Темный баффер. Клановые воины 2 (СИ) - Лагунин Иван - Страница 31

— Ты помнишь Ясли, Том? Конечно, помнишь, не можешь не помнить. А помнишь ли ты ощущение запертого ларца, в коем ты находился, подобно ничтожному таракану? Изнанка была тебе стенками, а небо — крышкой того ларца, в коем тебя заперли с туманны обещанием свободы, которая последует за неким «если»? Помнишь ли ты это?

Я содрогнулся от внезапно нахлынувших воспоминаний. Сердце сжалось от неожиданно кольнувшей тоски, разум заметался меж надвинувшихся стен. Поначалу Ясли показались мне обычным испытанием воли, но чем дальше, тем все больше я ощущал себя загнанной крысой.

— Дар-Огар стал для нас тем же, чем для тебя были Ясли. Вся разница в том, что в пределах этого ларца мы хозяева себе и… иным. Но выход из него для нас закрыт, а обещание свободы… туманно настолько, насколько это возможно. Но мы привыкли. По крайней мере, некоторые из нас. И все шло своим чередом, пока в нашем уютном мирке не появился Зог. Существ иного ранга и иного времени. Тот, чьи знания и сила не чета нашим, тот, кто сможет вывести нас отсюда.

От внезапно пробившейся горячности в голосе Какодата меня бросило в жар

— Но, представь себе, сей древний мудрец… ничего не предпринимал целых два года. Вербовал жрецов, возводил храмы, строил цитадель. Все выглядело так, будто он и в самом деле решил остаться в Дар-Огаре навсегда. Но этого… этого просто не могло быть! Тому, кто познал истинную свободу, рамки Дар-Огара должны быть стократ ужаснее, чем нам! И вот наконец-то Зог делает ход. Он посылает эмиссара к тому, кто когда-то привел его в этот мир, к тому, кто не понаслышке знает о его силе… и его слабости. К некоему Тому с Земли.

Черт. Это был весьма неожиданный взгляд на бытие Восьмого Бога из Семи. Нет, Ареус об таких планах мне ведал, но мне и в голову не приходило, что для Зога жизнь в Дар-Огаре может быть так плоха. Но… но тут был просто вагон и маленькая тележечка всяких «но»!

— Так почему он нашими руками решил запереть Газнара? — спросил я моего собеседника, воспользовавшись паузой. Малорг устами Какодата и так достаточно растекся мыслью по древу. Мне же нужна была конкретика.

— Этот же вопрос гложет и меня. И не только меня.

Черт подери. Я, признаться, рассчитывал услышать от Малорга что-то более внятное.

— Так ты, значит, когда он решит покинуть наши гостеприимные края, решил составить ему компанию?

— Возможно, — неохотно признался Малорг. — Все будет зависеть от отго, сможем ли мы договориться.

— Тогда почему бы те и тем, которые «не только ты», не взять и спокойно с ним не побеседовать?

Длительная пауза была красноречивее любых слов.

— Да он вас и в грош не ставит, верно? Как ты там сказал, приятель? Тараканы в ларце? — хохотнул вдруг Эрни.

Е-мое и думать забыл, что он здесь находится.

— Сказано грубо, но… по сути верно. Иномировой гость оказался… э-э-э… на редко неразговорчивой и раздражительной особой, которая плевать хотела на любые договоренности.

Учитывая, как его тут встретили, это и не удивительно.

— А вам не кажется, братцы, что во всех этих рассуждениях много догадок? — снова встрял Эрни.

— О желании Безымянного покинуть пределы Дар-Огара мне лично сказал Ареус.

— И часто этот мудак тебе говорил правду?

Я нахмурился. Но Какодат, вернее Малорг, отмел эти возражения.

— Зог должен понять, что я ему не враг. И насколько это возможно, я прикрою его от тех, кто э-э-э… скажем так, не рад его поползновениям.

— От Йемола? Бунт в моем городе — это же его рук дело? Что ему вообще надо? Разве от ухода Зога он не выиграет?

— Бог Распада ведет свою игру. Его пути всегда были скрыты от остальных собратьев. Я говорю не о нем. Пока что мне удавалось скрывать от Семерки творящиеся на Синколе события. Но… если Зог продолжит в той же манере… события могу принять неконтролируемый оборот. Он силен, но он не справится, когда против него выступит Гарн и… другие. И на это раз Странник по Мирам его не спасет.

Странник по Мирам… Это Варга что ли?

