Невеста скованного лорда (СИ) - Соул Таня - Страница 51

Там, где его пальцы касались стены, в воспоминаниях камней оставался след. Брижина вела по нему и стирала, иногда забирая лишнего. Но чем дольше они шли, обводя стены комнаты, тем лучше у неё получалось. Пока она не поняла, что ей стало даваться это легко.

– Спасибо тебе, – произнесла она, догоняя взывея и обнимая со спины. – Это лучший в моей жизни подарок.

– Нет, – возразил Эмельен. – Будет ещё один. Намного лучше этого. Скоро мы уедем отсюда, – пообещал он, сам не зная, что соврал.

Сегодня Брижина пришла, чтобы отказаться от поездки в горы. Она не сможет сопроводить их в Нид-дел’эгль, Верхнюю резиденцию эрра.

– Не мы, – ответила она, так и не разжимая рук. Касаясь щекой напрягшейся спины Эмельена. –Выуедите. А мне придётся остаться. Высшая запретила мне покидать Жермэн.

Эмельен стоял спиной, и Брижина радовалась, что не видела его реакции. Если он расстроился, то ей не хотелось об этом знать. Еслинерасстроился – тем более. Но Эмельен, как всегда, умел удивить. Он насильно разжал её ладони и повернулся к ней лицом. В его долгом пытливом взгляде было нечто, отчего становилось жарко и не по себе. Хотелось спрятаться. И в то же время хотелось, чтобы он продолжал смотреть. Вот так, не отрываясь.

– Я останусь с тобой, – его слова пронзили и припечатали к полу. Сказанные с лёгкостью, они оказались тяжеловесны. Легли на Брижину шерстяным покрывалом и усилили обуревавший её жар. – Мы преодолеем это вместе. А потом уедем, хорошо?

Вопрос казался абсурдным и оттого болезненным. Как? Как она может уехать? Служительница, скованная обетом. Но в голосе Эмельена не слышалось издёвки. Он говорил серьёзно, и ей так хотелось согласиться. Хотя до́лжно было бы возразить. Напомнить ему о реальности.

Увидев борьбу в её взгляде, взывей покачал головой.

– О чём бы ты ни думала, забудь. Ответь так, будто от всего свободна. Тебе хотелось бы уехать вместе со мной?

Сердце сжалось у Брижины в груди, и вопреки здравому смыслу она кивнула. Согласилась на побег, которому не суждено случиться. Безумие! Эмельен Фенри заразил её безумием и теперь беззаботно улыбался, глядя ей в глаза.

– Пора идти, – прошептал он. – Твоя сестра должна скоро проснуться.

Глава 23

Каталина Арди

Площадь гудела и двигалась, наполненная людьми. На венчание приехали из соседних поселений, и даже с побережья кто-то успел. Не так часто эн-нари выходит из Храма Твердыни, обвенчанной со Скованным лордом Иль-Нойер.

Скованным… Я наконец-то поняла, почему его так называли. На этом острове скованным был не только Освальд Шенье. Все и вся здесь было в цепях долга, традиций, суеверий и предубеждений. Цепи держали жителей Иль-Нойер так крепко, что я боялась. Мне было страшно, что не смогу их разрушить. Или что спускаясь в подземелье храма и прикладывая руки к прозрачному алтарному камню, надену оковы и на себя. Присоединюсь к несвободным островитянам.

Но венчание, которого я так страшилась и которое сама же велела поторопить, вызвало в душе не только тревогу. Было в нём и нечто… волнующее. Трепетное. Мы стояли с лордом Шенье друг напротив друга, но не видели. Перед нами возвышалась кристальная друза, пронзающая Венчальный зал в самом центре. Она разделяла два алтаря, к которым нас подвели.

– Эн-нариова эрр! – выкрикнула Высшая, простирая руки к потолку.

К собственному удивлению, я поняла значение этих слов. Слишком часто их слышали мои предшественницы. «Эн-нари вручается эрру». Не обручается с ним, не венчается, как могло бы случиться на материке. Вручается как собственность. Как вещь, которой необходимо воспользоваться и забыть, когда она придёт в негодность.

– Эн-нариова эрр, – повторили окружавшие нас служительницы.

На душе у меня стало горько. Как и лорд Шенье вчера, я вдруг отчаянно захотела иного. Чтобы звучали иные слова, а на венчании присутствовали иные люди. Кто все эти служительницы, скрывающие лица под капюшонами? Убийцы, отправляющие юных заклинательниц в Нутро. Лгуньи и садистки. Разве пригласила бы я их на своё венчание, будь моя воля?

