"Фантастика 2023-148. Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Динаев Дино - Страница 432

Обычная старая легковушка, превращенная в кабриолет путем ампутации крыши, лихо рассекала жаркий воздух. Дело было еще в начале лета.

— Смотри, как я ее держу, Макс! — крикнул Вит и с видом хозяина клал руку на пышную грудь девушки. — Завидуй, Макс! Ты что, думаешь здесь не за что подержаться? Смотри!

Не долго думая, он расстегивал на девушке блузку, оттягивая эластичный лифчик книзу. Макс отворачивался. Если честно он и не целовался еще ни разу по-настоящему, и поэтому вид подрагивающих грудей и сосков, ярко розовых словно губы, был для него зрелищем постыдным. Это было НЕХОРОШО.

Макс был домашним мальчиком. Любимым его занятием было

чтение книжек на диване. И еще хуже того, что он был домашним мальчиком, он еще был маменькиным сынком.

Мама была строгих правил, и с детских лет ей удалось привить Максу стойкое отношение к сексу, как к чему-то неприличному, чему нет, и не может быть места в жизни.

Глядя на прыгающие женские груди, Макс разрывался на части от стыда.

Спирало дыхание, одновременно в низу живота возникло невыносимое тиснение. У него там словно росли крылья, норовя вздернуть кверху не только штаны, но и его самого.

— У нашего Максика торчун! — хохотал Виталий. — Ай-яй-яй. Иди-ка в кустики, малявка, подергай его, может и спадет.

Стремясь сделать побольнее, он всегда называл Макса малявкой.

Максим никогда бы не стал с ним водиться, если бы не Инна.

Максим недоумевал, что она нашла в этом вечно немытом и плохо пахнущем второгоднике, который сидел в школе до двадцати лет, и никак не мог ее окончить.

Отправляясь к старому приятелю Виталия в Богом забытый Новоапрелевск, Максим знал, что ничего хорошего из этой затеи не получится, но ничего не мог с собой поделать. Он был слабовольным человеком.

Был готов к бесконечным придиркам, откровенным издевательствам, лишь бы видеть Инну.

Не доезжая города, Виталий остановил машину и сказал:

— Надо отлить.

Для этого он не стал даже вылезать из-за руля, только приподнялся и, приспустив бесформенные по моде штаны вкупе с обширными трусами, вытащил давно не мытый и дурно пахнущий член и пустил струю прямо над девушкой.

— Хороша пушка! — сказал он. — И весьма приличного размера. Как ты ее, Инесс, терпишь, — он искоса глянул на притихшего на заднем сидении приятеля и продолжил. — Малявка бы не смог.

И расхохотался. Максим слабо улыбнулся, сделав вид, что оценил не Бог весть, какую шутку. На самом деле ребята в школе болтали разное: и что Виталий бомжей в задницу трахает за бутылку пива, и что сам иногда ее подставляет, когда на мели и срочно нужны деньги.

И все несказанно удивились, когда узнали, что Инна, такая чистая, такая ПРИМЕРНАЯ, связалась с таким. Не поймешь этих баб, философски подумал Максим.

Виталию, наконец, заблагорассудилось закончить отвратительный стриптиз, от которого удовольствие получал он один, и они, продолжив путь, скоро въехали в город через северную его оконечность.

Прямо около дороги расположилось приземистое здание кафе "Север", Виталий пошел купить сигарет и Инну с собой потащил.

— А ты сиди тут, машину сторожи, — приказал он Максиму. — Знаю я этих новоапрелевских, сам отсюда, им машину спереть, как два пальца описать. Пошли, красотка!

Они исчезли за выцветшими, с облупившейся зеленой краской, дверями кафе и надолго. Максим весь извелся.

Он выходил из машины, разминался. Ради интереса посидел за рулем. Для него это являлось экзотикой, водить машину он не умел.

Прошло уже не менее двадцати минут, а парочка все не появлялась. Максу надоело ждать, и он зашел следом.

Глаза не сразу привыкли после улицы, казалось, что с ходу окунулся в сумрак, и еще ничего не видя, он услышал громкие стоны. Он узнал голос Инны и рванулся на помощь мимо столиков в пустынном зале. Подумалось, нарвались.

