Моё имя (СИ) - Соболева Анастасия - Страница 156

— Ада? — всё-таки решилась подать голос Венди, пока я искала в словаре первое, написанное самыми большими буквами слово.

— Хорошо. Я объясню, только кратко, — поскольку времени действительно было в обрез, я решила, что помощь Венди мне точно не помешает. — Помнишь «Клятву на имени»? В тот день, выводя на полу рисунок, Сирил использовал не русский и не английский язык, однако я точно знала, что где-то его уже видела. Прошерстив несколько земных книг, поняла, что это древнегреческий. Раньше эксили пользовались им в повседневной жизни — оно и понятно, учитывая, что первый их визит в наш мир приходится на античность — однако, отчего-то со временем перешли на русский, полностью потеряв знания о своём старом наречии. Само собой, нам это только на руку, ведь с помощью лишь одного-двух словарей мы можем узнать об эксилях то, чего, возможно, не знают и они сами.

— Ясно, — Венди задумчиво почесала затылок. — А что именно ты хочешь найти?

— Пока не уверена, но, думаю, как найду — пойму сразу же. Ты тоже помоги: отыщи в словаре слова «роза», «кровь», «время», «боги» и начинай пролистывать свитки в их поиске.

— Угу, — поскольку я уже успела рассказать Венди легенду о красной розе, она тотчас поняла, что к чему.

Около трёх часов наши поиски не приносили абсолютно никаких результатов — пару раз Венди находила упоминания о богах, однако при дальнейшем рассмотрении я приходила к выводу, что это вовсе не то, что нам нужно. Мне же обычно попадались никому не нужные записи о попытках эксилей культивировать земные сельхозкультуры, которые, в большинстве случаев, заканчивались полным провалом. К моим дверям разума медленно, но уверенно приближалась мысль вроде: «А не зря ли всё это?», когда Венди, в очередной раз, попросила меня взглянуть на ещё один свиток.

— Если не ошибаюсь, то здесь «кровь» и «роза» написаны в одном предложении.

Уже без особого энтузиазма я взяла переданную мне писанину, и с помощью всё того же словаря перевела первые пять предложений. После этого тотчас оживилась: пусть всего и не поняла, но суть здесь явно шла об «эксильском грехе». Отложив всё другое куда подальше, мы с Венди стали переводить столь важную и невероятно удачную находку.

Спустя ещё пять предложений моя догадка окончательно подтвердилась: в свитке действительно была описана история, рассказанная мне Химерой, при этом в гораздо более развёрнутом варианте. Однако основную часть текста составляло описание местности и главных героев, которое, по большей части, я опускала, переведя два-три ключевых слова. Таким образом, не найдя ничего примечательного и хоть слегка противоречащего словам Химеры, мы очень быстро подобрались к последним трём абзацам древнего текста. Именно здесь и началось всё самое интересное.

Совместив скудные данные словаря, моё вполне себя развитое понимание языков и немного вольную интерпретацию, мы получили следующее: «После того, как жизнь в мире была восстановлена, боги решили забрать Деверу обратно к себе, на небо. Перед тем же, как окончательно покинуть своих детей, внуков, мужа и раствориться в воздухе, госпожа изрекла следующее: «Ценой продления эксильского существования станет кровавая клятва — она же будет и залогом того, что прошлое больше никогда не вернётся к жизни на этих землях. С сегодняшнего дня власть короля и королевы — непоколебимы, пока сами они вынуждены нести на своих плечах груз «метки власти», связывающей кровью всех эксилей без исключений. От отца к сыну, от сына к внуку, от внука к правнуку и от жертвы к убийце — только так эта сила и может передаваться. Эксили без короля жить не имеют права, так как одно звено не может существовать без иного. Жизнь короля — всеобщая жизнь, смерть короля — всеобщая смерть. Это — гарантия того, что Им больше никогда не придётся вмешиваться в ваши мирские проблемы. Отныне и навсегда грех красной розы кровью вырезан на крыльях каждого из вас». Сказав это, Девера исчезла, и никто её больше не видел. Анжи получили отдельное сообщение о том, что даже если все забудут истину, их задача — хранить память и передавать из поколения в поколение. Эксили же смирились с подобной участью и приняли данное проклятие как нечто необратимое, ведь с самого начала каждый из них понимал, что за ошибки, совершенные в прошлом, рано или поздно придётся расплачиваться».

