"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 1479

Отсутствовал он минут пятнадцать, и мы начали даже немного беспокоиться, но вот вернулся, ведя в поводу трёх верховых лошадей.

— Купил недорого, — и напарник тут же покраснел.

Мы, архангелы, врать не умеем, значит и вправду купил. Вот только про стоимость спрашивать не стоит. И про полицейскую форму, аккуратными тючками притороченную к сёдлам. Лаврентий Павлович недоверчиво оглядел новое средство передвижения, печально вздохнул, и отправился переодеваться в ближайшие кусты.

— Ты чего? — упрекнул я Раевского. — Не мог обычный автомобиль раздобыть? Будто не знаешь, какой из нашего святого наездник.

— Нормальный транспорт, — Изя не стал стесняться, и сменил одежду прямо на аллее. — И потом… если товарищ Берия решил совершить верховую прогулку, то это уже проблемы лошади, а не товарища Берии.

А я переодеваться не стал. Не то, чтобы не понравился фасон и покрой — и не в таких лохмотьях приходилось хаживать, просто смутили тёмные пятна на доставшемся мне комплекте. Да и вообще — вдруг у предыдущего владельца были блохи или чесотка?

Ну мы и поскакали. А Лаврентий ничего, молодцом в седле держится. Прирождённый джигит, даже не упал ни разу. Сначала его Раевский подстраховывал, а потом уверился, что всё в полном порядке, и вырвался вперёд, стараясь стоптать как можно больше прохожих. Варвар, ну что с ним поделать. Из присущей мне гуманности вдруг жалко стало будущих сибирских шахтёров и строителей Байкало-Амурской магистрали… Ой, подсознательное так и лезет. Забудьте, оговорился. Просто пожалел бедных пешеходов и чуть-чуть внёс коррективы в маскировку Израила. Но так, чтобы сам он этого не заметил.

И вот летел теперь по лондонскому Сити лихой казак в папахе с красной ленточкой да развевающейся по ветру бурке, чубатый и с шашкой наголо. А за ним два бобби, вооружённые только ясеневыми клобами. И полная непонятность — то ли большевик удирает от полицейских, то ли ведёт их в атаку. И судя по азартному и кровожадному выражению лица — верно именно последнее. Потом уже, прочитав в британских газетах отчёты о нашей прогулке, я признал свою ошибку. Да, мирные горожане разбегались в разные стороны при виде красного конника, но… Ну подавил бы Израил десяток-другой ротозеев, и хрен бы с ними. А так, после пролетевших по городу слухах о появлении русских казаков и случившейся вследствие этого паники, в столпотворении погибло не менее двух тысяч человек. Зафиксировано три с лишним сотни самоубийств, преимущественно среди участников интервенции, и семьдесят восемь случаев сумасшествия, когда больные объявляли себя Будённым, а один даже покойным Нестором Махно. Что поделать, иные времена — иные нравы. В прежние времена всё больше Александры Македонские, Буцефалы да Наполеоны попадались, а сейчас пристрастия несколько поменялись. Да что с них взять?

Но перед самым зоопарком иллюзию с Раевского всё-таки убрал — бедные зверушки не заслужили шоковой терапии. Только оказалось, что кто-то их напугал до нас. Растерянные служители тщетно пытались навести хоть какой-нибудь порядок, да вот… Помнится в Помпее, в день, когда Изя получил таки разрешение на испытание "Божьего гнева" одной из первых модификаций, всё было немного спокойнее. Во всяком случае, там не валялись под ногами упавшие в обморок слоны и бегемоты.

А на каждом столбе сидело по обезьяне и посетителю. Причём вели себя безобразно и те и другие. Люди, увидев полицейские мундиры, немедленно начали требовать призвать к ответу мерзких макак, посмевших покуситься на подданных Его Величества с самыми гнусными намерениями. Обезьяны в ответ визжали и кусали ябедников за мягкие места, и только некоторые пытались объяснить, что ничего и в мыслях не держали. Этих, говорящих, можно было легко отличить от остальных по разноцветным чалмам на головах.

— Какое счастье, господа полицейские, что вы сумели прибыть так быстро! — к нам спешил толстячок с розовой лысиной, уворачиваясь от электрических лампочек, бросаемых мартышками. — Я ведь позвонил только пять минут назад.

