Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ) - Шорников Александр Борисович - Страница 119

Что произошло бы в деревне останься он там подольше? Как отреагировали бы на него сородичи, если бы он стал столь резко отличаться от них? А здесь, да необычно, но мир велик и в нём хватает странностей, особенно там за переходом.

— А, правда, говорят, что ты колдун? — понизив голос, вдруг спросил его охранник.

— Да ерунда всё это! — махнул рукой Сергей.

— Ну ну, — понимающе усмехнулся охранник — а кто кузнеца припугнул? — и заговорщески подмигнул ему.

Никитин только покрутил головой, городок был небольшой и, слухи молниеносно разлетались по городу, обрастая самыми невероятными подробностями. Ближе к вечеру одна из девок работавшая в гостинице, шёпотом спросила, нет ли у него зелий для приворота, Сергей так же шёпотом ответил, что уже нет, всё продал. Девица горестно вздохнула, посетовала, что ей всегда не везёт и огорчённая ушла.

— Пора бежать отсюда. — подумал он, исподволь замечая взгляды, которыми обменивались окружающие при виде его. — Светлые волосы, колдун…Как бы тут костром не запахло!

Хотя такой вариант здесь был невозможен. Колдуны здесь считались не отродьем мрака, а наоборот весьма полезными людьми. Именно полезными, несмотря на страх перед ними, Никитин мог бы остаться и весьма неплохо зарабатывать, мороча голову доверчивым обитателям города.

Можно было бы, но нельзя, как шутят сами экстрасенсы — «это будет стоить мне очень дорого». Чем выше человек по уровню, тем больше ограничений накладывается на него и строже спрашивается за ошибки! И это закон.

На следующий день он завершил все свои дела в городе, выкупил заказанные товары и объявил трактирщику, что он уезжает. Ему показалось, что трактирщик облегчённо вздохнул, когда утром провожал его.

Никитин решил явиться в отряд наёмников ещё затемно. Горизонт ещё только начал розоветь, а он уже медленно шёл по середине улицы, пристально всматриваясь в темные переулки и себе под ноги. Ближе к трактиру ему стали попадаться первые одиночные прохожие и группы людей, судя по репликам, которыми они перебрасывались — это были торговцы и приказчики, спешащие на рынок.

Сергей уже немного изучил этот город он уверенно, свернул в переулок, который вывел его прямиком к трактиру, где обитали наёмники. Сегодня, что бы произвести нужный эффект Сергей надел на себя свою новую «бронированную» куртку, кожаные штаны и прочные сапоги. На поясе у него болтался уже ставший привычным трофейный кинжал, но его бравый вид сегодня не был никем должным образом оценен.

Его новый наниматель не обратил на него особенного внимания, он бегал вместе со своим помощником и пинками подымал свое полупьяное воинство, щедро сопровождая всё это заковыристой бранью. Он только буркнул ему нечто невразумительное в ответ на его приветствие и продолжил свою беготню.

Никитин сейчас, при свете разгорающегося дня, получше разглядел его. Нос у их капитана был действительно примечателен, он у него мало того, что был, свёрнут немного на бок, так он ещё и начинался у него несколько выше переносицы.

Из-под навеса тем временем, с недовольным ворчанием и стонами выбирались опухшие после непрерывного пьянства наемники. Перед началом похода все крепко приложились, поэтому большинство из них просто сидело на подстилках и тупо таращилось вокруг. Гудели, видимо хорошо — даже достопамятный кувшин, болтавшийся около крыльца, оказался разбит.

Вместо него какие — то умники с чёрным юмором, подвесили петлю. Прямо под ней раскачиваясь как болванчик, сидел один наёмник и монотонно как заезженная пластинка повторял, одну и ту же фразу:

— Ох как же мне худо! Ой худо!

Капитан мрачно оглядел двор, потом начал считать наёмников, медленно проходя между ними. Несколько раз он, ошибаясь, и с проклятиями начинал считать вновь, медленно загибая пальцы и шевеля губами. Закончив обсчёт своего поголовья, он пошёл к трактиру и, пинком распахнув дверь, скрылся внутри.

Спустя несколько мгновений из трактира донеслась многоголосая ругань, дверь распахнулась настежь, и во двор начали вылетать остатки отряда. Некоторые из них так и не смогли удержаться на ногах, и вяло ползали в грязи.

