Бафер с руками из ж… Книга шестая (СИ) - Крам Дмитрий - Страница 92

Сонливость мигом слетела. Тем не менее, я прошел проверку на сон, как учила Никта. Я совершенно точно не спал. От осознания этого факта на секунду показалось, что падаю куда-то в бездну. Затем страх свободного падения сменило ноющее, щемящее чувство в груди.

«Е6@нна9 Ада!», — была первая мысль.

Хотя причем тут она? Лея девочка взрослая, сама приняла решение.

В голове калейдоскопом пронеслась череда образов. Как я впервые увидел в клетке измученную Лею. Как взял за руку на палубе Ленивого Тюленя. Как поцеловал. Наша первая ночь. Запах ее волос. Вздохи и разгоряченные тела.

Как? Как всё это можно разбить и предать? Она не играла. Я был уверен. Все это между нами настоящее. Было…

Проснулся лишь Тихон. Он подошел и похлопал меня по плечу. Лицо его не выражало ничего кроме сочувствия.

— Так бывает, друг, — еле слышно сказал он. — Вот возьми, — лучник протянул мне сонное зелье. — По-другому ты вряд ли уснешь. А силы нам понадобятся. Даже больше чем раньше.

Я лишь рассеяно кивнул, глядя сквозь сиреневое содержимое стеклянной тары. Все еще не верилось в реальность происходящего. Ладно я, черт с ним. Вокруг меня мир не крутится, но как можно было предать вообще всех. Да пофиг на всю пати. Как можно предать Мегиду? Самое чистое существо в двух мирах.

Обида сменилась гневом, но разум тут же начал искать оправдания, чтобы смягчить боль. А что если она что-то задумала? Ну тогда почему не предупредила? Вдруг, просто хочет выведать информацию? Но Ада ведь не дура. Она Лею теперь и близко не подпустит к секретам. Или подпустит?

Толик: Мне жаль, друг.

О! Значит, вся верхушка альянса уже в курсе. Поднимут Лею как флаг и будут размахивать. Мол, посмотрите, всё, мы почти победили, даже они сами не верят в свой успех, уже на нашу сторону переходят.

Заглянуть бы сейчас Лее в глаза. Что там будет? Завтра же схожу и поговорю, чтобы расставить все точки над и. А пока запишем её во враги.

В голове крутились сотни горестных рассуждений. Терпеть эту пытку не было никаких сил. Я откупорил снотворное и начал пить, чувствуя, как с каждым глотком тяжелеют веки, а мысли становятся все запутаннее.

Утро было недобрым. Собственно, потому что это еще даже не утро. Три часа ночи, но я уже выспался. Сразу вспомнил всё, от этого стало тоскливо и тошно.

Разбудила меня плачущая навзрыд Мегида. Она буквально орала в шляпу, сотрясаясь всем телом. Это была натурально истерика. Завеса села рядом, прижала девчонку к себе и гладила её по волосам. Взгляд некромантки был холодным. Ни одной слезинки там не намечалось. Преданная собственными родителями, Ирма всегда готова к ножу в спину от мира. Остальные пребывали в мрачном молчании.

Жора хмуро гипнотизировал бутылку, борясь с искушением.

— И что теперь делать? — наконец, прервал он вязкое ожидание.

А что ему ответить? Что я до сих пор в шоке и не представляю? Остались ли у Леи хоть какие-то зачатки совести? Передала ли она Старому Свету все наши секреты или просто сменила сторону?

Мегида затихла, теперь она лишь всхлипывала, прислушиваясь к разговору.

— Ты вообще как? — спросил Артур, склонившись и заглядывая мне в глаза.

— Никак, — повёл я плечами. Не сопли же мне кулак наматывать. Я все же лидер. И пусть одна из нас откололась, за остальных я все также ответственен.

Я глубоко задышал, пытаясь затушить снова вспыхнувший гнев. Обида никуда не делась, она затаилась где-то под сердцем, ожидая удачного момента, чтобы потом отравить весь организм.

— Так народ, — начал я, запустив руки в волосы, пытаясь собрать мысли в кучу. — Ничего не поменялось, ясно? Действуем по плану. Хотя бы чтобы проверить, известны ли теперь наши намерения противнику или нет. И страхуйте друг друга, чтобы никто на эмоциях глупостей не натворил. За мной следите в первую очередь. Всё, работаем!

