Лис и Александра (СИ) - Ростов Олег - Страница 106

К короткому толстому концу рычага прикреплен массивный противовес или веревки, за которые при запуске одновременно резко дергают несколько человек. К длинному тонкому концу рычага прикреплена праща с вложенным в нее метательным снарядом. Праща представляет собой длинную веревку с закрепленным посередине кожаным или сетчатым карманом. Один конец веревки неподвижно прикреплен к концу балки-рычага, другой заканчивается петлей. Эта петля надевается на металлический зубец, насаженный на самый конец балки-рычага. Еще длинный конец рычага снабжен канатом, при помощи которого его можно притягивать к земле, одновременно поднимая расположенный с противоположного конца противовес и металлическим кольцом. Это кольцо зацепляется за вделанный в опорную раму подвижный крюк, вместе они образуют спускное устройство — триггер. Большие требюше также снабжены колесным воротом, на который наматывается канат, притягивающий длинную часть рычага к земле, и желобом-направляющей, в котором лежит праща перед пуском.

Закончил чертить: — Принцип понятен?

— Да! — Инженер с жадностью смотрел на чертеж. — А ведь все просто. Даже проще, чем делать баллисту!

— Все гениальное просто, уважаемый! — Ответил я, улыбаясь.

— Для того, что бы сделать требюше, нужны только деревянные балки и веревки. Металлических частей минимум. Но, как говорится, дьявол кроется в мелочах. Что бы добиться идеальной работы требушета, то есть хорошей дальности и хорошей точности. Нужен точный расчет и идеально подогнанные части машины. А так же не маловажны снаряды. Снаряды нужны одинаковой формы и одинакового веса.

Посмотрел на обоих: — Учитывая, что сами машины будут массивными, то лучше всего изготовить их части здесь, а собирать их будем на месте. Вы, господин Ли, начните с небольших требушетов, что бы набить руку. А я, с позволения маршала, проеду, посмотрю перевал. Сколько до него?

— Дневной конный переход. Давай съезди, посмотри.

Когда собирался в дорогу, меня, в отведенной мне комнате, перехватила Александра.

— Ты прямо сейчас уезжаешь?

— Да, солнце мое.

— И долго тебя не будет?

— Дня два — три.

— Почему ты не хочешь, что бы я поехала с тобой?

— Саша! — Сел на край постели, ее посадил себе на колени. — Давай поговорим с тобой. Если ты думаешь, что я буду безвылазно сидеть, около твоей юбки, то ты ошибаешься. Так как в этом случае, я перестану сам себя уважать. Да и ты сама, меня в итоге перестанешь сначала уважать, а потом и любить. Ведь любовь — это не только влечение друг к другу и забота друг о друге, но еще и взаимное уважение. Я хочу, что бы ты гордилась мной. А как ты будешь мной гордиться, если мою работу будут делать другие?

— Ты и так уже достаточно сделал.

— Давай я сам буду решать, достаточно я сделал или нет. И вообще, Александра, есть женские дела и есть мужские. Здесь и сейчас мужчины играют в свои игры, в которые вам лучше не лезть. Это война, кровь, смерть, страдания. Знаешь, почему женщина не должна воевать?

— Почему?

— Потому, что кровь женщины священна, так как только в вашей крови сплачивается младенец. Поэтому воюют мужчины, а не женщины. Вы можете брать в руки оружие, только в одном случае, когда мужчин уже не осталось, а нужно защитить свой дом и своих детей. Хорошим же я буду воином и мужчиной, если буду только то и делать, что ублажать тебя в постели. Извини любимая, но это не ко мне. Если ты себе такого мужа хочешь, то тогда ты ошиблась. Поищи его в другом месте. Тем более их и искать не нужно, скоро они целым табором вокруг тебя хороводы водить будут.

— Зачем ты так? Я все понимаю. Просто я впервые останусь без тебя.

— Это не на долго Саша. И тебе есть, чем заняться. Не сиди в четырех стенах. Не прячься от людей. Выйди, походи по Цитадели. Посмотри как твои поданные живут, попытайся понять как они живут и чем они живут. Они любят тебя. Я это уже заметил. В нашей истории было такое, что принцессы, во время войны одевали одежды сестер милосердия и ухаживали за раненными офицерами и солдатами. Простыми солдатами. Даже если, ты скажешь кому-то из них доброе слово, поинтересуешься его семьей, его детьми и прочее. От тебя не убудет, а им будет приятно. Они об этом всю жизнь будут помнить, своим детям и внукам рассказывать, что с ними разговаривала сама Александра Аквитанская.