Наконец всё воинство было собрано во дворе и сосчитано. Более трезвые наёмники стали выводить и запрягать быков, один из быков добавил суматохи, укусив за руку одного из пьянчуг. Тот, тряся укушенной рукой, выругался, потом ударил быка по морде, животное обиженно заревело и стало мотать рогами, мешая надеть на себя упряжь.

Другие животные тоже начали реветь и рваться, не давая себя, запрячь, и прошло немало времени, прежде чем они успокоились. Наконец животных запрягли, наёмники кое-как собрали свои небогатые пожитки, мертвецки пьяных, и не способных идти, покидали на телеги и нестройная толпа начала потихоньку вытягиваться с постоялого двора.

Проводив взглядом, колонну пошатывающих и временами падающих наёмников Нос сплюнул и обратил своё внимание на Сергея.

— Эй ты, новенький! Иди сюда!

Сергей не торопясь, подошел к своему нанимателю.

— Видишь, вон ту телегу? — он махнул головой в сторону, где какой то рыжий мальчишка на пару лет постарше его запрягал быка. — Это твоё хозяйство, на телеге продукты. Разберись там, что к чему. Этот парень будет тебе помогать.

— Эй Гафт! — заорал он.

Парень вздрогнул и быстро подбежал к капитану.

— Слушай рыжий, это, это… он мрачно посмотрел на Никитина, пытаясь припомнить его имя.

— Меня зовут Саж. — помог он капитану, вспомнить его имя.

— Так вот ты будешь ему помогать. Понял?

Парень кисло кивнул головой.

— Так ты мне обещал двоих? А…

Но его вопрос остался без ответа, капитана уже унесло к более роскошной телеге, на которой как оказалось впоследствии, он ездил со своим помощником. Парень отданный ему в помощники, сделал вслед капитану неприличный жест, потом, заложил пальцы рук за ремень и мрачно уставился на него. Сергей спокойно выдержал его взгляд, Гафт первым отвёл глаза и буркнул:

— Сбежали эти твои помощники. Ну что стоишь, пошли… — и они отправился к телеге забитой мешками.

Никитин подошёл поближе к повозке. От одного из наваленных как попало мешков, неприятно пахло, прямо под ним уже образовалась лужа бурой жидкости, над которой жужжали мухи. Землянин поморщился от этого зрелища. Парень перехватил его взгляд.

— Ничего сожрут! Жрать захотят, сожрут! — зло сказал он.

После чего залез на телегу, вытащил припрятанный прут и стеганул быка. Никитин не стал дожидаться, пока он тронется, торопливо забросил свой рюкзак и резво вскочил на телегу, стараясь держаться подальше от дурно пахнущего мешка.

Повозка тронулась, громко скрипя колёсами и всеми своими сочленениями. Выкатившись за ворота, она присоединились к другим телегам. Вслед за ней пристроились ещё две, в одной из них важно восседал Нос. В его повозке, как успел заметить Сергей, дно было выложено мягкими кожами и мехами, справа и слева от повозки, держась за её борта, нетвердо шагало двое наёмников. Воинство двинулось в поход.

Колонна не торопясь, миновала город, прогрохотала по деревянному настилу длинного моста и вышла на наезженную дорогу, ведущую к переходу, до которого, судя по его карте, было около двухсот километров.

Из-за горизонта неторопливо поднимался вверх красный краешек светила. Начинался его первый день в качестве наёмника, хотя нет, не наёмника — повара.

Немного погодя Сергей на ходу сдвинул несколько мешков с продуктами, вытащив из рюкзака подстилку, и удобно устроился на ней. Гафт с завистью наблюдал за ним с переда телеги, часа через три он предложил ему поменяться местами.

Землянин не стал возражать и сев вперёд, начал лениво погонять быка, который не обратил никакого внимание на смену погонщика. В их караване Никитин насчитал десять телег, на которых находились немудреные пожитки наёмников, их основное оружие — щиты и копья, тоже лежало в телегах до поры до времени.

Наёмники не особо затрудняли себя пешей ходьбой и часто менялись со своими товарищами, ехавшими на телегах. Никто никуда особенно не торопился, и воинство ползло часов шесть, прежде чем объявили привал у небольшой рощи, рядом с сильно бьющим из-под земли родником. Здесь уже расположились две группы торговцев, которые, судя по мрачным взглядам бросаемых на наёмников, были, не очень рады таким соседям.