Право на месть (СИ) - Ледова Анна - Страница 83

Как и додуматься снабдить каждого хоть небольшим кусочком антарина. На общий магический фон такая мелочь не повлияет, иначе у каждого мага сразу возникли бы подозрения, зато личную защиту владельцу от магических ударов он обеспечит. У такого размера камней радиус блокирования всего-то двадцать-тридцать сантиметров, но этого вполне достаточно, чтобы магический удар в сторону стражника рассеялся, не причинив тому вреда.

Самакона и тут подстраховалась, памятуя об имперском магическом превосходстве. Зато теперь с их бойцами можно расправиться только и исключительно обычным оружием, а кто же из уважающих себя магов его носит… А даже если и носили бы, то во владении острой сталью «приверженцам» нет равных.

Но и собственных боевиков из отдела контроля он натаскивал нещадно. Нааратис первым сумел выбить оружие из рук подменного дворцового стража, его примеру последовали остальные, сообразив, что магией противника не достать. Магические клинки сами собой укорачивались на расстоянии ладони от груди нападавших, видимо, антарин те носили в нагрудных карманах. Некоторым удавалось задеть магией руки или ноги, но «приверженцы» двигались так стремительно, будто танцевали свой единственно разученный танец – танец смерти.

- Йортт, уводите в порталы, кого можете! – собственные руки были заняты бесценной ношей, но трое верных боевиков уже встали по сторонам, заслоняя Ронарда. – Конлатэн!

Главе магического совета и объяснять ничего не нужно было, тот уже плел заклинания в гуще толпы, насылая врагам одно препятствие за другим. Вряд ли самаконцам доводилось сталкиваться с материальными иллюзиями такой силы – их не всякий маг то способен распознать. А потому те шарахались от неожиданно возникающих стен огня, от жутких чудовищ, теряя время и приходя в ужас, принимая мороки за правду.

- В порту резня! – выкрикнул кто-то. – В городе тоже!

Крики толпы гостей, метавшихся в отрезанной от выходов церемониальной зале среди разразившейся бойни, резали уши. А стремительно заполнявшие гавань сине-зеленые паруса были видны даже отсюда… Уйти самому порталом, не подвергая Ардину опасности? Но здесь каждый боец на счету, этоегострану сейчас атакуют… Оставить на полу, прикрыть щитом безвольное тело? Так один брошенный кусок антарина его сразу уничтожит…

Внезапная поддержка пришлась как нельзя кстати. Вспыхнул портал совсем рядом, выпуская наружу едва ли весь преподавательский состав Ровельхейма: сам ректор, мэтр Серенде и проклятийник Огги, Эвина Вэй, деканы темного, боевого и целительского факультетов, еще и еще… Ксавия, верный друг, все же почуял неладное!

- Никас, собственной головой отвечаешь! – Ронард бережно сгрузил Ардину тому единственному человеку, которому доверял как себе, и развернул того обратно в портал. Гроршева клятва, данная некогда Нердесу и закрывающая ему путь в Академию, все еще продолжала действовать…

Бои по всей столице шли до следующего утра. Дворец отбили к вечеру, захватчики лишь чудом не успели добраться до невменяемого императора. Оттавия исчезла в суматохе, причем словно забрав с собой память всех когда-либо видевших ее. Неведомо как удалось уйти и Элмас с дочерьми, у Ронарда были подозрения, что не так уж все печально с магией в свите шах-ханим. Старший шахин остался. Хотя очень, очень дорого продал свою жизнь… Отдел потерял восемь боевиков убитыми, прежде чем последний из них смог одолеть наследного Аслана и покончить с ним его же джамбией.

К ночи корабли Самаконы нагнала основная имперская флотилия, причем корстальская армада всего за сутки до этого сменила командующий состав: теперь она находилась под управлением Эррано Второго, прежний же адмирал позорно бежал, уличенный в весьма неблаговидных поступках. Той ночью не только порт, но и само Южное море озарило пламя: живое и магическое. А на рассвете небо заслонили крылья теммедрагов и бои были кончены. Куда там даже «приверженцам» против унвартов… Самакона была разбита. По крайней мере, на какое-то время.

Астарх честно выполнил уговор, вовремя придя на помощь союзнику. Часть унвартов уже отправилась вUngSkog– Молодой Лес, незамысловато названный по аналогии с прежнимWillSkog, Диким Лесом.

