Тайная жизнь Джейн. Враги - Черненькая Яна - Страница 14

– Я не готов обсуждать это с вами, граф.

– А зря, потому что недавно мне подумалось, не пора ли подыскивать себе невесту. Домашнего ангелочка, знаете… Хорошенькую юную особу, чтобы разнообразить свой досуг. Пока присмотрю, потом еще пара лет помолвки, а там уже и пора жениться. Дело не быстрое. Ваша матушка недавно намекнула мне, что не будет против, если я вздумаю породниться с вашим… кхм… почтенным семейством. А вы что об этом думаете? Анна довольно мила…

– Оставьте эти игры, Джеймс. Моя сестра вам не пара. Потомки лавочника – плохая партия для благородного сословия.

– Это правда, – вздохнул Джеймс. – Однако, беря женщину в жены, мужчина поднимает ее до своего уровня. Я могу позволить себе небольшую… благотворительность. Но готов рассмотреть другие варианты. Скажем… эту Джейн. Мне успели сообщить по секрету, что она – очень неплохая партия. Достаточно богата и знатна… для меня. И, говорят, очаровательна. А больше от женщины ничего и не требуется.

– Отлично. – Дик казался безразличным, но граф знал, что это не так. – Займитесь ее поиском сами. Уверен, у вас все получится.

Он резко отвернулся и пошел обратно к сестре, наблюдавшей за ними. Записка исчезла с пола – значит, Анна уже ее прочитала. Джеймс улыбнулся, глядя на удаляющегося Ричарда. Скупые резкие движения, напряженная спина… Слова про Джейн Стэнли заставили Дика нервничать.

Назначенное время приближалось. Беседуя с очередной юной барышней, имени которой он даже не удосужился запомнить, Джеймс видел, как Анна отошла к подружкам и затеяла с ними длинный разговор. Ее брат сначала скучал рядом с ними, время от времени пытаясь кого-то высмотреть среди танцующих и беседующих. Потом, убедившись, что сестра в безопасности, а граф Сеймурский даже не пытается к ней приближаться, Ричард отошел в сторону и продолжил поиски. Джеймс даже догадывался, кого он так рьяно ищет. Но следовало поторопиться: негоже даме ждать. Он уже направился к выходу, когда его перехватила миссис Эйнард.

– Дорогой граф, куда же вы? Неужели решили нас так рано покинуть?

– Ни в коем случае. Всего лишь захотелось немного прогуляться и освежить голову.

– Но сначала вы потанцуете с мисс Анджеликой Пирс, дочерью личного секретаря самого графа Уинчестера. И не возражайте! Бедная девушка целый вечер надеялась, что вы ее пригласите. Ее отец – доверенное лицо нового лорда-канцлера!

Джеймс улыбался, привычно скрывая свои чувства. Больше всего ему хотелось сейчас выругаться. Из-за этой курицы план трещал по швам. Если Анна не заметит, что графа задержали, она пойдет на место встречи. Одна. А парк хоть и совсем рядом с домом, но не охраняется и Эйнардам не принадлежит. Время позднее. Ландерин – не самое безопасное место по ночам. Если что-то случится с его сестрой, Дик…

– Я очень рад, что на вашем приеме присутствует настолько именитый гость, – едко сказал Джеймс. – Когда в следующий раз наведаюсь к графу, постараюсь запомнить лицо его секретаря.

– О, вы можете это сделать прямо сейчас! – Щеки настырной дуры покрылись красными пятнами, но она сделала вид, что не заметила насмешки. – Вот же он! – Миссис Эйнард махнула рукой в сторону невзрачного типа лет сорока с залысинами и отчетливым брюшком, которое не в силах был скрыть даже корсет.

Заметив, что Джеймс смотрит в его сторону, секретарь Уинчестера низко поклонился. Толпа гостей закрыла от графа беседующую с подругами Анну, и он уже не видел, ушла она или нет.

– Уверен, что смогу потанцевать с этой очаровательной леди после того, как вернусь…

– Как можно заставлять девушку ждать?! – ужаснулась миссис Эйнард.

Отказать хозяйке дома в ее настоятельной просьбе танцевать с кем-то из приглашенных дам? Это немыслимо. Такое грубое нарушение этикета уже не получится списать на низкое происхождение Эйнардов или самой девушки. Будет даже не скандал, а намного хуже. Уважение к хозяевам дома, в который ты явился, – основа основ. До определенных пределов Джеймсу было наплевать на мнение окружающих, но лишь до определенных.

