Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ) - Шорников Александр Борисович - Страница 139

Стоило ему только взглянуть на грязную посуду, вонючее прогорклое масло и полусырую рыбу, которую подавали в этих забегаловках как аппетит сразу пропадал.

Сергей вернулся обратно на рынок и немного поразмыслив о том что ему сегодня хочется на ужин, решительно зашагал на рыбный рынок, стараясь не обращать внимания на запах, там он сегодня видел хороших осетров. После недолгих торгов он за одну мелкую жемчужину купил крупного, килограмм на десять, осётра. Торговец рыбой плохо говорил на торговом и постоянно сбивался на местный диалект, но язык жестов помог им обоим сгладить языковые барьеры.

Купив рыбу Никитин задумался как он понесёт её с собой, пачкать куртку или рюкзак ему не хотелось, а полиэтилен здесь ещё не был в ходу. Впрочем, эту проблему он решил, купив тут же плетёную корзину куда и положил купленную рыбу.

Вытерев рукой пот, сегодня температура явно зашкаливала за тридцать градусов, он поправил свой тяжёлый рюкзак и зашагал обратно в таверну. Все свои вещи за исключением посоха и подстилки, Сергей сегодня взял с собой, к наемникам в собутыльники понабежало много подозрительных личностей и он не хотел рисковать. Как говорится — всё моё ношу с собой. Целее будет!

Пройдя огороженный частокол он спустился к реке вымыл грязные руки и умылся, потом занялся разделкой рыбу. Неожиданно рядом послышалось громкое требовательное похрюкивание.

Никитин скосил глаза. Неподалёку от него сидело животное размером с крупную кошку, с коротким хвостом, покрытое короткой серой шерстью. Странный представитель здешней фауны то собирался в пушистый шар, то резко вытягивался в длину производя при этом хрюкающие звуки.

Несмотря на свои внушительные зубы, существо не выглядело агрессивным. Сергей тщательно промыл и почистил рыбу, кинул животному рыбьи потроха на которые тот с жадностью набросился, и обогнув большую лужу пошёл к трактиру. Там веселье было в самом разгаре, из трактира неслись пьяные вопли и песни.

Во дворе было несколько мест огороженных камнями с потухшими углями и тут и там валялось достаточное количество древесины для костра. Выбрав место подальше от трактира рядом с лениво пережёвывающими жвачку быками, он быстро развёл костёр. Ножом настрогал длинные прутики и стал обжаривать жирную осетрину на огне.

Обладатель серого меха пристроился неподалёку рядом с костром, пристально поглядывая на куски жарящейся осетрины и временами требовательно похрюкивал. Сергей его игнорировал. Животное тяжело вздохнуло, ещё немного побродило около него и поплелось поближе к таверне, рассчитывая видимо поживиться там.

Осетрина подоспела быстро, Сергей переложил первую порцию рыбы на тарелку и посыпав солью и приправами принялся есть.

— Эх хорошо жить на натуральной пище! — думал он пережёвывая нежное мясо. — Поди купи такого в Москве за сущие копейки. Закоптить бы парочку таких, жаль времени нету, да и протухнет всё это быстро.

Закончив с первым куском, он швырнул остатки пищи рядом с собой. Создание резво подбежало к упавшему куску и выбросив длинный язык одним движением втащило его в довольно большую пасть. В свете костра блеснули большие острые зубы, послышался глухой хруст и довольное похрюкивание. Сергей подкинул бедолаге ещё кусок.

Уже заметно стемнело, из-за горизонта поднялся Дабо, самый первый спутник, и неторопливо двинулся по небосводу.

Дверь трактира резко распахнулась и оттуда высыпала толпа людей, горланя разудалые песни. Животное поспешно ухватило кусок лежащий около него, и растянувшись в длину метнулось к частоколу. Несколько секунд его серое тело энергично дергалось, туда-сюда пролезая в узкую щель, ещё миг и оно исчезло под частоколом.

Большая часть толпы направилась к выходу. Распевая игривую песенку гуляки затопали по мосту, перебираясь на другую сторону города. Другая часть, наемники Носа, принялась укладываться на ночлег. Оставшиеся продолжали веселиться в таверне, из которой временами слышался женский визг и хохот.

