"Фантастика 2023-148. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Динаев Дино - Страница 500

Пилоты обсуждали странное поведение пассажира. Особенно негодовал второй пилот.

— Что за придурок! Наверняка, чей-то родственничек! Мало того, что в последнюю минуту сел, так еще так торопился, что велел открыть люк до швартовочного узла. Спешит он, видишь ли! Я ему все высказал, а он все свое гнет "Быстрей! Да быстрей!"

— Он что на бетонку спрыгнул?

— А я видел? Качнуло, глянь, а его уже нет.

В этот момент они заметили подошедших. Артур вежливо поздоровался.

— Мы встречаем нашего сотрудника. Извините, я подслушал часть вашего разговора. Похоже, что это он.

— Странные у вас, однако, сотрудники.

— Где он вышел?

— Если это можно назвать вышел. Скорее, испарился. Недалеко от здания аэропорта. Метров сто или пятьдесят.

— Он спустился без трапа?

— Я не знаю! — отрезал пилот. — Вроде машина была по правому борту.

— Что за машина?

— Бензовоз. Времени не было смотреть, честное слово!

Когда они уходили, Гектор спросил:

— Может, его встречали?

— Маловероятно. Он работает один.

На улице они сели в дожидавшуюся их "Тойоту", где на передних сиденьях находилось еще двое. По своей комплекции они не уступали Гектору, и Артур смотрелся среди попутчиков чужеродным элементом. Водитель ощерился и спросил:

— Может, вы лоханулись, и он мимо вас проскользнул? Всем надо было идти. Диего говорил про этого мусора, что он хитрый как лис!

— Кончай базар! — одернул его Гектор. — Зачем всем светиться, когда у нас есть Артур-Миноискатель.

Он панибратски хлопнул парня по коленке. Артур лишь отдернулся от плюхи, но ничего не сказал.

Бензовоз с визгом затормозил. Картазаев не устоял на скользкой, к тому же закругленной, крыше и благополучно сверзился вниз. Сам он полетел в одну сторону, зип — в другую. Хоть бы не раскололся, обеспокоено подумал Картазаев. Зря беспокоился. Скорее голова расколется, чем зип. Высунувшийся шофер выдал длинную тираду, смысл которой свелся к тому, что Картазаев не вовремя появился на свет.

Но он доказал обратное, показав ему сотню баксов, и мигом помягчевший добрый человек отвез его к транспортному терминалу. Пройдя здание аэропорта насквозь по путанным служебным ходам, Картазаев вышел на улицу.

Он тормознул первый же выезжающий автобус. Водитель заговорщицки подмигнул ему и открыл заднюю дверцу, куда кроме него втиснулось еще несколько "левых" пассажиров. Всем нашлось место. Картазаев устроился на тряском заднем сиденье.

Убедившись, что никому нет до него дела, он пристроил зип на коленях и вынул из него беспроводные наушники с миниклавиатурой.

Нужный номер был в памяти. Трубку на другом конце взяли сразу, потому что время было оговорено заранее.

— Здорово, Гном! — весело сказал Картазаев.

— Здоров неведом кто! — ответил ему скрипучий голос, будто на том конце действительно находился настоящий гном, Картазаев представил его маленьким, меньше табуретки, с огромной бородой-лопатой до пола, и со злыми глазами-буравчиками.

— Можешь называть меня Вольдом.

— А стоит ли?

— Ну, ты и нахал.

Засекреченный так глубоко, что его не мог бы отрыть и карьерный экскаватор, доверенный резидент по кличке Гном довольно заперхал.

— Давай ближе к телу! — потребовал Картазаев.

— Пасут тебя? — обеспокоено спросил Гном.

— А тебе какая забота?

— Вас агентов тьма тьмущая. Как блины пекут. Тебя прихлопнут, другого пришлют. А я такой один.

— Ну, ты и наглец! — восхищенно заметил Картазаев. Телефон Гнома ему дал лично Серегин, предупредив беречь парня как зеницу ока. Гном еще в трех операциях задействован. Вот тебе, бабка, и мирное время. Картазаев продолжил уже без эмоций. — Есть новости про Череп?

— Он в порту.

— У кого конкретно?

— Точных данных нет, но всю структуру криминала в порту подмял под себя преступный авторитет по кличке Ржавый. Ржавый контролирует все. Есть данные, что Череп находится у его отморозков.

