Кровавый целитель. Том 6: Late game - Часть 3 (СИ) - "ArFrim" - Страница 92

— Сын мой… — слабым голосом проговорил дракон.

Мужчина молчал, подходя к дракону всё ближе.

— Я знаю, зачем ты пришёл…мне рассказал…

— Рела. Он прилетал к тебе. Конечно. Прилетел просить благословения?

Последние слова мужчина прокричал.

— Плод любви человека и дракона действительно чудесен. Кто мог подумать, что внутри тебя живёт два…

— Закрой. Свою. Пасть, — прорычал мужчина.

Ярость вскипела как дикое пламя. Мужчина выдохнул, и спокойствие быстро разлилось по телу. Ярость и злость должны служить на благо, а не ослеплять. Разум очистился. Мужчина медленно обошёл небольшую пещеру, проводя руками по гладким каменным стенам.

— Поверить не могу, что я когда-то считал это место своим домом. Знаешь, я понял вот что. Нет ни одного воспоминания о матери. Ни одного. Скажу больше. Я пытался отыскать хоть какие-то сведения о ней и ничего не нашёл. Допускаю, что человеческие историки не сочли нужным сохранить сведения о какой-то там погибшей при загадочных обстоятельствах женщине, но мне кажется, что это твоя работа.

Мужчина с ненавистью посмотрел на дракона. Чёрные глаза сверкали так ярко, словно были готовы прожечь его.

— Сын, позволь мне…

— Я тебе не сын, — грубо прервал мужчина. — Сыном будешь называть ничтожного Релу, но никак не меня. Ты знаешь, зачем я пришёл. Знаешь, что я хочу сделать. Почему ты не ушёл? Нашёл бы себе другую захудалую пещеру и влачил бы жалкое существование в ней. Я бы не смог тебя отыскать. Почему ты остался?

— Всё идёт так, как должно. Я не обидел сыновей тогда, не обижу и сейчас.

Мужчина вновь подавил закипающую ярость. В этот раз усмирить её было труднее.

— Сын мой, — вновь обратился дракон. — Я хочу, чтобы…

— Нет здесь твоего сына, — снова прервал мужчина. — И быть не должно. Мы не должны были рождаться на свет. Рела трусливо отступил в сторону. Решит мне помешать — я убью и его, но сделаю всё, чтобы искупить этот грех. Твой грех. Я, Ворс, обещаю, что не успокоюсь до тех пор, пока последний из Пожирателей не умрёт!

Ворс прошептал заклинание на таинственном языке, которое не смог бы разобрать даже дракон. В правой руке возник волшебный клинок, пропитанный тьмой до самого основания. Клинок, готовый нанести роковой удар.

* * *

Вилл резко вынырнул из череды воспоминаний, словно кто-то грубо взял за волосы и вытянул из этого круговорота. Картинка перед глазами стояла сдвоенная. В одно мгновение пробивались очертания зала с шикарным банкетным столом, а в другое — ужасающие сцены расправы над драконом. Вытащенный из самых глубин тьмы клинок без труда пронзил крепкое чешуйчатое тело, а то, что делал мужчина в длинных чёрных одеждах делал дальше, и вспоминать было противно.

— Ты…ты…отца своего убил… — промолвил Вилл, чувствуя, как бешено колотится виртуальное сердце.

На ранее непроницаемом лице Ворса впервые промелькнуло недовольство.

— Ты меня удивил, кровавый целитель. Я делился частью воспоминаний с Мари, и её выбросило намного раньше. Ты силён. Духом уж точно. Но ты что-то напутал. Я убил не отца. Его у меня никогда не было. Я убил слабохарактерное существо, которое невесть зачем породило меня и обрекло на страдания целые поколения.

— Ладно, пусть будет так… — проронил Вилл, медленно приходя в себя.

Эти воспоминания открыли много нового. Теперь стала ясна истинная природа Пожирателей. Это не древние чудовища, невесть откуда пришедшие в этот мир, а порождения запретной любви дракона и человека. В каком-то смысле, все Пожиратели — это братья Ворса. А ещё и Релы. Вот, что за сложные отношения между двумя братьями, которые братьями на самом деле и не являются.

— Хорошо… — Вилл потёр ноющие от боли виски. — Ты убил своего…этого дракона. И что было дальше?

