Воин-паразит: Стать человеком (СИ) - Костяной Богдан - Страница 70

— Чарку вымоешь и принесёшь обратно, — ответил Гарольд и вернулся в шатёр расшифровывать добытые в рейде техники на ультрасском языке.

«Алиса должна вернуться завтра», — вспомнил герой и попивая бодрящее варево, выбрал следующим пунктом своего маршрута лавку Мака, на которого спихнул Моди, дабы поскорее устроить Гарольда в отряд.

Всё дело было в том, что старик, хоть и помогал архивариусу с техниками (несмотря на слепоту), также занимался врачеванием, а потому, имел открытый доступ к ресурсам отряда. Благодаря таким «связям», Эспен мог вне очереди и совершенно бесплатно пить необходимую для развития алхимию.

В конце-концов, акупунктурные точки живота сами себя не откроют.

— Эй, Мак! Как там пацан? — спросил он, очутившись под навесом.

— Играется в пустом загоне, вроде. Уже где-то час его не видел.

— Ты издеваешься? — резко поднял на него взгляд аметистовых глаз паразит.

— Что?

— Ты за ним вообще не смотришь?!

— Слушай, я его и так кормлю три раза в день за свой счёт. Только потому, что мы с Алисой хорошие друзья. Он самостоятельный малец, весь лагерь едва ли не с рождения знает.

— И тем не менее, восьмилетний пацан гуляет среди вольеров для тварей, которым и отряд бронированных рыцарей, зачастую, не помеха!

— Говоришь так, будто бы ты его отец! Я Моди знаю с пелёнок, он умный малый и знает куда лезть не стоит. Если так переживаешь за него, то пойди и посмотри!

Эспен, сплюнув на землю, вышел из палатки зверолова и двинулся к пустым загонам.

— Моди! Моди-и-и! Ты где, малой?

Взгляд паразита резко зацепился за что-то цветное. Что-то, чего обычно не бывает в местах содержания зверей-адептов… Раскрашенная цветная лошадка!

И нет, Моди не забыл её. От игрушки, шёл след пары мужских сапог, а единственный на всю округу конюх, в данный момент, дрых.

— Где ребёнок! — рявкнул подскочивший Эспен и ударил мыском ботинка по ножке табуретки, на которой сидел безусый юноша в соломенной шляпе.

— А-а! Что?! Какой… ребёнок? — глаза конюха раскрылись, когда тот коснулся спиной земли. Кажись, с самого утра, единственное, что он ловил — это сны.

— Здесь должен был играться пацанёнок лет восьми!

— Да был где-то… Я вообще за ним не присматривал! — пришёл, наконец, в себя конюх.

— Ты… — Эспен, было, замахнулся над макушкой, но осознав что, скорее всего, проломит юноше череп, ударил по балке, на которой держался навес.

Резко развернувшись, он рванул по следам похителей. Благо, уроки Гунхильдра прошли не даром, в совокупности с животным чутьём.

Следы вели на опушку леса недалеко от лагеря. Углубляться, по видимому, не стали, чтобы не нарваться на развитых зверей. Те, хоть и боялись приближаться к лагерю, всё же, иммигрировали не полностью.

Не рискнув пользоваться щупальцами, Эспен осторожно ступал меж деревьев. При всём желании, неизвестные не смогли бы даже дыхания его распознать. Каждое действие героя маскировалось естественным шумом чащи.

— Ну и на хрен он нам нужен?! Я просил мне девку притащить! — доносилось изнутри.

— Не кипятись, босс! Ты бы видел его мамку! Она «смертная» и у неё нет акупунктурных точек! — вторил второй голос.

— Во-во! Она нам ничё сделать не сможет! Зато, ради сыны-корзины, на что только не пойдёт! И какие позы только не примет! — вклинился третий.

— Гы-гы-гы! — заржал четвёртый.

«Уроды… — выругался Эспен. — Ничего, сейчас у вас будет незабываемый секс!»

Паразит покрепче взялся за рукоять ножа на пояснице и стал ждать. Разбойники гремели бутылками, а из шатра доносились запахи солонины и низкосортной бормотухи.

Через пол часа, один из них произнёс:

— Ладно, пойду посру.

Отодвинув полотно, показался лысый мужик с абсолютно плоским лицом. Причиной тому служило отсутствие носа, обрубок которого скрывался под треугольной повязкой.

Рыгнув на свежем воздухе, он, довольный после плотного ужина, двинулся к ближайшему кусту.