Алтарный камень под моими ладонями вспыхнул, забирая первую порцию силы.

– Эн-нари овэнтаэрр! – воскликнула я, сама не успев осознать, что говорю. По Венчальному залу пронёсся ропот. «Эн-нари рука об руку с эрром», – воттакиеслова они должны были произносить. Но я сделала это за них.

Гордо вскинув подбородок, убрала ладони с алтарного камня.

– Как посмела ты?! – закричала Высшая, бросаясь ко мне, но я лишь усмехнулась.

– Мы обвенчаны, – ответила ей спокойным голосом, хотя в груди всё клокотало от злости и триумфа. – Часть моей силы отдана эрру. А слова… какое они имеют значение?

Но они имели, и Сандрия Зеле понимала это не хуже меня. Фраза, сказанная при отдаче силы, заменяет брачную клятву. Мы обвенчаны, но на тех ли условиях, которых добивались служительницы? Безвольная отдача силы – вот чего они хотели от эн-нари. Беспрекословного послушания. Я же потребовала встать наравне с эрром. Рука об руку. Не вещью, взятой на время, а человеком. Опорой и союзницей.

– Ты пожалеешь, – пообещала Высшая.

– Пожалею или нет, только Твердыня знает. Вы не всесильны, – я обвела служительниц взглядом. – Идём, супруг мой, – протянула ладонь, и лорд Шенье положил её на свой согнутый локоть.

Рука об руку – так мы вышли на людную площадь. Рука об руку – так мы её и покинем.

Голоса затихли и, словно по команде, люди протянули открытые ладони и приблизили их к сердцу, прося у эн-нари защиты и силы. Я ответила им обратным жестом, убеждая, что готова отдавать, если потребуется. И готова защищать.

– Ваши оковы падут! – мой голос пронёсся по затихшей площади. – Ничто не будет как прежде.

Площадь взорвалась хором голосов, взволнованных, непонимающих. Хранители, оттеснявшие народ от храма, создали для нас коридор. Нужно было пройти к ожидавшему за торговой улицей экипажу. На площадь ему было не проехать.

– Не вини меня, – обратилась я к супругу, когда кучер захлопнул дверцы кареты, укрывая нас от людей. – Ты сам говорил, что хотел бы иного. Так пусть у нас будет это иное, – в моих словах не было ни капли лукавства или бравады. Что бы ни ждало впереди, мы не должны повторить ошибок прошлых эрров и эн-нари. Если уж ошибаться, то по-своему.

Лорд Шенье ответил уверенной ухмылкой. В его тёмном взгляде искрился азарт.

– Ты испортила венчание, – рассмеялся он в голос. – До сих пор не могу поверить. Видела бы ты лицо Высшей.

– Вытянулось наверно, – пожала я плечами, но тоже улыбнулась. – Поделом ей.

Лорд Шенье ударил в стенку, отделявшую нас от кучера.

– Поторопись! – крикнул ему. – Надо убираться отсюда, пока они не успели оправиться от шока. – Он замолчал ненадолго и снова ухмыльнулся, качая головой. – Я, конечно, знал, что ты смелая… Но пустых обещаний давать не стоило. На Иль-Нойер не было перемен со дня его основания. У нас с тобой даже плана толкового нет.

– Плана нет, – согласилась я, – но есть стремление. Поэтому я не соврала. Как прежде быть просто не может. Я не могу этого позволить.

***

Брижина Арди

Лёгкий ветер коснулся волос Брижины, заигрывая и привлекая внимание. Она оглянулась. Позади стоял Эмельен в окружении напуганной толпы. Только что эн-нари бросила вызов устоям Иль-Нойер и, пока народ осознавал услышанное, уехала в резиденцию.

Когда это произошло, Брижина всматривалась в лица людей, пытаясь предугадать, во что это может вылиться. Но ильнойерцы были больше растеряны, нежели злы.

Эмельен взглядом указал в сторону, предлагая выйти из толпы, и Брижина, позабыв о своих обязанностях в храме, стала пробираться к краю площади. Эмельен Фенри – шкодливый ветер, взъерошивший её жизнь. Его открытая улыбка и внимательный взгляд заставляли сердце стучать в груди быстрее. Ночью, лёжа в постели и пытаясь уснуть, она продолжала грезить об этой улыбке. И сколько бы ни напоминала себе, что присутствие Эмельена в её жизни будет таким же летучим, как и порыв ветра, её душа всё равно трепетала, а рассудок дремал. Брижине хотелось проводить с взывеем как можно больше времени.