– Простите, миссис Эйнард, я непременно приглашу мисс Пирс.

Гости отошли, и граф увидел, что Анны на месте уже нет. Взгляд его заметался в поисках Ричарда. Пара слов – и пусть догонит сестру, незачем ей одной ходить по темному парку. Но Дик, как назло, тоже куда-то запропастился. В душе шевельнулась надежда – может, заметил, что Анна уходит, и успел задержать? Стало немного спокойней. Наверняка заметил. Иначе где он? Джейн здесь нет, значит, Ричард должен был вернуться к сестре…

Миссис Эйнард отбуксировала графа прямиком к стайке подружек Анны, отвела одну из них в сторонку и голосом божественного вестника сообщила:

– Мисс Пирс, позвольте представить вам графа Сеймурского.

Пришлось приглашать, и танцевать, и даже делать учтивый вид, растягивая губы в почти искренних улыбках. А глазами искать Дика и молиться, чтобы он сейчас был с сестрой. Этот танец длился целую вечность. А потом еще вечность длились расшаркивания после него. И лишь избавившись наконец от докучливой дамы, Джеймс выбрался из проклятого дома.

Небо заволокло тучами. На улице тускло горели газовые фонари. Забыв про степенность, граф побежал к месту встречи. Освещение в парке оставляло желать лучшего: пара фонарей у входа и дальше по одному на сотню шагов. Пруд и старый дуб были уже совсем рядом, когда Джеймс услышал сдавленный женский крик. Вытащив свое единственное оружие – миниатюрный нож, больше подходящий для разрезания бумаги, – граф бросился вперед. Двое мерзавцев тащили прочь отчаянно сопротивляющуюся девушку.

– Отпустите ее! – Дрожащий от гнева голос Джеймса по-юношески звенел и звучал совсем несолидно.

Один из негодяев, устрашающего вида громила, направился к нежданному свидетелю, доставая разбойничьего вида тесак, рядом с которым оружие графа казалось простой ковырялкой.

– Зря ты влез не в свое дело, мальчишка, – сказал хрипло разбойник, пока его сотоварищ удерживал Анну. – Придется тебя убить.

– Попробуйте, – осклабился Джеймс.

Похититель сделал выпад. Тесак разрезал воздух там, где графа больше не было. Одновременно с этим миниатюрный нож прочертил царапину на куртке нападающего, но повреждений, увы, не нанес: слишком толстым оказался слой ткани. Еще выпад. Уход с линии удара, контратака, но опять слишком короткое лезвие лишь царапнуло одежду похитителя. Джеймс быстро оценил свои возможности. Бить можно было только по рукам, ногам и шее. По ногам чуть проще, по рукам немного сложнее. С шеей почти невозможно: воротник и разница в росте делали этот вариант недоступным.

– Чего ты с ним возишься? Кончай его! – прикрикнул на сообщника тот, кто удерживал Анну.

Громила не ответил, настороженно разглядывая не в пример юркого противника. Джеймс тоже стоял, собираясь с силами для новой атаки.

Смерть. Граф кожей ощутил ее холодное дыхание у своего виска и лишь поэтому успел уклониться от неожиданного выпада. Он знал поступь вечности. Он слышал, когда она появлялась рядом. С того самого момента, как погибла его семья, смерть не могла подобраться к Джеймсу незаметно. Он чуял ее, слышал, ощущал…

Еще выпад. Еще.

Так не могло продолжаться долго. У изящного и миниатюрного юноши не хватило бы сил совладать со здоровым мужчиной, поэтому он брал скоростью и ловкостью. Увернуться. Разрезать кожу на запястье нападающего. Упасть на землю. Перекатиться, украсив ногу противника порезом. Быстро вскочить. Сделать финт. Еще финт. Поднырнуть под руку с тесаком, заходя со спины, оставляя новый, пусть и неглубокий, порез на запястье.

Крошечный нож порхал в руках Джеймса. Граф быстро перекидывал его из одной руки в другую, меняя хват и ухитряясь бить под разными углами и с разных сторон. Похититель на чем свет стоит костерил неуловимого противника и почти вслепую наносил удары. Разбойник, привыкший полагаться на свою силу, не успевал даже понять, что происходит.

Ласка против медведя. Ловкость и скорость против силы.