— Что известно про Ржавого?

— Пятьдесят девять лет. Семь раз сидел. Профессиональный садист. Любит людей пытать, особенно вновь прибывших из Москвы.

— Кончай запугивать. Дело говори. Как к нему попасть можно?

— На живца? — неуверенно предложил Гном.

— На тебя что ли? — незатейливо уточнил Картазаев.

Гном разразился проклятиями.

— Я пошутил, — скромно заметил Картазаев. — Говори скорее, а то я к городу подъезжаю.

— В порту напротив вокзала есть бар "Мокрый шлюз". Он принадлежит Ржавому. Там наркоту толкают, шлюхи собираются, да и сходки по мелочи бывают. Хозяйством заведует некто Тамара. Женщина во всех отношениях достойная — тридцать два года, грудь четвертый номер и все такое. Она полностью от Ржавого зависит, крышу обеспечивает нужным людям, кстати, у нее и остановишься, если сумеешь ей понравиться. Скажешь ей, что хочешь скинуть товар, она тебя и сведет с кем надо. А дальше уж сам.

— Еще один вопрос. Гиту ты тоже послал в "Мокрый шлюз"?

— Конечно, — спокойно ответил тот. — У меня инструкция вести тебя след в след, так что не обессудь.

И он отключился. Занятый карлик попался: три дела одновременно ведет. Картазаев переключил наушники на Нью-Орлеан, там всегда передавали хороший джаз, и откинулся на спинку.

Старик пришел под вечер.

Одетый в мешковатый костюм с чужого плеча, он весь светился неустроенностью в этом мире. "Никому-то ты не нужен", — вздохнула Тамара. Она сразу прониклась жалостью к бедолаге. Много родственного было в их судьбах. Тамара женщина видная: высокая, длинные чуть полноватые ноги, на которых брючки сидят словно влитые, полная грудь, чуть тяжеловатая, но мужикам нравится. Обесцвеченные волосы коротко подстрижены, отчего головка кажется чуть капризно вздернутой. Есть в ней шарм, но вся ерунда заключается в том, что этот шарм никому не нужен. Мужики конечно липнут. Вся загвоздка в том, какие именно мужики, и нужны ли они ей. Здоровы пожрать на халяву и напиться вусмерть. Спрашивается, какие они после этого в постели? Вялые и холодные, словно черви, вот какие. Тамара вздыхает.

Ночью самая работа, но какая работа, когда с вечера зарядил дождь. Тамара выгоняет нескольких совсем уж потерявших человеческий вид бомжей и подсаживается к старику. Тот уже спросил, сколько стоит порция соевых сосисок и теперь долго и вдумчиво считает мелочевку.

— Тебя как зовут? — спрашивает женщина.

— Вова, — отвечает дед.

— В твоем возрасте принято называться если уж не по имени-отчеству, то хотя бы Володей.

— Просто Вова, — повторяет дед.

Она вздыхает, возвращается за стойку, где загоняет сосиски в микроволновку. Когда те подогреты, дверка печки открываться не желает. Обычная беда. Женщина берет заготовленную специально для таких случаев отвертку, сует в щель меж дверцей и корпусом, но первая попытка неудачна. Отвертка соскальзывает, оставляя за собой глубокую царапину. Ругнувшись, Тамара заносит руку, чтобы расколоть упрямый ящик, но внезапно что-то останавливает ее руку.

Ни слова ни говоря, старик отводит ее в сторону, сам опускается перед микроволновкой на корточки, что-то там колдует, после чего та внезапно распахивается. Мало того, раздается мелодичный звонок, который, сколько себя помнит Тамара, не звучал с того самого дня, когда она купила печку у Гарри, который, в свою очередь, стащил ее прямо с прилавка.

— Как это тебе удалось? — спрашивает она.

— Техника любит смазку, как женщина ласку, — ответил старик.

Голос у него приятный, не старческий. "Может, и остальное что-нибудь сохранилось?" — прикинула Тамара. Хоть остатки. Мне ведь много не надо. Чуть тепла, чуть внимания. Я ведь тоже человек. Когда старик очистил тарелку, она поставила еще одну.

— За счет заведения, — говорит она.

Сама садится напротив и смотрит, как он ест. Он недовольно зыркает глазами.