Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 383

— Конечно, — тот улыбнулся. — В-третьих и в главных, на мой взгляд — внутренняя основа. Этика. Они взяли лучшее, что есть, у двух рас — людей и рауф. Даша, понимаете, самая большая опасность в работе агента заключается в том, что он в один прекрасный момент рискует… потерять самого себя. Агентов много, но по-настоящему хороших агентов, увы, мало. Есть сотрудники, у которых отличные данные, но которых Эдри или другой координатор никогда не пошлет на ряд заданий.

— Почему? — удивилась целительница.

— Да потому, что они могут дестабилизироваться в самый неподходящий момент. У них есть способности к работе, а основы, стержня — нет. Они могут перестать отличать плохое от хорошего. А в случае этих двоих такой сбой исключен априори. Есть такой социолог, Линц… надеюсь, если все кончится хорошо, он будет у них читать свой трехлетний курс… так вот, Линц настаивает на полном исключении фактора личности агента при выполнении задания — именно поэтому. По сути дела, на время работы Линц предлагает блокировать саму сущность личности работающего. У него есть тренинги, есть практические задания и… Даша, у нас еще будет время, я вам все потом подробно расскажу. Тема интересная, но сейчас мы говорим не о том. В общем, их двоих «сломать» при всем желании невозможно. Их внутренняя этика очень похожа на этику Контроля. А это, на мой взгляд, одна из неизменных величин в обитаемой Вселенной.

— Хорошо, — согласилась целительница. — Про данные мне все понятно. Но что есть по факту, в результате?

— Это была хорошая сторона, — Эдри печально вздохнула. — Теперь о плохом. У всех троих — нервное истощение, что вполне естественно после столь длительного стресса. У Ри вообще нестабильна психика, ему пришлось тяжелее, чем Скрипачу с Итом…

— Даже так? — удивилась целительница.

— Он один, — пояснила координатор. — Эти двое всю дорогу поддерживали друг друга, а Ри нашел общий язык только с Таенном. Сейчас Таенна рядом нет, и парень растерялся уже окончательно. В отличие от Скрипача с Итом у него с этикой есть ряд проблем, причем ему еще и Стовер подгадил-, и то, что он, если вдуматься, потерял любимую женщину, причем по вине Скрипача. Фэб, я тебе не завидую. Совсем.

— Я сам себе тоже не завидую, — помрачнел рауф. — Не буду гадать, на кого первого он ополчится… но выйти из подобного стресса он сумеет только через новый стресс. Который сам же и создаст.

— Верно, — кивнула Эдри. — Терпи, сам вызвался. Дальше. Физическое состояние у всех троих — ниже среднего, да еще Ит после развязки… У него тоже проблемы: искажено восприятие, он растерян, напуган. Ему и Скрипачу полегче, чем пилоту, но проблемы у них несколько иного рода.

— Я бы не сказал, что им легче, — возразил Фэб. — Не легче. Они сейчас пытаются сделать невозможное: перестроить за кратчайший срок восприятие и мира, и себя. Но тут я, возможно, смогу помочь. Надеюсь.

— Так что мы в результате делаем? — спросила Даша.

— Я так понимаю, что вы решили пока что остаться с ними, верно? — целительница кивнула, Эдри слабо улыбнулась. — Это хорошо. На две-три недели мы выводим их из игры. Их, вас, станцию. Фэб, ты решил, куда пойдете?

— Определюсь с маршрутом по дороге, но куда — решил, конечно.

— Хорошо. Фэб, на тебе — стабилизация. Организуй им жизнь так, чтобы в ней появилось хотя бы подобие порядка. Сможешь?

— Да, — кивнул тот в ответ. — Без вопросов. Физическое состояние тоже подтяну и начну вводный курс, благо, он общий. А для разрядки дам им, пожалуй, боевку, — он усмехнулся. — Практика показывает, что для молодых людей зачастую лучший способ сбросить с души лишний груз — это дать в морду ближнему своему…

— Дней через десять, не раньше, — предупредила Эдри. — Скрипач пока не годится для подобных экспериментов.

— Хорошо, через десять, — согласился Фэб. — Даша, вы согласны?

— Согласна, — усмехнулась целительница. — Эдри, а как мы выйдем с планеты?