— Чтобы ягодки росли спелые-спелые, гы-гы-гы! — поржал он над собственной шуткой, спуская штаны.

В тот миг, как похититель сел на корточки, Эспен налёг на него сверху, зажав рот и нос ладонью. В следующую секунду, ублюдок получил несколько десятков ударов ножом в горло.

Равнодушно глядя на то, как кровоточащий труп рефлекторно испражняется, Эспен вытёр нож о рубаху покойника и медленно зашагал к палатке.

Скользнул вдоль ножен гросс-мессер. Эспен медленно отодвинул занавеску и заглянул внутрь. Моди не было! Прямо напротив входа, одноглазый утырок облокотился на бочку, второй находился спиной к паразиту, а третий где-то по центру.

Резко отдёрнув полотно, Эспен в один миг настиг шею ближайшего разбойника мечом. Тот и не понял, что мёртв, пока не посмотрел на собственное тело в метре от глаз.

— Ты кто, сука… Аргх!

Ловко заграбастав нож, герой метнул его в дальнего разбойника, не дав тому выстрелить из арбалета. Одноглазый взялся за шею, куда угодило жало.

— Урод! — рявкнул тот, что посередине, хватаясь за топор.

Эспен сделал выпад вперёд, разрезав главарю кожу на животе остриём меча. Разбойник зарычал от боли и бросился вперёд, но локоть паразита оказался быстрее и ударил тому в кадык, отбросив в сторону.

Подскочив к одноглазому, мечник одним взмахом отделил туловище противника от таза, а в следующую секунду — снёс голову главарю, ударом с разворота.

— Помогите! Кто-нибудь! Я здесь! — послышался приглушённо голос Моди. Паразит уставился на бочку.

— Сейчас я тебя вытащу, — ответил он, принявшись отдирать приколоченную гвоздями крышку.

— Дядя Эспен?! Это Вы?!

— Кто здесь?! — раздалось с улицы и полотно шатра оказалось рассечено справа от Эспена.

Смекнув, что к чему, прогуливающийся неподалёку разбойник обрушил на героя саблю, целясь в макушку. Звякнул металл, гросс-мессер оказался в горизонтальном блоке.

Ударив пяткой в колено противника, воин-паразит отодвинул вражеское лезвие от лица и приготовился ирода добить, однако сзади послышался звук трескающихся ниток.

Паразит резко обернулся, собираясь нанести удар, но, в это раз опередили уже его, выбив гросс-мессер из руки.

— Иди сюда, урод! — прорычал второй дозорный и попытался разрубить паразиту глотку, но застрял мечом в центральной балке.

— Р-ра! — очухавшийся первый, вновь занёс свой палаш над головой Эспена.

Длинноволосый выстрелил кулаком в подбородок, после чего, схватил поплывшего похитителя за локоть и резко раскрутил.

Зашипев змеёй, брызнула кровь из шеи, когда разогнанный паразитом разбойник напоролся горлом на кромку лезвия своего приятеля.

— Паскуда! — озверел оставшийся похититель и, вырвав меч из балки, выстрелил жалом в голову Эспена.

Тот увернулся и, перехватив противника за запястье, тут же ударил коленом в повёрнутый локоть, выломав его в обратную сторону. Разбойник взвыл от боли, а герой лишь, зайдя за спину, сделал ему подножку, уложив на лопатки и нанёс несколько ударов кинжалом в выпирающий, как у пеликана, кадык.

Убедившись, что никто кроме него и Моди более не дышит, Эспен поднял с земли окровавленный гросс-мессер и вырвал с корнем крышку бочки, где сидел ссутулившийся рыжий мальчонка.

— Закрой глазки, приятель, — улыбнулся ему спаситель.

— Дяденька, у вас… — испуганными глазами посмотрел на него Моди и пальчиком коснулся своей щеки.

— Оу! — повторил жест паразит и понял, что на его лицо попала кровь разбойников. — Идём! Мама твоя если узнает — прибьёт меня! Так что ни слова, идёт?

— А ты мне купишь пряник? — поинтересовался сильно зажмурившийся мальчик.

— А может сразу всё золото тебе отдать своё? — возмутился Эспен, подняв Моди на руки.

— Ну-у, тогда я всё маме…

— Ладно, будет тебе пряник!

— Два!

— Два?!

— Ну, нет так…

— Понял!

Оставив шесть трупов позади, Эспен наткнулся на другого дозорного на выходе из леса. Тот облегчённо посмотрел на длинноволосого.

— Ты куда пропал? Отлыниваешь?