обрезать — значит повредить запись.

— Как красиво говорят, и не подумаешь, что эти два пушистых шара Башня и Король.

— Два Короля. Вот как раз сейчас станут, — прокомментировал я.

На изображении передо мной Поми снова подкатился к деревьям, пока я приводил в сознание жертву томатного произвола. Как оказалось, деревья она создавала, пока помидоры её «рассасывали», оставляя только голову снаружи.

А слюна томатиков обладает расслабляющим эффектом. Этого факта я не учёл, а зря.

В итоге пришлось скормить зелье-энергетик связанной девушке.

Точнее это сделал Вампир по моему приказу. Пусть я был уверен в своём контроле, но я ни разу не переходил на уровень Галактики, а касание шаманки определённо имело потенциал к тому, чтобы спровоцировать подобное.

Подобно волшебницам света, шаманы так же естественные враги некромантов.

— И долго ещё? — спросил Аист. — У меня дел ещё много. Я не ты, у меня работа есть.

— Вот, она просыпается, — прокомментировал я.

Шаманка очнулась и посмотрела на меня сначала непонимающе, потом как-то злобно. Приподнялась, осмотрелась, увидела «загорающий» Орден, нежить, удерживающую Лизаргона, демона страха, после чего рухнула назад на траву.

— Проиграли. Не надо было у тебя брать кровь, надо было убивать. Ты же не Грязев, а Чу… — начала девушка, но я кивнул Вампиру, и он прикрыл ей рот ладонью. Пусть нас от остальных отделяло приличное расстояние, но слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Чисто для информации, я вообще Пронин, — заявил я и снова кивнул. Вампир убрал руку от лица девушки.

— Да хватит. Если в летающем поезде был только Пронин, а потом неожиданно появляется Грязев, это изначально маскировка. Вы с ним зачем-то поменялись местами.

А? Она не догадалась, что я двуличен?

— Всё? Победил? Теперь что будет? — спросила меня шаманка.

— Ничего особенного. Насколько я понял, Пронин не был основной целью этого полёта, Клевер охранял вот этот сундук, — показал я на кубический предмет, внутри которого был огромный рубиновый череп. — Это реликвия с твоей малой родины?

— Да… да? Почему я смогла сказать? На мне же клеймо молчания… — пробормотала Акулина Прокофьева.

— Да так, одно зелье тебе скормил, — произнёс я, всё ещё удивляясь относительной заторможенности девушки. На её месте от меньшей дозы Ушакова гостиницу разносила. А этой Вампир по незнанию, влил весь пузырь, а не три капли. Хотя это выжгло все магические следы как внутри её плоти, так и в артефактах на теле. Ну, для организма это во многом даже полезно. Я думал, что это действует только против Нитей Власти, магии некромантии и каких-нибудь проклятий.

— Оно заставляет меня говорить правду? Я умру… ну, не пожила, зато отмучилась, — неожиданно заявила шаманка.

— Вот на жалость давить не надо. Смирись, ты проиграла и теперь у тебя два пути…

— Два? Что за вздор? Мы в курсе, что Альмахан уничтожает членам Ордена личность или просто физически истребляет, он убил мою бабушку!

— Ага, которая вырезала целое село, чтобы напасть на поместье врагов организации. Вот «невинная старушка» с детским обликом, конечно. Не надо ля-ля мне, уши вянут. Сообщаю, у тебя выбор из двух путей: подписываешь со мной контракт или делишь участь с остальными здесь присутствующими. Официально все умрут, тут без вариантов. Мы потерпели крушение над необитаемым островом и никто, повторяю, ни один человек не выжил!

Акулина посмотрела на меня, как на сумасшедшего.

— Вот не надо смотреть на меня, как на психа, сама приложила к этому руку, вытягивая кровь для Глории, — проворчал я.

—…

— Так что выбираешь?

— Я хочу жить. Твой контракт оставит мне мою личность? — с некоторой надеждой, не столько на лице, сколько в эмоциях в виде искр, спросила Шаманка.

— Этого не гарантирую. Если попытаешься сбежать, сделаешь что-то плохое хоть кому-то или нарушишь другие пункты, амнезия будет самым простым вариантом.

— Но я останусь жива?

— Да. Ты станешь моим монстром, а у них… — начал я.

В этот момент около Акулины возникло ещё одно дерево. Поми подкатился, быстро схватил его и… засветился. Но из изменений ни рук, ни ног, только венец превратился в корону, а глаза и высунутый язык демонстрировали верх наслаждения.

— Как видишь, мои монстры живут-поживают, ранги наживают. Твои руки свободны исключительно для подписания контракта и принесения клятвы. Кровь и отпечаток пальца обязательны, — сказал я, а Вампир подал ей шприц, ручку и контракт.

— Ты шутишь? Он реально для монстра, ты можешь даже приказать мне совершить самоубийство! — возмущённо заявила девушка, прочитав только первые пункты.

— Нет, пункт 7.2. не могу. Но опосредованно могу убить, это правда, — признал я специфику такого договора, созданного для преступников. По крайней мере, в напечатанной части.

Шаманка три раза прочитала. Потом непонимающе подняла на меня глаза.

— Что значит последний пункт? Я не понимаю текста, что ты написал от руки. У тебя почерк нечитаемый, — спросила она.

— Ты в курсе, что ВСЕ члены Ордена должны быть переданы государству? — спросил я, уводя тему.

— Да. «Каждый человек, являющийся или бывший в рядах преступной организации должен быть передан в руки правосудия».

— Ключи «человек», тебя можно лишить человеческих прав.

Акулина испуганно дёрнулась.

— Нет, нежитью я делать тебя не планирую, без такого документа монстром не стать, так что в целом это был бы выход. Второй — особенности моего рода и его отношения с государством, — усмехнулся я.

— Ты больной извращенец! Вот ради чего всё это? — процедила азиатка. — Зачем тебе это нужно?

— Номинальная жена для медитации… — начал я.

— Парная культивация? Извращенец! — громче произнесла дрянь, явно играя на публику.

— У тебя есть выбор. Могу сдать Альмахану, — не стал я отнекиваться, хотя в планах того, о чём она явно подумала, судя по смущённому выражению, не было.

Она молча подписала.

Даже так и не уточнила последний пункт. А там именно фраза, что она отказывается от сути человека и переходит в род Чудора на правах монстра с полным подчинением. Это оговорка и даёт контракту работать. Например, у Пашутиной без этого пункта контракт оказался недействующим, пришлось подписывать новый, обычный для невесты.

Из-под закона шаманку эта бумага всё равно не спасёт. Монстры клана Чудора так же подпадают под уголовный кодекс.

Нюанс иной. Исключительно безопасность моя и семьи.

— Теперь вот этот контракт, — протянул я ей следующий.

Она прочитала название.

— Брачная грамота? — произнесла Акулина со скепсисом.

— Номинальная форма, чтобы вывести тебя из-под наказания, — произнёс я. — Зонтик моего рода способен защитить от подобных невзгод в нашем государстве.