Лис и Александра (СИ) - Ростов Олег - Страница 95

Эллия погладила рубец на груди мужа: — Мне все никак не удается убрать его.

— Не уберешь! Это был смертельный удар. Он останется со мной на всю жизнь.

Некоторое время оба молчали. Потом Эллия произнесла:

— Странно, спустя столько времени узнаются такие подробности.

— Ни когда не поздно покаяться, дорогая моя. А каяться тебе передо мной придется долго, очень долго. — Сэмюэль сел на кровати, его глаза блеснули пламенем. — Ты детка со мной до конца вечности не расплатишься.

Эллия начала отползать к краю кровати:

— Сэмюэль, не смотри на меня так! Мне не нравиться, когда ты так начинаешь на меня смотреть.

Мужчина поймал ее за руку:

— А мне нравиться, иногда, так на тебя смотреть. Куда поползла? Ползи назад.

— Убери от меня свои руки!

— С чего бы это? Имею право.

— Что ты хочешь?

— Сама догадаешься или…

— Сэмюэль, только не ЭТО!

— Нет, дорогая женушка, именно ЭТО и именно ТАК, как я хочу. Не заставляй меня применять к ТЕБЕ силу. Я этого не люблю.

— Я буду кричать!

— Да сколько угодно! Здесь никого кроме нас нет.

— Я буду кусаться!

— Да пожалуйста. Ты мне и так все правое плечо искусала. Одним укусом больше, одним меньше. И почему ты мне всегда правое плечо кусаешь?

— Нравиться. Но если хочешь, могу и левое.

— Ладно, сама подползешь или мне тебя к себе подтащить?

— Ууу, ненавижу тебя!

— Знакомо! Я это от тебя с детства слышу. Не ломайся детка. Я тебе даже заплачу. У меня горсть медяков есть.

— Да как ты смеешь! Я не уличная девка!

— Серьезно? А кто, не один раз была здесь, в моей постели уличной девкой? Я долго буду ждать! — последнюю фразу Сэмюэль рявкнул.

— Не хватай меня так. У меня синяк будет. Я САМА!.. Давай деньги. А то знаю я вас мужчин. Наобещаете золотые горы, а как расплачиваться так сразу: «У меня временные трудности, приходи завтра и так далее!» — протянула ему две сложенные ладошки. В его ладони появилась горсть медяков. Высыпал ей в подставленные руки.

— Не понял Эллия, ты что, их пересчитываешь?

— Конечно! Вдруг ты меня обманешь на монету или вообще на две. С тебя станется.

Села на постели, скрестив ноги и раздвинув колени напротив Сэмюэля и медленно считала медяки, высунув кончик языка. Глаза Сэмюэля во всю полыхали.

— Ты чего так долго считаешь? Там всего с десяток монет!

— У меня со счетом проблемы. Поэтому мне нужно два, а еще лучше три раза пересчитать, чтобы не ошибиться.

Наконец закончила пересчитывать монеты. Сэмюэль, казалось сейчас взорвется от злости и нетерпения. В ее руке появилась изящная сумочка, она высыпала туда медяки. Сумку спрятала под подушку. Довольно улыбнулась, глядя на мужа:

— И на что только не пойдешь, ради любимого мужчины! — потом добавила. — За его же деньги!..

… Встав с кровати, Эллия потянулась как кошка. Обтерла ладошкой губы. Глянула на довольного Сэмюэля:

— Дорогой, ты настоящее животное!

— Я Принц Ночи, женщина. Животные инстинкты в моей крови. Да ладно, Эллия, не прибедняйся. Тебе тоже понравилось. И вообще, кто бы говорил! Ты меня тогда совратила и растлила. А я ведь был невинным и непорочным юношей.

Эллия замерла с раскрытым ртом.

— Это кто был невинен и непорочным? ТЫ?

— Я, а кто же еще! Не успел прийти в себя, как оказался изнасилованным, в самой извращенной форме! — Сэмюэль ухмыляясь, глядел на свою жену, которую, казалось, сейчас порвет от возмущения.

— Ну, ты и нахал! — Потом неожиданно рассмеялась. — Знаешь, вы с Лисом очень в этом похожи. Как-то понаблюдала за ним. Такой же наглец и такое же животное! Непорочный он!!! Я что не помню, как они вокруг тебя вились стайками. Одна только Мегера чего стоила, тварь!

— Почему тварь. Очень симпатичная девушка была.

— Вот именно, что была. Скажи, чем вы оба занимались перед тем, как нам устроили экзамен?

