Что скажет ветер? (СИ) - Майская Екатерина - Страница 36

Сначала ничего не предвещало, так сказать.

- Понимаешь если отец скажет, что надо замуж – я пойду. И на прием пойду…

- Поэтому надо, чтобы он тебе этого не успел сказать, до того как вы разберетесь в отношениях с Милом.

- Но перед приемом и на приеме, да и после… Я же буду во дворце…

- Вот и поговоришь с отцом.

- Я не готова! Мне надо изучить ситуацию, подготовить аргументы, спрогнозировать вопросы, которые он может мне задать и подготовить ответы…

- То есть, короче говоря, ты боишься сейчас с ним разговаривать?

- Я даже видится с ним боюсь. Мне кажется он у меня по глазам все поймет… Знаешь, как он в детстве всегда засекал, когда я хулиганила? Просто самонастраивающаяся на меня магия. А тут этот прием…

- А давай я тебя на приеме заменю.

Гениальная мысль. Была бы, если бы принцессу изображал кто-то другой, а не я… Вот и сказала… Зачем только?

Совесть вместе со мглой задумались и сели играть в карты. Кто из них вложил в мою голову эту гениальную идею – тайна покрытая мраком.

- Мысль хорошая.

- Ты знаешь, услышав КАК ты это сказала, я уже в этом сомневаюсь. Как мы это всем объясним?

- Скажем – для тренировки. А то ты меня на официальных мероприятиях еще не замещала. Надо попробовать.

- А ты права…

- Конечно права! Наших дворцовых там будет немного. По большей части дипломатический корпус. Я с ними почти не пересекалась. Поэтому до мелочей они меня не знают.

- Это, конечно, отвлечет ненадолго. Но с отцом ты все-таки поговори.

- Поговорю. Но сначала я поговорю с Милом и с мамой.

- Здорово. Вот с Мила и начни. Он все это время за дверью топчется. И еще, Али…

- Что?

- Если придешь под утро – заходи тихо. Нам с Фредо еще выспаться хочется, а время уже за полночь.

Первый раз вижу, как принцесса краснеет.

А теперь спать!

***

Договаривалась принцесса о замене со своим отцом и дядей через Олвидо. Был его императорское величество от этой идеи в восторге или нет – не знаю, но добро на проведение операции герцог Дартский дал.

С Милом Алисия поговорила. Пришла под утро, когда мы с котом дрыхли без задних ног.

Нормально поговорить мы смогли только вечером. После очень тяжелого дня, когда принцесса пыталась пообщаться, не учитывая тот факт, что вокруг куча посторонних. Несколько раз мне приходилось её аккуратно одергивать.

Вместо конспектирования текста лекций она рисовала в тетрадках сердечки, гепардов (кстати получалось неплохо) и писала букву «М» в разных вариациях. Второй день в полном беспамятстве. Но только если вчера это было волнение, то сегодня…

В любом случае, сочувствую охране. Их объект в этот день был в легком неадеквате, главный смены ушел в отгул, пообещав при этом прикопать всех в случае повторной пропажи охраняемых объектов… Да и за то, что вчера принцессу упустили, ребятам точно влетело.

Алисии очень хотелось выговорится. Мил взял небольшой отпуск и исчез с территории академии. Сам исчез, а желание поговорит о том какой он красивый, умный и замечательный вместе с ним территорию не покинуло. Более того оно росло, развивалось и цвело дурным цветом. И если во время занятий такой энтузиазм еще удавалось контролировать, то после возвращения в комнату…

Вы когда-нибудь видели человека, который с абсолютно серьезным выражение лица общается с котом? Описывая свои эмоции, жалуясь на обстоятельства и строя планы на будущее. Не видели? А мы с Фредо наблюдали.

Стоило мне появится в комнате, как кот был забыт. Фредо тяжело вздохнул и сбежал в окно. Что-то мне подсказывает, что гулять он сегодня будет долго.

- Понимаешь, у Мила прирожденное проклятье.

- Угу… - без сомнения соглашаюсь.

- Прокляли маму, а прицепилось при родах к нему. Мил не чувствует пару так, как все.

- А-а-а… - задумчиво тяну.

- Ставр родился первым, но его проклятье обошло. У него есть невеста и пара, но бросить брата он не мог.

- Ага… - глубокомысленно киваю.

