"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 1087

– Что же тогда получается? – глубокомысленно заметил граф Форбарра. – Сэр Людвиг оказал королевству неоценимую услугу, уничтожив предателя, и достоин награды?

– Серебряные рудники я ему не верну, – предупредил Ланца. – А с наградой… Вот когда сам обратится с какой-нибудь просьбой, тогда и подумаем над этим вопросом. А сейчас попрошу всех вернуться к обсуждению кандидатуры наследника маркизата.

Лицо первого советника его величества приобрело суровое выражение, и министры не решились спорить. Да что та суровость, если есть возможность поделить лакомый кусочек? И никто не услышал тяжёлого вздоха сэра Джеронимо и его же тихого шёпота:

– Ой вэй, товарищи бояре. Чтоб я так жил, как вы жадные…

Глава 15

Когда Иван в первый раз услышал название столицы королевства Грумант, то долго смеялся, а потом объяснил недоумевающим товарищам:

– Так Лютеция же!

– Ну и что? – не разделил энтузиазма демон. – Вот если бы был Санкт-Петербург или Нижний Тагил, тогда и мы бы посмеялись. Нормальное название для столицы, не хуже прочих.

– Не понимаете, – огорчился Джонни. – Это имя когда-то носил Париж. Не помню, почему его переименовали, но это точно он.

– Угу… и что?

– И всё, – обиделся виконт. – Нет в тебе, Вова, романтики.

– А романтика, стало быть, в том, чтобы, подобно шевалье д’Артаньяну, приехать покорять Париж с тремя экю в кармане?

– У него было пять экю! Ты перепутал с де Тревилем.

– Наплевать на обоих, без денег я всё равно никуда не поеду.

Тогда они ещё не знали, что ехать всё же придётся и финансовый вопрос окажется не таким уж неразрешимым, как казалось поначалу. Впрочем, счастье не в деньгах и не в их количестве, правда? Оно в другом. Разве нельзя назвать счастьем возможность ехать бок о бок с любимой девушкой, придерживать её стремя, помогая сойти с коня на коротких привалах? Или подгонять трактирных слуг, наполняющих горячей водой деревянную ванну? Да просто быть рядом и знать, что в этой жизни ты не калека с парализованными ногами и не станешь обузой. Счастье, оно такое… нет у него точного определения.

Виконт Оклендхайм, леди Ирэна, рикс Вован и неизменный Стефан, получивший высокое звание майордома, выехали в столицу спустя месяц после снятия осады. Риттер фон Тетюш от путешествия отказался, заявив, что климат Лютеции и не снятое обвинение слишком вредны для его здоровья. Всё это время сэр Людвиг не оставлял попыток найти законный способ женить сына, но поиски так и не увенчались успехом – служительницы Доброй Тёщи отвечали отказом, а рисковать без венчания граф опасался. Ведьмы, особенно природные, натуры увлекающиеся, и кто знает, переживёт ли графство последствия последующих за свадьбой ночей. Древние хроники хранят мрачные подробности таких опрометчивых поступков…

А в столице можно, имея достаточное количество золота и серебра, добиться справедливости. Звонкая монета, она как спасательный круг, с ней любая правда выплывет. И на правде не нужно экономить. А не получится… что ж, столицу не жалко. Сами виноваты!

Где-то между Оклендхаймом и Лютецией

Бабах!

Джонни успел пригнуться, и тяжёлая табуретка ударилась в стену над его головой – развлечение, именуемое кабацкой дракой, переходило в завершающую стадию. Ещё немного, и в ход пойдёт оружие, чего очень бы не хотелось. Конечно, порубить шестерых гномов можно, но какой в этом смысл? Добычи с них немного, слава от победы ещё меньше…

А виноват Стефан, рассказавший коротышкам про конфуз с гномьими бабами, оказавшимися и не бабами вовсе, а баронессой Винсли и её дочерью, приклеившими бороды. А потом бывший стражник сделал вывод, что если женщины от гномов отличаются только отсутствием или наличием бороды, то, следовательно, любой гном женщиной и является.

Вспыхнувшая драка как раз и стала результатом неосторожного высказывания. До этого путешествовали без приключений – кому в здравом смысле придёт в голову ссориться с высокородным дворянином и норвайским риксом, сопровождающими красивую леди? Такое невозможно просто из вежливости! Но не сегодня…

Вова в общей свалке энтузиазма не проявлял. Делая большие глотки из кружки с пивом, другой рукой он легонько отшвыривал неосторожных, стараясь работать в четверть силы. Всё же это не братья Кличко – вот тех бы отметелил за милую душу, а эти… их бить – себя не уважать.

