Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ) - Шорников Александр Борисович - Страница 384

— Ну и чего мы будем делать?

Никитин пожал плечам.

— Пока ничего. Будем ждать что они там решат с теро, а пока давай направь бойцов что бы они ещё больше углубил ров. А то мне кажется, что эти ребята между собой не договорятся.

— Понятно?

— Понятно — нехотя отозвался Биху.

— Что ещё там у нас? Как с продовольствием? — обратился Никитин к Бирту.

— Дня на два-три хватит. Ну и у на ещё в обозе есть часть продовольствия, которые желтоглазые нам спихнули везти — это ещё на пару дней, потом надо будет вскрывать НЗ.

— Понятно ещё что?

— Скотину кормить надо. Вон волнуется — один из сотников кивнул на толпящихся между фургонами быков.

Сергей скривился о лошадях и быках он как-то забыл, а их тоже надо было кормить и поить.

— Сделайте более широкий настил и поодиночке выпускайте быков! А твои люди — он кивнул головой Росо — пускай их попасут. И вот что ещё если завтра мы примем здесь бой, то прикиньте как лучше защитить животных от стрел. Свяжите их там покрепче, а то сами понимается, что будет, если по лагерю будут метаться сотня быков! Они нам здесь всё разнесут! Давайте действуйте! Да и пусть там с убитых лошадей там мясо нарежут побольше, вон сколько пищи пропадает!

— Конина — презрительно протянул кто то из бойцов.

— Жрать захочешь и конину съешь! — бросил ему в ответ Биху.

— А если командир сам сделает со своими травками то ты добавки просить будешь! — ввернул своё слово Бирт.

Все громко засмеялись поглядывая на Сергей.

— Можно попробовать! Говорят что молодые лошадки очень даже неплохи на вкус!

Сотники, смеясь и громко переговариваясь, разошлись. Вскоре вокруг зазвучали грубые голоса десятников и бойцы принялись за дело. День прошёл спокойно, кочевники не делали никаких попыток напасть на них.

А вот ночью выспаться им не дали. Степняки затеяли шумные пляски, и большая часть ночи прошла под аккомпанемент их монотонных, многоголосых криков и горлового хорового пения. Стоило только одной группе певцов умолкнуть как его тут же подхватывала другая группа таких же горластых.

Никитин часа два, смотрел на костры вокруг которого, прыгали и потрясали копьями их будущие противники, потом пошёл спать. Все спали не раздеваясь, часто просыпаясь от мощного слитного рева, доносившегося с холмов.

Наконец на небе медленно начала разгораться заря. Никитин ещё вчера приказал, что бы поварихи с вечера сварили кашу, и теперь им осталось только разогреть её. Бойцы сотня за сотней подходили к котлам, ели свою порцию и шли сменять своих товарищей на посту.

Землянин при свете дня прошёлся по всему периметру частокола, осматривая углублённый ров. В одном месте он неожиданно заметил небольшую лужицу воды и тут же велел копать дальше в этом месте. Несколько бойцов надев грязное начали копать в этом месте.

Пока было спокойно, кочевники, на холме, не проявляли какой-нибудь заметной активности, а может быть отсыпались после такой бурной ночи. В лагерь теро во всяком случае делегация этого степного клана, пока не спускалась.

Часа через два, когда они углубились вниз уже метра на три и оттуда стали бить струи воды. Под радостные крики землекопов быстро вытащили наверх, а вскоре вода начала заполнять ров.

Сам источник быстро огородили подручными средствами. Вскоре мутный поток воды схлынул и вода очистилась. Сергей тут же велел заполнить водой все имеющиеся ёмкости и напоить животных. То, что рядом оказался источник, было очень хорошо, запас воды у них уже подходил к концу, а сколько они здесь будут сидеть в осаде, пока было неясно.

Делегация кочевников появилась ближе к полудню. Переговоры на этот раз закончились быстро, буквально за несколько минут и небольшая кучка всадников унеслась обратно в своё становище. Вскоре оттуда послышались громкие крики.

— Ва-да! Ва-да! — громко выкрикивали тысячи глоток на холме.