За стойкой бара не было обычного в таких случаях бармена, и стоны доносились оттуда. Максим с ходу забежал вовнутрь и замер, пораженный открывшимся видом.

В исполнении Виталия зрелище было тошнотворным.

Он стоял со спущенными штанами, а Инна, стоя на четвереньках периодически целиком брала его хозяйство в рот, тыкаясь каждый раз лицом в неопрятного вида рыжие торчащие волосы у него в паху.

— Малявка пожаловал! — дурашливо вскричал Виталий. — Ну-ка, иди сюда. У красавицы еще два ствола свободно.

Он тычками кулака направил в сторону Максима отставленный зад Инны, после чего просунул палец между брюками с трусами и телом и стал сдирать их книзу. Ослепительно забелела голая кожа.

Инна замычала, говорить она не могла, и попыталась взбрыкнуть, но Виталий намотал ее волосы на руку и не давал шелохнуться, еще более вдвигая девушку на себя.

Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы легкий сквозняк не стронул дверь в глубине бара. Она с легким скрипом приоткрылась вовнутрь. За ней была небольшая служебка, и в ней за накрытым столом с бутылками и закуской сидел бармен.

На нем был белоснежный пиджак, на котором ярко проступили ярко желтые струи гноя, капающего из ушей. Рот мертвеца был приоткрыт, и на шум открываемой двери, а больше, как реакция на возникший при этом сквозняк, из-под черных зубов стали быстро вылезать и расползаться по подбородку большие навозные мухи.

Максим закричал и, беспрерывно вопя, бросился вон. Следом кинулась Инна, которую, наконец, отпустил Виталий. Сам он, решив, что Максим увидел сторожа, ломился следом, путаясь в спущенных штанах и безуспешно пытаясь натянуть их на ходу.

Троица запрыгнула в машину, и Виталий сразу дал полный газ. Через секунду он как сумасшедший хохотал, выворачивая баранку вслед конфигурации городских улиц.

— Чуть не застукали! — орал он. — А мы заскочили, кругом не души и море жратвы. Коммунизм! Ну и нажрались на халяву. Потом трахаться начали, только я кончить не успел из-за этого долбаного сторожа. Он, наверное, в киндейке был?

Максима мутило. Почему-то не хотелось говорить, что бармен был мертвый. Может, ему показалось? А Вит потом засмеет.

Виталий подъехал к бывшему ДК имени Ленина и снова остановился.

— С этим долбаным сторожем ни кончить не успел, ни сигарет спереть, — сказал он. — Пойду в киоск схожу.

Инна посмотрела по сторонам и заметила:

— Люблю эти провинциальные города. Заметь, какая здесь тишина.

Действительно, было очень тихо. Едва замолк мотор, тишина сделалась абсолютной, словно в вакууме. Не доносилось ни голосов, ни шагов. Улицы были пустынны на всем протяжении. Кое-где стояли машины, которые никто даже не подумал припарковать к обочине.

— Эх, деревня! — пренебрежительно заметила Инна.

Порыв ветерка принес странный сладковатый запах. Аромат тяжелел, воздух становился густым, словно в нем разливался начинающий гнить сахарный сироп. Виски сдавило, сразу заболела голова.

Видение разлагающегося бармена возникло вдруг перед глазами Максима. Он не успел себя проконтролировать, и его вывернуло наизнанку.

— Что ты себе позволяешь, свинья! — с негодованием воскликнула Инна.

— Прости, — он пытался зажать бьющуюся изо рта струю, куда там.

Тогда он перегнулся через борт и отдался на волю стихии. Когда он вернулся в исходное положение, позывов к рвоте больше не было, но тело охватила слабость.

— Когда я зашел в бар, там был мертвец, — сказал он неожиданно для себя.

— Что ты сказал? — не поверила она.

— Там был мертвец, — повторил он. — И он мертв очень давно, потому что уже сильно разложился.

— Так чего же ты раньше молчал? — воскликнула она. — Теперь же могут подумать, что это мы его пристукнули! Нам теперь всем угрожает опасность!

— Да, похоже, нам, действительно, угрожает опасность, — повторил он и внимательно огляделся по сторонам. — Мы здесь уже около часа и за это время не видели ни одного живого человека, и мимо нас не проехала ни одна машина.

— Что ты болтаешь? — встревожено спросила она, ей начало передаваться его состояние.