И Малорг ушел.

Какодат вдруг судорожно вздохнул, его лицо исказилось, мышцы под морщинистой кожей напряглись и я…

Я понял, что это мой шанс.

Нет, я не стал прокидывать баффы, дабы нарастить деструкцию, не стал накидывать и на него «Влияние Горбага» и прочие чары. У меня просто не было на это времени, да и… я не был уверен, что Какодат не рассмеется мне в лицо после нелепых попыток залезть к нему в мозг.

На единый миг этот, когда Один Из Семи оставил его разум, он стал уязвимым. И я не преминул воспользоваться случаем.

Одним длинным прыжком приблизившись к Какодату, я схватил его за виски и взглянул прямо в глаза.

О, боги, я хотел бы задать ему миллионы вопросов, но более всего меня тревожил один.

— Когда ты узнал Ареуса? Отвечай! — обратив свою волю в острый клинок, прошипел я ему в лицо и на яву увидел, как с моих пальцев срываются чары.

ГЛАВА 40

В последние недели я практически не посещал мой личный Синкол. Разве что для того, чтобы выгнать отсюда взятых с боя пленников. Вот и сейчас, перед тем, как ступить в Башню Тормадуса, я освободил, наконец, несчастного капитана Улиаса. Признаться честно, в свете последних событий я о нем просто забыл!

Впрочем, он был так рад освобождению, что и словом не заикнулся о лишних днях, проведенных взаперти.

Как всегда вплотную примыкающая к моему Синколу Изнанка была густого темного цвета. Дул довольно сильный ветер. Клубы то ли дыма, то ли пара, ходили ходуном, изредка обнажая росчерки ясно-синего огнива. Небо хмурилось серыми тучами, изредка просыпаясь мелким дождем. Сегодня Синкол сильнее обычного походил на ту обитель ледяного ветра и тьмы, кою я узрел, проникнув в него впервые.

Я положил руки на оплавленный камень башни, и они сами собой пробежались по его гладкой бугристой поверхности. Когда-то здесь стоял сам Гай Тормадус. Чародей, чье истовое желание я исполнил, призвав в Дар-Огар нового Безымянного. А теперь он полон решимости свалить отсюда ко всем чертям. Ареус говорил, что нынче это нам, его последователям, ничем не грозит. Но можно ли ему верить?

Ха. На редкость глупый вопрос!

Нет, нет, нет и еще раз нет! Что, впрочем, не отменяет того, что это может быть правдой.

Увы, разговор с Малоргом мало что прояснил. Как выяснилось, бог магии и сам был в неведении насчет планов Зога. А что же тогда Йемол? С ним, похоже, дела обстояли аналогично. Разве что, он решил не ждать у моря погода, а подтолкнуть события, устроив мне бунт на корабле, поставив под угрозу миссию его эмиссаров, для чего не побрезговал действовать напрямую своими жрецами, что боги не слишком любили делать. Уж больно топорно тогда начинали выглядеть их игры.

Но хрен с ним с Йемолом, да и с Малоргом тоже. Их мотивы более-менее ясны. Но почему мнет яйца профессор Номад, он же один из Ликов Газнара? Почему не переходит в наступление? Не уверен в своих силах или чего-то ждет? Чтобы добраться до капсулы, ему нужно попасть на Остров Туманов, а чтобы попасть на Остров Туманов, ему нужно взять Хильраде и избавиться от досадной помехи в виде меня и всей моей братвы.

И была еще одна темная лошадка в этой игре. Джарты. Как спящие в глубине межреальности, так и те, что встали под руку профа. Ибо, кто из них к кому под руку встал — это еще большой вопрос. Их магия манит меня, как мотылька манит огонь в ночи. Древняя иномировая сила, сила, которую они сумели сохранить даже по пришествию Дар-Огара. Но она опасна. Она может утянуть меня в такие неведомые глубины, из которых уже не будет выхода, но… не это ли путь для настоящего мага?

А еще выяснилось, что мои представления о Дар-Огаре, мягко говоря, неполны. Древние маги знают и умеют такое, о чем мне даже не снилось! И они не спешат делиться своим знанием (вот уж, кто бы мог подумать, ха-ха!)

Я снова взглянул на клубящуюся Изнанку. Там, в ее пучинах скрывался дотоле недосягаемый Эльетьен. Что будет, если однажды я доберусь до него, вооруженный знаниями и умением использовать несвязанную магию?