Ветер и крылья. Вечное небо (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 64

Ньор Леоне, пожилой мужчина лет шестидесяти, такой весь добродушный на вид, кругленький, сразу видно - опасный, словно кобра, улыбнулся в ответ.

- К нам редко попадают настолько спокойные люди, дан Феретти.

- Ньор, я не знаю за собой вины, вот и не беспокоюсь, - Лоренцо серьезно посмотрел на ньора. - В чем меня обвиняют?

Ньор Леоне посмотрел в карие глаза парня.

Вот убивайте, режьте, вешайте... что хотите с ним делайте! Но ньор Леоне всем чутьем ищейки, наработанным за сорок лет беспорочной службы, чувствовал - невиновен! Иной тут ангелом светлым выглядит, но нутро ведь не обманешь! Так и поет - врут тебе! В глаза врут, нагло врут... еще и не краснеют. А тут парень уверен в себе и спокоен.

Почему?

- Дан Феретти, вас обвиняют в попытке убить короля.

Круглые глаза Лоренцо сказали ньору Леоне все, что он хотел узнать.

- А зачем мне его убивать?

И этот вопрос - тоже... действительно - зачем?

- Если ее величество отдала вам приказ...

- Но я ее видел всегда при свидетелях. И никаких приказов она мне не отдавала.

Ньор Леоне покачал головой.

- Дан Феретти, вы сами понимаете... если вы не сознаетесь, я буду вынужден применить пытку.

- То есть вас вынудят, - понятливо кивнул Лоренцо.

Ньор Леоне опустил глаза.

Ну... примерно так. И вынудят, и заставят... начальник прямо сказал - надо! И сейчас он превратит хорошего парня в воющий от боли кусок мяса. Чтобы заставить его солгать...

А не хочется...

Вот сволочью ньор Леоне отродясь не был.

- Дан Феретти...

Лоренцо покачал головой.

- Ньор Леоне, я сейчас попрошу вас об одной услуге. С вашего позволения...

- Слушаю вас, дан Феретти?

- Прикажите развязать мне одну руку и дайте что-нибудь... хоть нож, хоть гвоздь, хоть уголек...

- Вы хотите покончить с собой?

- Вам дать клятву по всей форме, что я так не поступлю?

- Дайте, - кивнул ньор. Выслушал ее и кивнул палачу. - Отвяжи ему левую руку. Дай... ну хоть уголь. И побудь рядом.

Палач послушно подхватил щипцами горячий уголек из жаровни и передал Лоренцо. Дан Феретти, недолго думая, перехватил щипцы и приложил уголек к центру груди.

Мерзко зашипело.

Запахло паленой кожей.

Лоренцо продолжал улыбаться.

На Арене приходилось терпеть еще и не такое. И натаскивал их Зеки-фрай качественно. Какое-то время он продержится... мужчина отнял уголек от груди.

- Убедитесь сами?

Ньор Леоне послушно подошел.

Ожог был настоящий, без волдырей, просто до живого мяса... а Лоренцо улыбался. Даже когда палач, недолго думая, ткнул в рану пальцем... дернулся, конечно, но не вскрикнул, и гримасы боли на его лице не было.

Улыбка. Даже жутковатая слегка.

- Д-дан Феретти...

- Вы можете меня убить в любой момент, ньор Леоне. Но... вы сами видите, как я отношусь к боли.

- Вижу.

Сейчас Лоренцо рисковал. Но Арайя же! Люди о соседнем-то городе иногда знают ничтожно мало, о соседней стране, в такие байки верят, что хоть ты падай! И морские змеи у них, и летучие драконы, и горящие птицы по небу летят...

Чего после третьей кружки не придумаешь!

- Я долго жил в Арайе. И меня научили одному хитрому фокусу. Я могу умереть в любой момент.

И правда - мог. Откусить себе язык, захлебнуться кровью... один из гладиаторов рассказывал. Было и такое.

- И зачем вы мне это показали?

- Я не стану ничего подписывать. Болью вы меня ни к чему не вынудите. А начнете уродовать и ломать - попросту убью себя. Быстро и почти безболезненно. Я смогу.

- Это грех.

- А сломаться под пыткой и оговорить невинного человека - нет? Это будет не самоубийство, а жизнь, отданная за любимую. Это - не страшно.

Ньор Леоне задумался.