— Вас проводят, — координатор пристально посмотрела на нее. — Даша, поверьте, такого эскорта не было еще ни у одной секторальной станции, на которой, ко всему прочему, нет ни одного Барда…

Корабль Сэфес напоминал огромное светящееся опаловое облако, неспешно плывущее в пустоте далеко впереди станции. Вокруг облака сновали юркие искры, от взгляда на которые Иту становилось не по себе — до сих пор свежи были воспоминания о стае «собак», едва не погубивших катер и весь его экипаж. Впрочем, сейчас «собаки» опасности не представляли. Сэфес, которые вызвались проводить станцию до границы нужной зоны, через Фэба объяснили, что «собаками» они управляют, и повода бояться нет.

Станция шла синхронизированным с кораблем курсом, используя все те же узловые построения, и у Ри в голове не укладывалось, как вообще технически возможно то, что Сэфес сейчас делали. На расчет следующего «шага» у них уходило около одной десятой секунды. Потом Фэб объяснил, что все это время экипаж жаловался ему на то, что считать так медленно — ужасно утомительно.

Шли, как выяснилось, не туда, куда собирались изначально. Первый план — отправиться сразу же на территорию Ордена — отвергли. Вернее, Фэб объяснил, что в Орден уже отправились два экипажа и что у них сейчас есть временной лимит, чтобы разобраться с рядом текущих дел. На вопрос Ри, что это за дела такие, Фэб ответил — увидишь.

И тем взбесил Ри уже окончательно.

Дни, проведенные на Орине, запомнились пилоту как нескончаемая череда событий, встреч, переговоров, договоров и суеты, суеты, суеты… После того как было принято положительное решение об их приеме в Официальную Службу, всех троих протащили через кучу комиссий — экзамены, тесты, медики. Ри видел, что им довольны, что вроде бы будущее действительно сулит очень неплохие перспективы. Но при этом он чем дальше, тем больше впадал в растерянность. Учиться предстояло практически с нуля — прежде всего, это было обусловлено тем, что официалы имели доступ к информации, имевшейся у Контроля, и, мало того, они использовали также новейшие достижения и изобретения самых продвинутых миров и рас. Телепортация, которой он отдал несколько лет своей жизни, казалась на фоне всего этого детским лепетом, если и достойным внимания, то лишь как архаизм. Подобными вещами просто пользовались, почти не замечая их. Есть, и хорошо.

Подразделение, в котором предстояло впоследствии работать Ри, занималось проблемами куда как более интересными. Его будущий начальник, пожилой когни с многосложным именем, которое Ри так и не запомнил, за имевшиеся полчаса объяснил, по его собственным словам, лишь малую толику того, что впоследствии предстояло делать. Оказывается, научные группы комплектовались из разнопрофильных специалистов. В такую группу (в зависимости от того, где и для чего предстояло работать) могли входить, к примеру, ученые на первый взгляд не соотносящихся друг с другом специализаций. Были группы, состоящие из биологов, социологов, математиков, астрофизиков, и… когда Ри впервые услышал про такой состав, он безмерно удивился — что, спрашивается, там делают целых три философа? Зачем они? Оказывается, именно эта группа работает над изучением динамики спонтанных индиго-монад начального уровня, развивающихся в Белой зоне. Или в группе медиков с какой-то радости оказывался, к примеру, инженер или геофизик… потом выяснялось, что это подразделение — часть отдела изучения капсулирующихся миров Мадженты последней стадии развития…

Со специализацией пилот определился быстро. Он без колебаний выбрал математику и практическую астрофизику — то, что больше всего привлекало. Еще полчаса спустя выяснилось, что и математика, и астрофизика (вернее, то, что тут называлось астрофизикой в весьма приблизительном переводе) были отраслями, основанными на знаниях, предоставляемых официалам Контролем. Контроль своей же собственной математикой пользуется, основываясь практически полностью на интуиции, да еще и математика эта сильно отличается от той, которую знал Ри. При изучении всей этой каши можно запросто выломать себе мозги под совершенно невероятным углом. Впервые услышав о том, что модель, которую предстоит использовать, является так называемой положительной безопорной, Ри опешил — он не понял, что это такое. Выяснилось, что в модели отсутствуют такие привычные вещи, как отрицательные величины. Что нет такого понятия, как «ноль». Что любой исследуемый объект определяется не как точка отсчета, а как совокупность его смычек с рядом других объектов. Разговор с когни кончился тем, что тот скинул Ри на биокомп месячный начальный курс для самостоятельного изучения (если что, искин подскажет, не переживай, парень) и посоветовал получше отдохнуть — сейчас как раз доукомплектовывалась учебная группа, начало занятий через месяц.