Достаточно времени для любви, или жизнь Лазаруса Лонга - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 125

– Да, папаша, – согласился второй верховой.

– Вот это – мой сын Дарби, а там Дэн правит упряжкой. Скажите ему здрасьте, ребята.

– Здрасьте, – повторили ребята.

– Здравствуйте, Дарби, здравствуйте, Дэн. Монти, а миссис Монтгомери с вами? – Я кивнул в сторону фургона, не пытаясь заглянуть в него; фургон человека – его крепость, так же как и дом.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Потому, – проговорил я, по-прежнему играя дружелюбного идиота, что мне надо сообщить миссис Смит, на сколько человек ей придется готовить ужин.

– Хорошо! Вы слышали, мальчики? Нас приглашают на ужин. Очень приветливый человек. Верно, Дэн?

– Верно, папаша.

– Мы с благодарностью примем приглашение. Верно, Дарби?

– Верно, папаша.

Я уже устал от этого эха, но старался сохранить приветливое выражение.

– Монти, вы еще не сказали, сколько вас.

– Во! Нас только трое. Но есть мы способны за шестерых. – Хлопнув себя по колену, он расхохотался собственной шутке. – Верно, Дэн?

– Верно, папаша.

– Так что погоняй этих тупиц, Дэн; теперь у нас есть причина поторопить их.

Я остановил готовое сорваться эхо.

– Потише, Монти. Нет необходимости переутомлять мулов. – Что? Это мои собственные мулы, сынок.

– Они твои и делай с ними, что хочешь, но я поеду вперед, чтобы миссис Смит успела подготовиться к встрече. Я вижу у тебя на руке часы. – Я поглядел на свои собственные. – Хозяйка ожидает вас через час. Или, может, вам потребуется больше времени, чтобы добраться, распрячь и напоить ваших мулов?

– А че, эти тупицы потерпят до после ужина. Если приедем пораньше, обождем.

– Нет, – твердо сказал я, – через час, никак не раньше. Вы понимаете, как чувствует себя хозяйка, если гости являются раньше времени? Вы будете мешать ей, и она может испортить ужин. Займитесь-ка своими мулами; здесь есть удобное местечко, где можно их напоить: маленький пляж там, где река ближе всего подходит к дому. Удобное место – можно умыться, прежде чем садиться ужинать с дамой. И не являйтесь к нам раньше чем через час.

– У тебя какая-то странная жена... К чему эти церемонии в диких местах?

– Да уж такая, – ответил я. – Домой, Бьюла.

С рыси Бьюла перешла на торопливый галоп, но мне было не по себе, пока я не удалился настолько, что меня уже было не достать выстрелом. Среди животных лишь одно опасно по-настоящему. И иногда приходится делать вид, что веришь, будто коварная, как кобра, зверюга ласкова и невинна.

Я не стал останавливаться, чтобы расседлать Бьюлу, и поторопился в дом. Дора услышала мои шаги и встретила меня на пороге.

– Что случилось, дорогой? Беда?

– Возможно. Там трое мужчин, они мне не нравятся. Тем не менее я пригласил их на ужин. Дети поели? Уложи их спать и скажи, что, если высунут нос, мы спустим с них шкуры. Я не говорил приезжим о детях, и не надо упоминать о них в разговоре. Я сейчас осмотрю дом, чтобы ничто не выдало присутствия малышей.

– Попробуем. Да, я покормила их.

И ровно через час Лазарус Лонг встречал гостей у порога своего дома.

Они подъехали со стороны пляжа, который Смит показал им. Лазарус решил, что животных напоили, однако с легкой укоризной отметил, что не распрягли, хотя ожидание им, безусловно, предстояло долгое. Однако он с удовольствием обнаружил, что все трое Монтгомери постарались привести себя в порядок. Возможно, они будут вести себя хорошо; его шестое чувство, предупреждающее об опасности, наверное, чересчур обострилось после долгого пребывания в глуши.

Лазарус был одет в самое лучшее – килт с полной выкладкой; впрочем, эффект портила выгоревшая куртка из Нового Питтсбурга. Но она была и в самом деле нарядной и надевалась только на дни рождения детей. В остальные дни он ограничивался рабочим комбинезоном либо собственной шкурой – в зависимости от погоды и рода работы.

Спешившись, Монтгомери остановился и оглядел хозяина.

– Боже, ну и модник!

– В вашу честь, джентльмены. Я храню эту одежду для специальных оказий.

– Да? Весьма благородно с твоей стороны. Ред. Верно, Дэн?

– Верно, папаша.

– Монти, меня зовут Билл, а не Ред. Можете оставить свои пистолеты в фургоне.

– Вот еще! Ты не слишком-то приветлив. Мы не расстаемся с нашим оружием. Верно, Дарби?

– Верно, папаша. А если папаша говорит, что тебя зовут Род, значит, тебя на самом деле так зовут.

– Ну-ну, Дарби, я так не говорил. Если Ред хочет звать себя Томом, Диком или Гарри, это его дело. А без пистолетов мы чувствуем себя голыми. Вот так-то вот, Ред... Билл. Я со своими, например, даже сплю. Вон там. Лазарус стоял возле открытой двери своего дома и не делал ни малейшего движения в сторону, чтобы впустить внутрь гостей.

– Разумная предосторожность... когда ты в дороге. Но джентльмены не носят оружие, когда обедают с дамой. Оставьте их здесь или уберите в фургон, если так вам больше нравится.

Лазарус ощущал, как растет напряжение, видел, как двое молодых людей внимательно смотрят на отца, ожидая распоряжений. Не обращая на них внимания, Лазарус с приветливой улыбкой оборотился к Монтгомери, заставляя себя выглядеть непринужденно. Прямо сейчас? Может, этот медведь отступит? Или воспримет его слова как вызов?

На лице Монтгомери расплылась широчайшая улыбка.

– Ну что ж, конечно, соседушка... если уж ты так хочешь. Штаны тоже снять?

– Ограничимся оружием, сэр.

Он правша. А будь я правшой, где спрятал бы второй пистолет под одеждой? Там, я полагаю... А если там, то он невелик: либо игольный, либо старомодный короткоствольный револьвер. А сыновья его тоже правши?

Семейка Монтгомери оставила пояса с пистолетами на сидении своего фургона и вернулась. Лазарус отошел в сторону и пригласил их войти, а потом закрыл и заложил дверь. Дора, одетая в свое лучшее платье, ждала их. Первый раз она не надела перед ужином свои рубины.

– Дорогая, это мистер Монтгомери, это его сыновья, Дарби и Дэн. Это моя жена, миссис Смит.

Дора присела.

– Приветствую вас, мистер Монтгомери... Дарби и Дэн.

– Зовите меня Монти, миссис Смит... а как вас зовут? Приятненькое местечко... в такой-то глуши.

– Джентльмены, извините меня – мне нужно кое-что сделать и подать ужин на стол. – Она быстро повернулась и поспешила на кухню.