— Это наш долг, мистер… э-э-э? — Изя склонился в полупоклоне.

— Мопс. Меня зовут Джеральд Мопс, — толстяк поклонился в ответ. — Я директор зоопарка.

— Очень приятно. Инспектор Знаменсон к вашим услугам. А это мои коллеги — инспекторы Томинсон и Пронинсон. Мы однофамильцы. Что случилось?

— Случилось страшное — на нас напали!

— Русские? — уточнил Раевский.

— Нет, — ответил мистер Мопс удивлённо. — А должны быть они?

— Это неважно. Покажите место происшествия.

— Да-да, пожалуйста, — директор засеменил вперёд, но постоянно оборачивался и заискивающе заглядывал в глаза. — Вы отметите, что моей вины в случившемся нет?

В принципе, сам зоопарк и являлся тем самым местом происшествия, но основным его эпицентром были вольеры с медведями, и представляли они очень печальное зрелище.

— Это не соответствует марксистской теории, — заявил Лаврентий Павлович, оглядев решётки со следами зубов на них.

— Простите, какой? — не понял мистер Мопс.

— Дарвиновской, — пояснил товарищ Берия. — В результате эволюции не смогло появиться существо, способное перекусить дюймовый стальной пруток. Карл Линней также это отрицает.

— Но оно было! — жалобно возопил директор.

— Оно — это кто? — Лаврентий Павлович начал сурово хмуриться.

— Чудовище!

— Годзилла?

— Простите, опять не понял…

— Ну как же… Чудовище обло, огромно, озорно, в очках и не брито.

— Нет, что вы… — мистер Мопс опять поклонился, приложив пухлые ладошки к груди. — Очков у него не было. Зато длиной он был футов пятнадцати, зубы в три дюйма, и хвост… Очень большой хвост.

— Бред, — авторитетно заключил Берия. — Или вы слишком увлеклись сочинениями Киплинга? Наги в Англии тоже не водятся.

— Но мои люди могут подтвердить!

Изя склонился к моему уху и прошептал:

— Точно врёт. В послании Павла коринфянам особо указывается — жителей Британских островов людьми не считать до особого распоряжения.

— Где такое написано?

— В первоисточнике! — Израил гордо вскинул голову.

— Не видел.

— Да ладно, я же сам диктовал. Или опять отредактировали? Вот так всегда, — Изя плевком сбил с ближайшего столба строящего гримасы гамадрила. — Стараешься, творческими муками мучаешься для потомков. А они…

Напарника можно понять — после того, как из тринадцати версий одного его бестселлера осталось только четыре… Я бы тоже обиделся.

Но дело не в том. По описанию мистера Мопса, если преуменьшить некоторые параметры, здесь побывал Такс. Рус фон Ливенвальд фон Скениофф, буду совсем уж точным. Директор зоопарка приметил главное — длинный и зубастый

— Он не хочет слезать с дерева! — плачущий голос англичанина отвлёк меня от размышлений.

— Кто не хочет?

— Гордость нашей коллекции — настоящий американский гризли. Он так напуган.

Я проследил взглядом за директорским пальцем. Да, действительно, на верхушке роскошного бука сидел здоровенный медведь, и на все предложения спуститься вниз отвечал жалобным поскуливанием. А наверх служители залезать сами не хотели, так как по стволу стекало что-то вовсе непотребное.

— Гавриил Родионович, смотри, — Израил подтолкнул меня локтем в бок и показал на табличку, криво повисшую на остатках разрушенной клетки. — Ты его читать учил?

— Учил, и чего? Если собака, так непременно неграмотным должен быть?

— А по-аглицки?

— Совсем чуть-чуть, так, для общего развития больше.

— А если он это смог и перевести? — Изя ткнул в надпись.

Гризли. Медведь северо-американский. Ареал обитания —

Запад США, Канада, Аляска.

— И чего ты хочешь сказать?

— Догадайся с одного раза. Кто обещал ему охоту на медведей?

— И думаешь?

— К бабке не ходи…

Я обернулся к Лаврентию Павловичу:

— Товарищ… Стой! Ты чего с ним сделал?

Берия невозмутимо вытер о директорские штаны трехгранный стилет.