По плану у нас был удар по выявленным местам хранения оставшихся алтарей. Часть из них сейчас несли поближе к полю боя. Своим опрометчивым поступком Светлоликий совершил случайный перенос, и теперь его последователи прут тяжеленую плиту через весь континент.

Мы поменялись группами и заданиями, чтобы внести небольшой элемент непредсказуемости, если нас ждут.

Я совершил прыжок к своей группе. Сотня игроков, сводный отряд из Тверди и Резцов. Все уже готовы, ждут сигнала.

— Бафаемся и вперед, — сказал я, ударив по струнам. — Нас могут ждать.

Вспыхнул голубой портал, на той стороне удалось разглядеть пустынный пейзаж.

— Пошли! — скомандовал я, и тяжело вздохнул.

А что если там сейчас нас встретит Лея?

В единоборствах иногда приходится драться с соклубниками. Так уж устроен этот бизнес. До поры до времени этого можно избегать. Но если вы оба уже у титула, вас столкнут лбами. Да, это неприятно. Но все всё понимают.

Вы хорошо изучили друг друга. Сложно бить приятеля и вообще человека, которого ты уважаешь. Но приходится. У него и у тебя семья, цели, амбиции. И вот вы как два поезда по одной дороге едете навстречу друг другу. Просто работа, никакой личной неприязни. Бац! Вы столкнулись. Один из вас сошел с рельс, другой поехал дальше.

Обидно, досадно. Но это ни на что не влияет. Если все прошло без серьезных травм, в понедельник вы снова оба будете в зале. Поздороваетесь, начнете шутить и общаться. Еще раз поблагодарите друг друга за бой, за полученный опыт. А когда врачи разрешат спарринговать, встанете в пару. Никакого негатива — только уважение.

Но здесь другое. И от этого на сердце тяжело.

Клятва крови не позволит нам ранить друг друга, но все же мы по разные стороны поля боя, а значит, так или иначе, бьёмся между собой.

Песчаные барханы затрудняли дальний обзор, но вместе с тем облегчали маскировку. Мы рассредоточились поперек еле заметной верблюжьей тропы и стали ждать.

Спустя час ветер принес запах неизвестного животного. Я дал сигнал готовиться. Через пару минут стал слышен скрип и тяжелое дыхание тяглового зверя. Еще через минуту показалась вся процессия.

Четыре огромных, похожих на трицератопсов без воротников, существа, запряженные в две двойки, тащили белоснежную плиту, примерно семь на семь метров. Вокруг нее горело малое защитное поле. Отсюда не разобрать насколько тысяч урона, но обольщаться не стоит, не меньше, чем на миллион это точно.

Вокруг повозки словно живая рамка идет отряд паладинов. Двадцать восемь рыл. Двое из них тролли. Вот это вообще задница. Даже боюсь предположить, сколько у них здоровья и какая защита. За ними плетутся еще около тридцати игроков разных классов.

Я отправил в чат плюс. Стелсеры под зельем невесомости заскользили в тыл противникам, без облегчающей вес алхимии, они бы оставляли следы на песке. Лучники и маги вынырнули из бархана и дали одновременный залп, заливая колонну аоешными умениями, и тут же сменили позицию.

Паладины подняли щиты и окутались защитными аурами. Стрелы барабанили по броне, с глухим стуком вязли в бортах телеги и впивались в тела тягловых животных. Те протяжно стонали как коровы. Кислотные, ледяные и огненные объятия магии пережить удалось не многим. Хвост отряда добили роги.

Настало время ударного кулака. Я поднялся, скидывая маскировочный плащ, и повел отряд в бой. Мы бежали зигзагом, лавируя от выпускаемых паладинами Молотов, Лучей Света, Молний и прочих умений средне-дальней дистанции.

Я бросил Шкатулку и тут же призвал Оркестр. Паладины окутались баблами, но мы отбежали, чтобы попросту не тратить умения по неуязвимым целям. Как только защита спала, в ту же секунду роги разрядились по самым крайним воинам. Маги и лучники прицельно добивали их. Затем мы уже толпой задавили остальных. Лишь два тролля отступали, лениво отгоняемые в сторону горизонта.

— Купол дырявим! — указал я на основную цель. Еще неизвестно сколько прочности у самого алтаря.

Защитный полог выдержал одиннадцать сотен тысяч дамага, затем рассыпался на магические осколки, которые развеялись волшебным туманом.