Чернильно-Черное Сердце (ЛП) - Роулинг Джоан Кэтлин - Страница 220

— Но он не хочет видеть тебя, — сказал Страйк.

— Почему? — причитала Зои, по ее лицу текли свежие слезы.

— Мы можем поговорить об этом в машине, — сказал Страйк, открывая заднюю дверь. — Садись.

Глава 103

Многое завершено, известное или неизвестное:

Жизни завершены; время сократилось;

Осталось ли непаханое поле незасеянным?

Будут ли эти бутоны всегда нераспустившимися?

Кристина Россетти

Аминь

— Ты мог бы быть более отзывчивым, — с упреком сказала Робин полчаса спустя.

Они со Страйком припарковались на боковой дороге возле станции Tufnell Park, только что проводив Зои на метро. В руках у Зои была ключ-карта от номера Робин и сто фунтов наличными, которые ей дал Страйк.

— Я сочувствую, — сказал Страйк. — Почему ты думаешь, что я только что угрожал оторвать член Эшкрофту?

Им потребовалось тридцать минут, чтобы успокоить Зои, расстроенную поспешным отъездом Эшкрофта, а затем объяснить, как работают отели, ведь она никогда раньше в них не останавливалась. Однако она так боялась, что Аноми придет и найдет ее, что в конце концов дала себя убедить, что никто не выгонит ее из отеля “Z” за то, что она не похожа на Робин, и даже приняла ободряющие объятия Робин на верхней ступеньке вокзала.

— Она позвонит Эшкрофту, как только у нее снова будет прием, — сказала Робин.

— Если он знает, что для него хорошо, он не ответит, — сказал Страйк. — Больше никогда.

— Ты понимаешь, если он Аноми…

— Это не он, — сказал Страйк. — Я только что исключил его. Ну, на девяносто процентов.

— Как? — сказала Робин, ошеломленная.

— Я объясню, когда ты расскажешь мне, что произошло наверху.

— Это все здесь.

Робин достала из сумки мобильный телефон, нашла запись и нажала кнопку “воспроизведение”.

Страйк с каменным лицом слушал, как Зои говорит, что Аноми собирается сделать “Ледвелл и Блэй” с двумя детективами. Когда они достигли тишины, нарушаемой только постукиванием клавиш ноутбука, Робин сказала,

— Значит, это я вступаю в игру. Были открыты два канала, и Папервайт — она была совершенно другой. Она сказала, что Морхауз был мерзким гадом, и она рада, что избавилась от него. А потом, спустя некоторое время, я заметила это: Аноми и Папервайт не печатают одновременно, и когда я указал на это по двум каналам, меня тут же забанили. Я уверена, что они…

— один и тот же человек, — сказал Страйк. Он наклонился вперед и нажал на паузу. — Дерьмо. Конечно, блядь: Папервайт была создана, чтобы следить за Морхаузом. Выяснить, о чем он думает, не собирается ли он уйти…

— И попытаться удержать его там, — сказала Робин, — потому что Викас вырос с тех пор, как помог создать игру, не так ли? Он становился все более и более успешным в реальном мире, и Аноми должен был знать, что его почти невозможно заменить. Я только что видела, как Аноми очень ругался на нового модератора, BorkledDrek, который явно не справляется с работой.

— Папервайт появилась в Игре Дрека примерно в то время, когда Викас и Рейчел поссорились. Я не думаю, что это было совпадением. Рэйчел говорит, что Аноми был собственником по отношению к Викасу, что ему не нравилось, когда он и Рэйчел сближались. Папервайт была идеальным способом отвлечь Викаса от Рейчел навсегда.

— С кучей украденных обнаженных фотографий, которыми Аноми также разбрасывался перед другими мужчинами, — сказал Страйк, быстро соображая. — Какова вероятность того, что Оливера Пича заманили на Комик-Кон, смутно понимая, что там будет великолепная рыжая девушка, которая поможет ему найти Аноми?

Он снова нажал на воспроизведение.

В тот момент, когда Зои заявила, что это она начала сексуальные отношения с Тимом Эшкрофтом, Страйк пробормотал “кусок дерьма”, но когда Зои произнесла слова “Это Нилс”, он громко сказал: — Какого черта?

— Тсс. Послушай, — сказала Робин, указывая на мобильный, из которого теперь доносился ее собственный голос.