Внимательно выслушиваю, киваю, не забывая подливать чай и подкладывать конфеты. Кирриан со мной согласился, что в нашем случае они лучше вина и сегодня утром доставили стратегический запас.

- Понимаешь мы с Милом… поцеловались.

- И? – заинтересовано смотрю.

Что происходит между мужчинами и женщинами не являлось для меня тайной. Побеги на улицу, и слежка в собственном доме иллюзий не оставили, но поцелуи в нашей ситуации не самое страшное.

- В общем, у нас начала формироваться связь и с другими мужчинами мне даже общаться не хочется.

Отличненько! Хороший аргумент для императора! Что не говори, а дочь он все-таки любит.

Жаль, что потом нас на политику снесло.

- Отец всегда говорил, что мои решения – это жизни сотен подданных. Договор с империей – это важный политический шаг. Я не могу подвести отца! Мы к этому договору о сотрудничестве лет десять уже идем!

Верю, сочувствую, но с отцом поговорить придется. О чем я и пытаюсь донести мысль в очередной раз. Учитывая в каком принцесса сейчас состоянии – лишнее повторение не помешает.

- Не сейчас. Сейчас меня слишком эмоции захлестывают. Я чувствую волнение Мила, его ревность. Он оказывается раньше все почувствовал, но не верил. Я же не оборотень. Я могла вообще ничего не почувствовать. Тебе нужна будет моя помощь на приеме, а я боюсь сорваться.

Так, а это уже хуже.

***

Вот объясните мне: зачем многочасовая подготовка к приему: две примерки, ванна, массаж, крема и маски, прическа, попытка сделать макияж, если у меня все равно амулет? Амулет, который прекрасно передает внешний вид принцессы.

Ну почти прекрасно. Если не считать того, что он упорно не дает закрыть мои черные пряди. Сколько гранд мастер Ровенский не бился, а через внешний вид принцессы уже через десять минут начинают просвечивать мои волосы. Все остальное – глаза, уши, губы, щеки, грудь, в конце концов! Все остальное копия принцессы!

Алисия решила с территории академии пока не ногой, но и бросать меня совсем без помощи не стала. Хотя и встречи с отцом избегала просто категорически.

Помогла Лиззи де Торнтон. Та самая подруга, которая раньше дублировала принцессу, а через две недели собиралась выйти замуж. Именно с ней и мессиром Ровенским мы с самого утра бились над моим внешним виде. Кот, который ненадолго вернулся со мной во дворец за меня болел. Хотя, глядя на его мордочку у меня возникло ощущение, что вернулся он потому, что наблюдать за мною в облике принцессы было очень весело. По кошачьим меркам.

Да я бы и сама посмеялась, если бы не ситуация… И зачем я только решилась на это? Сама причем?

«Надо!» уверенно твердила мгла где-то в глубине души. Где-то очень глубоко.

- А давайте мы ее временной красской перекрасим? – Лиззи, пухленкая блондинка с замечательной улыбкой пыталась скорректировать ситуацию.

- Пробовали, - я тяжело вздохнула. – перед поступлением. Ни одна краска или иллюзия ее не берет.

- А…

- Больше чем на десять минут.

- Проблема…

Однако именно Лиззи нашла способ решения. Полчаса, несколько ругательств и она придумала мне новую прическу. Каким-то таинственным и незнакомым мне образом она мои пряди заплела, переплела, а потом закрепила на голове. Добавив только небольшую диадему и голубую сетку расшитую серебристыми узорами. Для чего пришлось пожертвовать легким летним шарфиком. Он очень подходил под голубое платье с серебристой вышивкой.

Меня как будто обсыпало снежинками… Крупногабаритными и очень сложными по форме.

- Надеюсь, это не любимый шарфик принцессы.

Пока с домашним платьем смотрелось не очень, но я ждала, когда его принесут после второй примерки. Как оказалось, фигуры у нас с принцессой все же разные.

- Да нет, она хотела его выкинуть, - я выдохнула. Конечно, зная Алисию, я понимала, что разрезание шарфика – это не смертельно. Но лишний раз расстраивать ее не хотелось. Ей еще предстояло выкручиваться с цветом волос…

- Но вот фрейлинам знать этого не обязательно, – добавила Лиззи, расправляя светлые локоны, которые удалось вытащить из-под черных и которые прекрасно «красились» иллюзией артефакта в золотисто-пшеничный принцессин цвет.