Хотелось бы заглянуть и в эти воспоминания, но, видимо, существовало своё ограничение.

— Немногие знают, что драконьи силы не только передаются по наследству, но их можно прибрать к себе силой. Со временем это стало считаться чем-то порочным, и силы передавались друг другу лишь добровольно. Как передал их Рела, когда умирал. Чтобы его сила не пропала бесследно в великом магическом поле, он отдал её тебе. Пусть он и ослаб, поделившись силами с другими, что-то я прибрать смог. Когда мы с Релой разделились, наши силы разделились поровну, и требовалось восполнить утраченное.

В принципе, система понятная. Сила одного может перейти к другому, но напрашивался логичный вопрос:

— Тогда почему ты не убил Релу? Забрал бы и его силы тоже. Зачем ты заточил его в Глубокой пещере?

— У этого есть свои причины, кровавый целитель. До этого я пытался убить Ворса несколько раз. И не смог.

Вилл не сдержался от смешка.

— Надо же, сам Владыка Ворс не смог кого-то убить? Звучит странно.

От Ворса прошла такая холодная аура, что улыбка сама собой сползла с лица.

— Зря ты улыбаешься, кровавый целитель. Рела пусть и кажется наивным глупцом с разумом ребёнка, но на деле он весьма умён. Он знал, что я приду за ним, как и знал, что после расправы над ним мои силы будут несколько сильнее его. Он себя…защитил. Окружил воинами из Десятки, которым аккуратно, в пределах допустимого в рамках своей гнилой морали, раскрыл себя и своё прошлое. Рела вообще любил что-то скрывать. Он полагал, что если ты что-то недоговариваешь, то и не врёшь. Подцепил это от людей.

На последних словах покрытое множеством чешуек лицо скривилось.

— Воины Десятки сильны. Я знал, что если подберусь к Реле ближе, то победившего не будет. Умрёт как он, так и я, и пробудившихся Пожирателей не остановит никто. Я отпустил Релу. Позволил ему делать всё, что вздумается, даже принимать человеческий облик и кувыркаться с любимой девицей. Я наблюдал, готовя свой план.

Повисла тишина, и даже за пределами зала не было слышно ни звука. Вилл не нарушал тишину, вслушиваясь в рассказ и ожидая, пока Ворс его продолжит.

— Сперва требовалось найти и починить устройство. Изендор хорошо его спрятал. Ловушки, существа, слепленные из камней и металла, загадки. Не будь я дополнен его силами, не смог бы пройти до конца, не говоря уже о Реле, хотя его присутствие я ощущал. Его вонь я чувствовал в самом начале, но далеко он зайти не смог. Найдя устройство, меня ждала очередная задача. Изендор вряд ли рассчитывал, что его творение будут использовать спустя многие годы, и устройство не прошло испытание временем. Я отправился в один из городов, славящийся тем, что в нём жили мастера, которые связали свою жизнь не с магией и Искрой, а изобретательством. Кому-то хорошо заплатил. Кого-то запугал. Кто-то и сам был рад поработать над удивительным устройством. Когда мастера закончили работу, я уничтожил город, чтобы убрать как свидетелей, так и всё, что могло указать на их работу.

— Разрушенный город! — понял Вилл.

Вот, что случилось с ним на самом деле. Но среди выживших был один из изобретателей, который явно занимал там не последнюю роль.

— Был один, который уцелел, — Ворс словно прочитал его мысли. — Маленький мастер, Нвентор. Он тайком улизнул из города. К счастью, я добрался до него через чужие руки и немного поработал над памятью. Мастер ничего не помнил ни обо мне, ни про то, что своими золотыми руками он помог починить устройство и привести его в тот вид, в который его задумывал Изендор.

«Может, за этот крючок дёрнули Нвентора?» — подумал Вилл. Вряд ли изобретатель просто так согласился на просьбу Фалгии о создании подслушивающего устройства. Быть может, нужные кусочки памяти вычленили из его забитых воспоминаний, и использовали как шантаж. Сделай устройство — и никто не узнает, что ты создал для Ворса нечто, что поспособствует уничтожению мира.

— Устройство было готово, как и я был готов к работе с ним. Но требовалось соблюсти второе условие. Знаешь ли ты, как создан этот мир, кровавый целитель? Даже не так. Знаешь ли ты, когда и как зародилась в этом мире первая жизнь?