— Почему ты думаешь, что это Нильс?

— Много почему. У меня был шок, когда я впервые увидела окно в Норт Гроув. На нем было написано слово “Аноми”, так что в тот вечер на канале мод я сказал: “Вы никогда не догадаетесь, я видела сегодня окно с надписью “Аноми”, разве это не смешно?” или что-то в этом роде, и Аноми отправил меня в приват, как только я это сказала, и сказал: “Никогда больше не упоминай об этом окне, или я тебя забаню. Никому не говори об этом”. Он был очень странным в этом вопросе.

— Аноми упоминал Норт Гроув?

— Нет, но у меня было чувство, что он знает, где находится окно, и я начала думать, что он, должно быть, был там, и, возможно, именно там он получил идею для названия.

— Однажды Нильс заговорил со мной об Аноми и объяснил, что это значит. Он говорил мне, что у тебя должна быть цель в твоей работе, и ты должен быть уверен, что остаешься связанным с другими людьми, и о том, что коммуна — это лучший способ жить, потому что ты не можешь страдать от Аномии, если живешь в коммуне, и что я должна переехать отсюда и жить в Норт-Гроув. Мариам поддерживала его. Я думала, что они были милыми. Но я не пошла, потому что Тим не хотел, чтобы я шла. Он сказал, что мы не можем быть там наедине.

— Однажды я услышала, как Нильс и Пез говорят об Эди, и я слушала, потому что всегда надеялась, что однажды она придет в Норт Гроув, и я встречу ее.

— Но они оба говорили о ней очень гадко… Я думала, что они будут гордиться тем, что знают ее, после того, что она сделала, но они не гордились. Пез говорил об идее комикса, над которой они с Эди работали до того, как Джош переехал. Пез сказал, что Эди, вероятно, подаст на него в суд, если он закончит его и выпустит самостоятельно, потому что некоторые идеи принадлежали ей. Речь шла о гробовщике, путешествующем во времени, в темноте, путешествующем в гробах. Мне показалось, что это была классная идея. Наверняка это все ее идеи, это похоже на ее историю. Наверняка Пез просто нарисовал несколько картинок к ней.

— А потом Нильс начал ругать Эди, и я никогда раньше не слышал его таким. Он был зол, очень зол. Нильс не часто злится. Он сказал, что она ни разу не упомянула его ни в одном интервью, после того, как он дал ей бесплатное жилье и место для создания Чернильно-Чёрного Сердца, и что она взяла все и ничего не отдала взамен. Он говорил, что если бы не он, она бы никогда не добилась успеха, и что она как бы флиртовала с ним, чтобы получить от него то, что хотела. И он говорил, что Эди никогда даже не упоминала о его творчестве или о чем-либо еще, и не потрудилась прийти на его последнее шоу.

— И когда я слушала Нильса, я подумал, что именно так Аноми говорит об Эди, потому что однажды вечером, вскоре после того, как я присоединился к игре, Аноми сказал, какая сука Эди, что она развратила игру, в то время как он поддерживал интерес фэндома и делал ей одолжение. А потом он рассказал мне, что Эди нравилась ему в реальной жизни, но кинула его, когда начала зарабатывать деньги.

Аноми был пьян, когда он это сказал, он сказал мне, что он пил. Он сказал, что у него был плохой день.

— Почему плохой?

— Он не сказал мне — он никогда не говорит много о своей настоящей жизни. Но потом, на следующее утро, после того как он рассказал мне все это об Эди, он открыл другой частный канал со мной и сказал: “Ты забудь то, что я сказал прошлой ночью, если хочешь остаться в игре”. Так что я никому не сказала, потому что тогда я очень любила игру. У меня там были друзья — Фиенди1 и Баффипоус — я имею в виду, до тебя — я часто разговаривала с другой Баффипоус.

— Но после того, как я услышала, как Нильс говорит об Эди, он мне больше не нравился. И я стала замечать, как много он сидит за компьютером. Он немного рисует, но не заканчивает много работ.

— Ты когда-нибудь видела, как он играет в игру?

— Нет, но кто-то видел, кто-то в Норт Гроув, потому что я однажды увидела ее в интернете, после того, как начал думать, что Аноми может быть Нильсом. Я пошла искать. Думаешь, это было неправильно?