Болотник 5 (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич - Страница 46

Бахнуло знатно! За спиной в воздух поднялись тонны земли, и ударная волна швырнула нас вперёд. Я катился по земле, сшибая телом кустарник и тонкие деревья. Силовое поле пока справлялось, однако мы явно не успели убраться на безопасное расстояние, от чего сполна получили всю гамму непередаваемых ощущений. Нгоронгоро трясло сильное землетрясение, магнитудой не меньше шести-семи баллов, вызванное серией подземных взрывов огромной мощности. С неба ещё продолжали падать обломки породы и оседать пыль, когда я с трудом поднялся на ноги и отключил блок питания устройства, спасшего мне жизнь.

Нгоронгоро изменился до неузнаваемости. В середине огромного кратера образовалось ещё несколько. Эпицентр основного, самого сильного взрыва, оказался практически в центре заповедника. Грунт над эпицентром поднялся на несколько метров, а потом осел, перепахав саванну как огромный плуг, по краям кратера Нгоронгоро произошли крупные обвалы, в некоторых местах были видны сдвиги земных пластов. По равнине в хаотичном порядке передвигались огромные стада животных, в панике ища выхода из огромной ловушки. Ковчег окончательно погиб, едва не отправив нас с Кирой в края вечной охоты. Вспомнив о девушке, я начал озираться по сторонам, ища инопланетянку. Её нигде не было, Кира пропала!

Выпив полфляги воды и промыв слезящиеся глаза, я приступил к поискам потеряшки. Далеко её закинуть не могло, во время взрыва она была совсем рядом со мной.

Тело Киры я нашёл только через час. Она не воспользовалась силовым полем, или оно ей не помогло, но факт есть факт, девушка была почти при смерти. Хрупкое тело протащило по земле и как следует побило камнями. Кира была бледна, одна нога была неестественно вывернута, из сломанной руки торчал обломок кости, а вокруг натекло довольно много крови. Не теряя ни секунды, я сорвал с пояса девушки аптечку и прижал к телу. Казалось прибор тоже не подействовал, почти минуту ничего не происходило, я дернул завязки рюкзака, вытаскивая следующую аптечку и тут Кира открыла глаза.

— Потерпи! Я сейчас! — зачастил я, прикладывая второй прибор рядом с первым.

— Это так не работает — усмехнулась Кира — аптечка обезболила раны и ввела поддерживающие препараты. Их действия достаточно, чтобы сохранить активность мозга для восстановления в регенераторе. Она не лечит повреждения внутренних органов и тяжёлые раны, её функция сохранить тело и мозг для капсулы.

— Которой у нас больше нет! — психанул я — почему ты не включила силовое поле⁈

— Я включила, но блог перегорел, он не работал. Это тот, который был на тебе, когда мы познакомились. Я сама вывела его из строя энергетическим зарядом — Кира явно не испытывала боли, но с каждым словом глаза её буквально гасли — капсулы нет, ты прав, я умру.

— Капсула есть, но что бы до неё добраться нужно не меньше недели, а скорее всего больше, и я даже не представляю, как тебя туда доставить! — тяжело вздохнул я — на орбите земли болтается ещё один Ковчег, и он абсолютно цел, там функционирует медотсек и даже полный экипаж на борту.

— Неделя… — задумалась Кира, она была абсолютно спокойна, наверное, под действием каких-то лекарств — так долго я не протяну. Меня можно будет реанимировать после применения аптечки только в течении двух дней, обычно этого достаточно для того, чтобы найти и эвакуировать пострадавшего. Если в холоде, то протянуть можно дольше, но ненамного. Если у тебя есть связь с Ковчегом, он может выслать спасательный бот.

— Нет у него ничего, что после приземления способно опять подняться в космос, все челноки и даже ремонтные роботы погибли в попытках восстановить посадочный модуль на земле. Попасть туда можно только с остатков этого модуля, где есть сломанный, но ещё работающий портал. Это на другом континенте, а мы даже до аэропорта за два дня не доберёмся! — я мучительно соображал, что делать.

— Плохо… — с трудом прошептала Кира и отключилась.

Она ещё жива, я вижу, как медленно вздымается её грудь. Выхода нет спасти я её не смогу. Через минуту сердце Киры остановилось.