— Ты на что намекаешь? Мы с ней трактат всю ночь учили.

— И какой такой трактат?

— Этот как его… — Сэмюэль пошевелил пальцами. — Да не помню я сейчас! Чего привязалась? Столько времени прошло.

— Ну да, конечно, трактат! Знаю я, какой ты трактат с ней учил. Она утром прибежала, передо мной хвастаться, губы у нее припухшие, сиськи свои терла, следы от твоих… по всему телу показывала. Тварь настоящая! Но я потом на ней отыгралась! Ты же ее бросил. И она захотела тебе отомстить и выбрала, дура, не ту сторону в Великой Битве. Я эту тварь, самолично, «спатой» на мелкие кусочки изрубила, потопталась по ним и сожгла их!

— Да, Эллия Александра! Какая ты злопамятная и ревнивая!

— Какая есть! И это я была невинная! У меня до тебя никого не было, как и после тебя. Негодяй!

— Зато наша Александра, твоя точная копия. Я поражен, за все время только третий раз, когда девочки рождаются твоими точными копиями. И заметь, все именно Александры! Не знаю, как он с ней управляться будет?

— Он справиться. Ты же справляешься. Ладно, я пойду, поплещусь.

— Иди, долго только не плескайся. Нас на Совете ждут, не забыла?

— Подождут. Еще не хватало, что бы я туда пришла и кого-то там ждала, типа Эригора рогатого.

Скрылась в соседней комнате, откуда доносился шум льющейся воды. Сэмюэль поднял подушку, под которую его жена спрятала сумочку. Сумочки, ожидаемо, там не оказалось. Сэмюэль усмехнулся. Из соседней комнаты раздался голос Эллии:

— Я так и знала, что ты захочешь украсть мои честно заработанные деньги. Мерзавец!

В ответ раздался мужской смех…

Спустя некоторое время.

Сэмюэль и Эллия идут дворцовыми переходами, не обращая внимания на всю ту роскошь и красоту, которая окружает их. Сэмюэль одет во все черное — камзол, облегающие штаны, сапоги-ботфорты, на поясе меч. Эллия в облегающих брюках алого цвета, такого же цвета высоких до колен сапогах и платье с разрезами по бокам до пояса. Золотистые волосы схвачены в трех местах алой лентой. На голове диадема с кровавым рубином.

— Эллия, они знают о том, что статус Александра изменился?

— Нет.

— Странно. Он несколько раз уже замедлял время. Твой отец должен на это среагировать.

— Он среагировал. Вот только не может разобраться, что происходит. На Лиса никто внимания не обращает.

— Скажем им?

— Нет. По крайней мере, у него будут дольше развязаны руки. Лис замедляет время пока неосознанно. Только при явной угрозе. Он еще не знает и не понимает, какая чудовищная мощь сосредоточена в его руках.

— Идеальный хранитель и страж Сердца Мира. На него не действует магия. Значит на него никто не может оказать воздействия. Даже мы с тобой. Но при этом он может взаимодействовать с силой излучаемой Сердцем.

— Любимый! Сердце излучает чистую силу или как Александр говорит энергию. Пусть энергия. Попадая в три наших мира, верхний, срединный и нижний, она трансформируется и становиться магией. Вот измененная энергия или сила, на него не действует. А с чистой он может взаимодействовать. Играть с ней, направлять ее куда хочет. Сэмюэль, ты же сам знаешь, ты был первым хранителем и стражем.

— Знаю. Поэтому вопрос Эллия, а он не захочет использовать эту мощь в своих каких-то целях?

— Нет дорогой. Я его хорошо изучила. Лису наплевать на власть, тем более на власть над миром. Ему это не интересно. Единственно, где он может применить всю свою мощь, только для защиты своей ненаглядной. И я не завидую его врагам. Знаешь, дорогой, а это интересная комбинация! На ней можно сыграть. Драгос захочет сатисфакции. Он ее получит. Весь вопрос в том, на сколько он сильно дорожит своими отпрысками, а ведь над ними нависла реальная угроза полного уничтожения. Можно будет поторговаться.

— Ты уверена Эллия?

— Очень даже. Все будет хорошо дорогой.

Опять высокие створки дверей. Распахнулись. Мужчина и женщина вошли в зал. Места амфитеатра были заняты. Эллия с Сэмюэлем двинулись к своим местам. Когда дошли до середины зала, их остановил голос старейшего.

— Богиня Зари Эллия Александра! Принц Ночи Сэмюэль. Остановитесь!