Бум! Норваец впечатал кружку в лицо схватившемуся за нож гному.

– Курва мать!

И сам растерялся, когда незатейливое ругательство сработало как заклинание. Или это оно и было?

Облитый пивом гном икнул, выпустив изо рта несколько мыльных пузырей, заверещал что-то нечленораздельное и бросился к выходу, обрывая на бегу завязки штанов. Трое его соплеменников, к тому моменту оставшиеся на ногах, замерли на мгновение и тоже двинулись к двери, стараясь двигаться быстро, но осторожно.

– Браво, сэр! – послышалось откуда-то сверху.

Вова поднял голову – улыбающийся человек в синем плаще, заколотом дорогой даже на вид фибулой, стоял на ступеньках ведущей на второй этаж лестницы и изображал беззвучные аплодисменты. Поймав взгляд, вежливо поклонился и представился:

– Люций фон Бюлов, барон Мальборо! К вашим услугам, сэр!

– Рикс Вован из рода Димуса Синяя Борода, – ответно поклонился норваец. – Вы сэру Уинстону, герцогу Мальборо, родственником не приходитесь?

Улыбка барона стала ещё шире.

– Он мой двоюродный дядя. Вы знакомы?

– Немного наслышан.

– Да, дядюшку Уинни многие помнят даже сейчас, когда он оставил дипломатическое поприще и ушёл на покой. А ваши спутники, сэр?

– Виконт Джонни Оклендхайм, – сам представился виконт и пнул лежащего под столом противника. – А это гном. Он ничей, он просто гном.

– Путешествуете по делам или для собственного удовольствия?

– А вы с какой целью интересуетесь?

Барон спустился с лестницы и с неизменной улыбкой сообщил:

– Я имею отношение к Королевскому университету, господа, и проявленные благородным риксом магические способности меня очень заинтересовали. Кто бы мог подумать, что простейшее заклинание для мытья посуды из раздела бытовой магии можно использовать для самозащиты? Это прорыв в науке, господа! Не желаете продолжить образование, рикс Вован?

– Видите ли, в чём дело… – нахмурился норваец.

– Да-да! – перебил фон Бюлов. – Я понимаю, что ваша натура требует подвигов и схваток! Однако, обучаясь за счёт казны, вы не будете иметь в них недостатка. Завистники и всё такое прочее… Соглашайтесь, благородный рикс.

– Мы, собственно, как раз и едем в университет. – Вова наконец-то смог поймать паузу в монологе барона. – Только нас трое.

– Простите? – Барон посмотрел на Стефана, деловито проверяющего кошельки поверженных гномов. – И он учиться?

– Нет, что вы, – успокоил виконт. – Ещё моя невеста, но она сейчас приводит себя в порядок с дороги и спустится чуть позже.

– Женщин в университет не берут.

– Во-первых, леди Ирэна девушка, а во-вторых… – Джонни сделал театральную паузу. – Вы об этом узнаете. Если захотите.

Кажется, барон догадался, что и подтвердил следующим вопросом:

– Маркиз де Рамбуйе – её работа?

– Мы все там понемногу…

– Молодые люди, вы мне нравитесь! Трактирщик, друг мой, почему не несёшь вина господам студентам?

Энтузиазм Люция фон Бюлова объяснялся простыми причинами – факультет бытовой магии, деканом коего он имел честь являться, не пользовался популярностью у студентов благородного происхождения. Честно сказать, вообще ни у кого не пользовался. Ну кому хочется всю жизнь заниматься водоснабжением и заправкой магических светильников? Или того хуже – очисткой отхожих мест? Понятно, что не вручную, а при помощи искусства… Но дерьмо, даже удалённое магическим способом, дерьмом быть не перестанет.

А эти молодые люди явно не страдают от излишка денег, так как путешествуют в сопровождении одного лишь слуги, и вполне могут согласиться на бесплатное обучение. И если виконт Оклендхайм не шутит, то природная ведьма станет украшением факультета и его гордостью. Первая за несколько сотен лет! Это вам не беспомощные деревенские шептуньи, чьи способности уменьшаются вдвое с каждым последующим поколением, это родоначальница новой ведьмовской династии!