Стоило лишь закончить перевод последнего предложения, и кусочки пазлов, наконец, сложились в моей голове. Даже факты, что были непонятны и самим эксилям — к примеру, решение Анжей запретить вольные перелёты на Землю в девятнадцатом веке — вдруг встали на своё место во всеобщей картине. Тогда ведь во многих европейских странах начиналось противостояние между монархами и демократами — Анжи просто-напросто не могли допустить, чтобы тенденция вроде этой перекинулась на эксильское общество. Ведь «эксили без короля жить не имеют права» и «смерть короля — всеобщая смерть». Из этих слов выплывает и ещё кое-что… Способ расправиться с эксилями раз и навсегда. Тот самый, который я искала так долго.

— Ну разве не потрясающе, Ада? — видимо, в голове Венди все фрагменты сложились столь же ясно, как и в моей. — Мы и надеяться не могли, что всё будет так просто! Да это же просто чудо какое-то! Если эксили не могут существовать без короля, а звание передается лишь по родству или через убийство эксиля эксилем, тогда…

— Тогда убийство короля существом, над которым метка не властна, когда у того нет прямого наследника, ломает систему и приравнивается к массовому истреблению эксилей — всё остальные будут вынуждены отправиться на тот свет вслед за его величеством.

— Существо, над которым метка не властна — это человек. Если ты, Ада, просто убьешь Сирила — наш кошмар наконец-то закончится! Человечество сможет вернуться к нормальной жизни! До сих пор не могу в это поверить!

— Да… Нам несказанно повезло, правда ведь, Венди?

Не знаю, каким было выражение моего лица в тот момент, поскольку какие эмоции тогда испытывала, тоже не могу вспомнить. Лишь одно остаётся для меня несомненным: чтобы там ни было — оно заставило Венди испугаться. Впервые за долгое время малышка смотрела на меня с нескрываемым ужасом, пока я могла лишь наблюдать за тем, как радость победы постепенно блекнет в её, широко открытых, глазах.

***

Я должна убить Сирила — эта мысль засела в моём сознании настолько глубоко, что последующие события прошли, как в тумане, и сейчас я уже не в состоянии вспомнить подробности дальнейших действий данного акта. Помню лишь ключевые события, а именно — как уже на третий день после приезда в поместье Анжей за мной прилетела личная гвардия Сирила; как мы с Венди и Аки собрали вещи буквально за десять-пятнадцать минут; как отправились домой в сопровождении солдат короля… Также в памяти, пусть и отрывками, но остался разговор между мной и Зибиллой, произошедший в ночь перед нашим отбытием. Тогда она сама запросила аудиенции и, дождавшись меня у того самого столика, сказала следующее.

— Коллективным советом мы решили принять ваше предложение, госпожа Норин-Девериус. В ближайшем будущем мы пришлём его величеству запрос на выделение места в совете, и, как вы и просили, количество Жатв в двенадцатой зоне будет сведено до одной в месяц. От вас же требуется исполнить то, что вы обещали: постараться сделать так, чтобы представитель рода Анж возглавил совет в будущем, убедиться, что в остальном никто не станет ущемлять наши права и привилегии, ну и, конечно же, истребить зарождающуюся войну на корню. Ради всеобщего блага Девериусы и Анжи не должны воевать.

— Меня весьма радует ваш ответ, госпожа Зибилла — вы сделали истинно правильный выбор. Ну, а о моей части сделки можете не беспокоиться — я обязательно сделаю всё в лучшем виде.

Думаю, даже Зибилла не могла не заметить ту безучастность, с которой я говорила, однако, к моему величайшему счастью, она не стала ничего расспрашивать и просто кивнула, видимо, посчитав, что это моё личное дело. После этого мы пожали друг другу руку. Честно признать — довольно странное ощущение, так как в тот момент во мне появилось чувство, что трясу я за руку мертвеца, а не живого эксиля (в чём, в принципе, была и своя доля истины). Если только пронжу Сирила кинжалом или же перережу ему глотку своим сюрикеном — женщина передо мной обратится в пыль всего засекунду, в точности также, как и тысячи других эксилей по всему этому миру.