Рядом с телом Киры я просидел почти весь день. Глупые мысли лезли в голову. Полдня я думал, как быстро доставить тело на Ковчег, ещё полдня я просидел с ножом в руке, не решаясь осуществить придуманный план. Меня поймают и посадят далеко и на долго, если я это сделаю! Отрезать голову, обложить её льдом и бежать со всех ног — вот до чего додумался мой воспалённый мозг. Когда меня посетила эта мысль, я думал, что это действительно выход. А вот где лёд взять и как провести человеческую, явно мёртвую голову мимо таможни, я не подумал. Да я много о чём не думал. Я даже не знаю, способна ли капсула отрастить новое тело человеку. Девушка выжила в страшной катастрофе, только что бы погибнуть в бою между чокнутым искусственным интеллектом и антиабордажным роботом! От судьбы не уйдёшь, се ля ви.

Похоронил я Киру в самом неприметном месте, рядом со склоном обвалившейся стены кратера и как следует укрепил могилу камнями. Тут полно гиен и всяких других подельщиков, так что эта необходимая мера предосторожности. Мне предстоял долгий путь домой, и теперь я один.

— Прощай Кира, я не хотел тебе зла — сказав последние прощальные слова, я решительно направился к бывшему лагерю нашей команды. Только оттуда я помню путь на вершину, если я найду лагерь, я найду и тропу.

После землетрясения местность изменилась не сильно. Не знаю, как там, ближе к эпицентру, но тут она была вполне узнаваема. Я шёл, держа карабин на перевес и старательно выискивал в зарослях какую-нибудь живность. Я бы сейчас наверно и слона съел и даже живой жабой не побрезговал! Шёл я смело, не боясь хищников, силовое поле себя хорошо зарекомендовало, случись чего, я всегда успею его активировать. Видимо ощущая моё настроение, а может быть из-за недавней катастрофы, животные на моём пути категорически отказывались встречаться.

Лагерь был пуст и заброшен. Колючий кустарник, что являлся отличным заграждением от животных, но превратился в ловушку для людей был сожжён. Всюду валялся мусор, стрелянные гильзы различных калибров и… кости! Свирепые африканские браконьеры не удосужились похоронить своих павших товарищей, за них это сделали дикие звери. Представителей властей или поисковой группы егерей тут точно не было, иначе человеческие останки бесспорно придали бы земле или же забрали для проведения экспертизы. Стоя на пепелище, я в который уже раз вспоминал слова Саситы, когда он предлагал мне не уходить, а добить уродов прямо в лагере. Может и стоило согласиться с товарищем, учитывая, как оно всё обернулось…

Лагерь был разорён и разграблен, и полезного в нём я ничего не нашёл. Да и оставаться в нём не стал, уж слишком много тут людей погибло, и хороших, и плохих, да и ночевать почти на кладбище не хотелось. Отойдя подальше к источнику, я быстро соорудил примитивную засидку. Хоть и не спортивно стрелять животных на водопое, однако сейчас кушать хочется больше, чем заниматься охраной природы.

Через час я лишился одного патрона из карабина, зато приобрёл прекрасный ужин, в виде маленькой газели. Тут же, прямо в засидке я, рыча от нетерпения освежевал добычу и быстро разведя костёр поджарил себе несколько ломтей мяса. Первый кусок я съел хорошо так недожаренным. Никогда не любил мясо с кровью, но тут ел как стейк из самого лучшего ресторана. Почти не утолив голод, я с трудом заставил себя остановиться. Я долго голодал и желудку надо дать время снова заработать в полную силу. Стараясь больше не смотреть на аппетитно выглядящие куски, я занялся обустройством ночлега. Завтра начинается обратный путь домой и мне нужно набраться сил.

Глава 25

Тропа, по которой мы когда-то спускались в кратер Нгоронгоро была почти не проходима. Прошедшее землетрясение вызвало оползни и обрушения, и сейчас я лез по ней практически заново прокладывая путь. Во многих местах тропу теперь пересекают крутые склоны и обвалы, на которых присутствует опасность камнепада. И чем крутизна склона больше, тем не устойчивее лежат камни на осыпях, и тем, естественно, выше опасность камнепада. Идти по таким осыпям, не только энергозатратно, но и довольно таки опасно.