Окрестное эхо аккомпанировало им и казалось, что это имя предводителей кочевников гремит отовсюду. Вдоволь накричавшись и заведя себя, степняки принялись ловить лошадей и выстраиваться для сражения.

Здесь надо пояснить диспозицию сторон. Кочевники располагались в километре от них на невысокой возвышенности. Теро не просто так остановились в этой местности — с левого фланга их защищал узкий и длинный овраг, тянувшийся до самого горизонта. Глубиной он был примерно метров в пять, что не позволяло коннице, вот так запросто перейти его, да и для пешего войска это было довольно затруднительно.

Желтоглазые выстроили оборону своего лагеря следующим образом. Основная масса войск выстроилась напротив лагеря кочевников, правый, тянущийся по широкой дуге, фланг был сплошь заставлен связанными между собой телегами и фургонами.

Левый фланг опирался на глубокий овраг. Перешеек был небрежно огорожен несколькими телегами, там же толпились стреноженные быки и лошади. Командующий видя численное преимущество конных кочевников, заставил всех конных спешиться и теперь они выстроились частыми рядами позади щитоносцев с луками наперевес.

Никитину, осматривающему поле будущей битвы с крыши фургона, всё было довольно хорошо видно. Теро умело воспользовались рельефом местности и кочевники не могли их обойти с флангов, правда можно было послать отряд, что бы он напал на лагерь теро с тыла, но вот насколько далеко тянется этот овраг, было непонятно. Да и в случае если они обойдут их с тыла, это было не смертельно — узкий перешеек позволял сотне другой бойцов, надёжно держать оборону в этом месте.

А вот их кочевники могли свободно обойти, но Никитин надеялся на своих арбалетчиков, стрелы которых летели дальше, чем у противостоящего им противника. Кроме того, вода во рву уже поднялась к этому времени на метр, так что нападавшим, если захотят его форсировать, придётся изрядно попотеть, преодолевая топкие и крутые берега. А вот если они подойдут поближе и будут засыпать их стрелами, тогда отряду Сергея придётся туго.

Передовые отряды кочевников тронулись. Земля глухо загудела под копытами тысяч лошадей.

— Ва-да! Ва-да — вновь раздался уже изрядно всем надоевший клич.

Никитин уже приготовившийся было слезать с крыши фургона, передумал. Удар кочевников был направлен только против теро. Видимо кочевники не посчитали их небольшой лагерь достойной целью. Основная масса войска противника застыла на холмах и не вступала пока в сражение.

В атаке участвовало, самое меньшее, тысяч пять всадников. Конная лавина степняков, набирая скорость, полетела на ощетинившуюся копьями шеренги теро.

— Хэй! — в лагере теро раздался громкий и резкий крик.

Повинуясь ему, лучники выпустили сотни стрел в сторону приближающихся степняков, что сразу создало десятки мелких заторов в наступающей конной лаве. Это, впрочем, нисколько не охладило пыл нападавших, всё также с исступлёнными воплями они продолжали рваться вперёд.

К сожалению, до них было слишком далеко, чтобы попасть в нападавших из арбалетов, а выйти из укрепленного лагеря и напасть на кочевников, было чистым самоубийством. Оставалось пока ждать.

Недоверие теро к своим союзникам сейчас могло оказаться фатальной для них, кочевники получили отличную возможность разгромить их поодиночке. Конная лава тем временем немного замедлила свой ход и теперь уже в сторону теро, полетели смертоносные стрелы.

Луки теро били на большую дистанцию, но теряя ежесекундно десятки бойцов, кочевники сократили дистанцию и теперь уже их стрелы начали выбивать защитников лагеря.

Кочевники нападали на теро с каким-то редкостным озлоблением и бесшабашностью, что ли. Особенно те, кто оказался в первой линии, многие из них бесстрашно посылали своих коней прямо на копья защитников лагеря.

Никитину сверху хорошо было видно как кочевники, расстреляв свои стрелы или кинув дротики, бросались вперед с топорами или с кинжалами.

Минут через десять первый этап сражения окончился. Из нападавших обратно уползло, наверное, не более десятка воинов, остальные были или мертвы, или были тяжело ранены.