И-Н-Келата плакала по погибшим и радовалась вместе с выжившими. Больше всего пострадала гавань и сам дворец М’Рирт. Его еще отстроят заново, как только будет кому снова отдавать приказы… По случайности не задело крипту, там же обнаружили пропавшую императрицу. А из под завалов Фенгсель извлекли чудом выжившего зверька.

Манса Ронард тоже отправил в Академию, там за ним присмотрят. А он – за Ардиной, безопаснее и роднее места для которой, чем Ровельхейм, сейчас не было. Илза Нерайя, целительница, приспособилась поддерживать в ней жизнь, питая хитрым способом, где без участия духов-поваров не обошлось. Но и она все чаще качала головой, избегая Ронарда взглядом. Манс был бессилен: его стихия – сны, а не Изнанка. А над душами властны только окончательно умолкшие боги.

Глава 25. Дорога домой

…Когда я перестала быть собой? В тот момент, когда прошептала такой убедительной Тьме «да»? Или чуть позже, когда в собственном теле для меня вдруг не осталось места? Когда чужие острые когти располосовали, вырвали с корнем, выкинули прочь из насиженного гнезда?

Как улитку из раковины, намертво сросшуюся со своим домом: выколупать можно, обратно не засунуть. Да и занято уже жилище, какой-нибудь рак-отшельник не стал зевать, подобрал хибарку…

И все вокруг сталоничто,нигдеиникогда. Себя-то осознать удалось не сразу: вот здесь дыра от когтей, а что здесь было раньше? Там где-то на ниточке дрожит ошметком кусок каких-то воспоминаний. И сама вся такая же – осколками, черепками… Ни мыслей, ни смысла. Ни внутри, ни снаружи. Да и есть ли вообще такая граница, когда ты сама –всеиничегоодновременно?

- Здравствуй…

Небытие вдруг взорвалось целым ворохом новых понятий. Цвет. Прежде здесь не существовало ни темноты, ни отсутствия оной. Нет, наоборот… Бывает свет, а темнота – это его отсутствие. Кажется, так. И звук. Звук был белым, теперь я это точно знала. Есть звук и есть белый цвет. Голос. Слова. Трепетные и нежные, как хрустальные колокольчики на ветру. Сагарта Милостивая… Властительница душ.

Сияющая белая дама, живая, не мраморная статуя. Кто-то так и описывал мне ее раньше… Кто? И там все пропорото острым когтем.

- Я умерла?

- Да, – отозвалась она с легкой заминкой. – Но я дам тебе выбор.

- Что-то попросишь взамен? – подтянула я к себе еще один осколок памяти.

Сагарта звонко рассмеялась, закружившись белыми сполохами.

- С голой души какой спрос… Не попрошу. С тебя больше нечего взять. Это мой дар тебе. Такова моя божественная воля.

Что-то пока ни одно вмешательство богов не принесло никому счастья. И это вдруг тоже всплыло.

- Все души я отправляю на Изнанку. Там их ждет вечный покой и ничего не тревожит. Там тебе будет хорошо. Но еще я могу вселить тебя в новую жизнь. Поверь, немногие получают шанс прожить ее заново. Решай.

Духи-повара. Да. Это они рассказывали. Им Сагарта тоже предлагала возродиться в беспомощных младенцах, в которых они за пару лет новой жизни окончательно утратили бы память о предыдущей.

- Кажется, раньше был выбор побогаче. Мои дядюшки ведь остались призраками среди людей.

Если и были когда-то в моей растерзанной душе трепет и страх перед богами, то отлетели ненужным обломком. И искать не стану.

- Ты смеешь критиковать мой дар?! Требовать чего-то больше?

- А в мое старое тело никак? Там, правда, сейчас хозяйничает Тьма Изначальная… Но можешь забрать ее себе. Вдруг на что сгодится. Вырастишь себе кого-нибудь еще на забаву…

Сагарта закружилась вихрем, заняла собой все этонигде, просочилась в рваные лохмотья того, что некогда было цельной душой.

- Выбирай! Изнанка или новая жизнь! – не колокольчиками, а уже набатом разнеслось повсюду. Исчез и цвет, и сам звук – просто все вокругсталословами. – У каждой души должно быть место!