— Но, такого раньше принцессы Аквитании не делали.

— То раньше! А ты будешь первая, которая так стала делать. Нужно быть ближе к своим поданным, а значит и понятнее им. И они за тебя кому хочешь глотку порвут. Даже за пренебрежительное в отношении тебя слово.

— Хорошо, я попробую. Только ты возвращайся скорее.

— Обещаю. И это, Александра! Что за засос у меня на шее? Да еще в самом видном месте?

— Извини. Я не сдержалась.

— В следующий раз, сдерживайся. Или ставь их в других местах, менее заметных под одеждой.

— Обещаю. — И обхватив мою голову, впилась в мои губы. Поцелуй был долгим и очень страстным. Прервался он только деликатным стуком в дверь. Это стучался Билли, сообщить, что все готово к выезду. Убедил девушку не провожать меня публично. Кое-как убедил. Ничего не желала слушать. Ну что с ней делать? Хоть под замок сажай. Все же убедил.

Уже сидя в седле, глянул на окна ее апартаментов, увидел ее стоящей и смотрящей на меня. Улыбнулся и повернув коня двинулся к воротам.

В Цитадели меня не было три дня. День на дорогу. День на то, что бы побегать и все разнюхать. Ничего так оборона! Серьезные бастионы. Самое поганое, что подъем градусов десять. У остальных двух еще круче. Но ничего, разломаем. Ломать, как известно — не строить. Потом еще день на обратную дорогу. Со мной ездил Билли. Этого дрессировал особо. Эмиля оставил в Цитадели. Он теперь нес постоянную охрану венценосной особы и подчинялся только ей лично. А так как Алиса находилась около Александры так же постоянно, то заодно охранял и ее. В мое отсутствие, как, оказалось, спал не в постели с фрейлиной, а чуть ли не на коврике около дверей апартаментов, где расположились обе дамы. Поэтому мой приезд его радовал особо! Анри я отправил в библиотеку Цитадели. Была здесь оказывается такая и при этом не маленькая. Пусть магию свою изучает. Заодно приставил его, опять же с одобрения маршала к боевым магам. И такие здесь были.

К Цитадели подъехал в сумерках. Это хорошо, еще не хватало, что бы Александра при всем честном народе стала бы выражать радостные чувства по поводу приезда какого-то оборванца. Так вся конспирация к чертям под хвост полетит. Передав конюхам лошадей, я с Билли и парой сопровождающих отправились к маршалу. Вернее отправился я один, а эти побежали мыться и насыщаться. Однако маршала у себя не оказалось. Его халдей сообщил мне, что в Цитадель вчера прибыли именитые гости. Принц фениксов, сплюнул в сердцах, и двое драконов — старший принц и его сестра.

Да что ты будешь делать. Не успела Александра объявиться здесь, как эти тараканы моментально нарисовались. Интересно, а завтра кто-нибудь еще с визитом пожалует?

Поэтому маршал, как и Александра, находятся в зале для приемов. Там опять корпоративчик замутили. Положено так. Тем более феникс, один из претендентов на ее руку. А дракоша наследный принц. Так дракоша! Я же его братца грохнул! Он что, на разборки прикатил? Жаль, Ф-1 больше нет. Нужно будет что-нибудь придумать. А зачем сестру притащил? Еще не хватало мне с драконихой разбираться. Не люблю я этого! И бить жалко, но а как иначе, вдруг она мне своей пилорамой откусит что-нибудь?!

Вышел во двор к колодцу. Остановил пробегавшего мимо вояку, попросил полить. Полил. Сполоснулся по пояс. Стою растираюсь прихваченным у себя в комнате полотенцем. Передо мной материализовался Эмиль с довольной физиономией. Улыбка до ушей.

— Лис, ты приехал?

— Нет, там до сих пор торчу! А здесь просто тень отца Гамлета намывается. Ты что Эмиль?

— Да я просто…

— Что просто? На сколько, я понимаю, спишь ты один, так как Алиса все это время спит с Александрой в одной комнате.