Патовая ситуация. Пытать... можно! Но бессмысленно. Убить можно. Но признания от этого все равно не будет.

Что остается?

Только поговорить с начальством.

Что ж, время себе дан Феретти этим выгадал. Но вот сколько? И что будет потом?

Ньор Леоне кивнул, подтверждая маленькую победу Лоренцо.

- Дан Феретти, я распоряжусь отвести вас в камеру. Пока... Что будет потом, я просто не знаю.

Лоренцо пожал плечами.

- Я тоже, ньор. Скажите, если меня спрашивают о королеве, значит... она тоже?

Тут уже ньор не выдаст никаких тайн.

- Его величество приказал поместить ее величество сюда же. В Воронью башню. Обвинение - покушение на короля.

- С моей помощью? Можете меня убить...

- Можем, дан Феретти. Можем. Только вот что это даст?

Лоренцо вздохнул.

- Ее... не тронули?

- Нет, дан Феретти.

Это хорошо.

Ньор Леоне прищурился.

- А если честно, дан? Что вас связывает с королевой? Не для протокола?

- Я ее просто люблю, - пожал плечами Лоренцо. - И об этом все знают.

Потому ты сюда и попал. Любил бы ты кого попроще...

Вслух, понятно, ньор Леоне этого не сказал. Распорядился отвести дана Феретти в камеру, и пошел докладывать по команде. То есть своему начальству, а уж оно и выше пойдет...

И не видел, как в камере статуей отчаяния упал на солому Лоренцо.

Риен, Риен, любимая...

Что мне сделать, как тебе помочь!?

Ответа пока не было. Увы.

Мия

- Чего только не бывает в жизни...

Это было печатным вариантом, так-то Мия выразилась крепче и короче. И было отчего.

Как-то не ожидаешь получить себе на руки младенца - его - высочество! Вот вообще никак не ожидаешь! Да и известия...

Мия ожидаемо не порадовалась.

Энцо в башне и ему предъявлено обвинение в покушении на короля.

Адриенна арестована. Шум по городу уже пошел... его величество лично оттащил ее величество в Воронью башню и там заточил.

Обвинения? Как обычно, государственная тайна, то есть всем все известно. Адриенну обвиняют в покушении на короля. Мия едва не фыркнула.

Да уж хотела бы подруга... там бы и покушаться смысла не было. Прибила бы.

Но - Сибеллины.

Клятва ИМ крепче стали, но и ИХ клятва тоже должна быть такой. Сказано - честность, верность, супружество и вообще, в горе и радости? Адриенна сказала. И перед алтарем стояла добровольно, понимала, что происходит. И нарушить клятву не могла. Никак.

Если уж честно, Мия собиралась сделать подругу вдовой по личной инициативе. Понимала, что Адриенна никогда о таком не попросит. Будет годами терпеть паразита, страдать, но...

Чертовы. Клятвы.

В качестве доказательств - записи какой-то ведьмы... ну, тут Мия знала, чьи. Дана Кавалли, дана Дзанелли. И кое-что из лекарств, оставшееся от даны Кавалли. Это понятно. И все?

Вроде как показания дана Феретти... которые он так и не дал.

Покушения на короля с помощью волков, а эти волки вроде бы отлично понимают Адриенну, и она даже одного из зверей убила...

Короче, доказательств - уйма! Хоть завались! И любой нормальный суд на этом основании королеву оправдает. Но! Опять-таки, это гнусное слово из двух букв! Вот всего две буквы - и сколько от них проблем! Жуть же просто!

Дела о покушении на короля рассматриваются Советом Короны. То есть король, кардинал, канцлер, казначей, министр двора. Вот и весь списочный состав. Расширенный.

Так уж повелось, что дела о покушении на короля отродясь рассматриваются самим королем. Часто даже в одиночку.

Ему предоставляют доказательства, и он решает, казнить или помиловать. Это же на него покушались...

В данном случае у кого-то есть сомнения? Филиппо и козу ангелом назовет, лишь бы убить супругу.

Вопрос на засыпку - Адриенну оправдают? Лоренцо оправдают?

Даже если бы из всех улик у Адриенны в комнате нашли одного дохлого таракана, так и тогда б сказали, что это волшебный таракан, что с его помощью можно перетравить половину Эрвлина, и что он пожалован Адриенне лично Сатаной. За большие заслуги, значитца.

Мия это преотлично понимала. И на благородство Филиппо не надеялась.