Сергей подошёл к своей телеге и разложив подстилку начал устраиваться на ночлег стараясь не обращать внимания на пьяно бормочущих наёмников. Только он начал засыпать как послышался яростный рёв, зазвенели клинки, Никитин присел в телеге, торопливо нашарил ножны и выхватив клинок, начал оглядываться вокруг.

— Убью сволочь! — надрывался пьяный голос около входа в трактир.

В ответ слышалась местная быстрая матерная скороговорка. Сергей пригляделся вокруг. Ничего особенного не было, никто на них не нападал, так бытовуха. Это сцепились что то, не поделив, двое — один был из его отряда, другой из местных. Их быстро растащили выскочившие из трактира наёмники.

Вскочивший было народ, обругав драчунов, вновь начал потихоньку устраиваться на телегах и под навесами на ночлег. Многие из наёмников, те кто успели крепко набраться, так и продолжали мощно храпеть. Сергей глубоко вздохнул, убрал своё оружие и помянув крепким словом всяких дураков мешающих спать, вновь начал погружаться в сон.

Ему снилось что он вновь в Москве и идет по знакомой улице, здороваясь со знакомыми людьми…

Дверь трактира вновь резко с грохотом распахнулась, не дав ему досмотреть сон. Из неё начали чуть ли не на карачках начали выползать пьяные люди. Вся эта людская масса, поминутно спотыкаясь и падая, потянулись к выходу со двора, что-то пьяно напевая и поминутно окликая своих дружков. Кое-кто из этой толпы так и не дополз до выхода и тяжко вздохнув захрапел прямо на земле около телег.

Сергей перевернулся на другой бок, крики вроде уже стихли, везде слышался многоголосый храп.

— Наконец-то всё угомонились — подумал он и опять начал погружаться в сон.

Как оказалось рано. Дверь трактира опять с грохотом ударилась об стену. Из неё пошатываясь и горланя песни, выбрались два дюжих мужика, третий что-то невнятно бормоча висел у них на плечах. Троица, шатаясь и невнятно мыча какую-то песню, с трудом выбралась за ворота. Секунд через тридцать, песня внезапно смолкла. Послышался звучный плеск и затихающие шаги по воде. Тишина.

— Тону, тону спасите! — дико заорал вдруг голос из-за частокола.

— Видимо кто то из этих пьяниц, угодил в ту здоровую лужу, рядом с выходом. — подумал Никитин.

— Спасите тону! — продолжал надрываться пьяный голос.

Это происшествие, уже не произвело, на здешнюю публику, никакого эффекта, все так же продолжали мерно храпеть. Народ упился вусмерть и не проснулся бы и под угрозой смертной казни. Пьянчуги тем временем, наконец вытащили своего тонущего в луже товарища, выбрались на дорогу и пошатываясь двинулась по направлению в город. Вновь наступила тишина.

Только он начал погружаться в сон, как телега качнулась и кто-то полез в телегу. Сергей резво выхватил кинжал, но это оказался Гафт, вырвавшийся наконец из рук жриц любви. Парень устроился рядом с ним, сладко зевнул и вскоре захрапел прямо ему в ухо.

Никитин не долго думая двинул его кулаком в бок, храп сразу прекратился и Гафт, перевернувшись на другой бок, тихо засопел. Только он опять начал погружаться в сон как по мосту с грохотом проехала повозка, за ней другая в этом городке вставали рано.

Ещё через час по двору начали носиться местная прислуга. Поняв что больше не уснёт, Сергей тяжело вздохнул и помянув всех местных демонов, уселся на повозку свесив ноги вниз босые ноги.

Краешек светила уже показался из-за горизонта.

Землянин взглянул на небо. Облаков почти не было видно, день обещал быть солнечным и жарким. Оглядевшись по сторонам он не обнаружил ничего интересного и устроившись поудобней в телеге занялся медитацией, не обращая внимания на удивлённые взгляды которые бросала на него обслуга трактира.

Помедитировав он подхватил, котелок и отправился на реку. Тщательно промыв его песком смывая застывший жир, он вернулся во двор и наполнил котелок колодезной водой. Проделав эту процедуру он пригляделся и вылил воду на землю, она была сильно замусорена.

Никитин подошел к своей телеге, немного отодвинул вольготно расположившегося там Гафта и принялся перебирать большие глиняные фляги, стоящие в корзинах. Одна из них, как он помнил, должна была быть ещё полной. Найдя флягу он осторожно потряс её, так и есть полная он осторожно вылил воду в котелок.