Ветер и крылья. Вечное небо (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 59

- Да, пожалуй. И начать допрос...

Самое забавное, что про Зеки-фрая ни тот, ни другой не подумали. Почему?

У кардинала от ненависти к Адриенне бывший ланиста вылетел из головы. А король... его величество что - должен вникать в такие мелочи?

Тьфу, глупость какая!

Мия (Лоренцо)

- Доброе утро, дан Феретти.

- Доброе утро, дан Кастальдо.

Просперо встретил Лоренцо едва ли не у ворот. И лицо у него было удивленным и огорченным.

- Дан Феретти, у меня к вам дело.

- Что-то случилось? - удивился Лоренцо.

Зеки-фрай, который пришел во дворец вместе с ним, начал медленно отступать сторону. Что-что, а сливаться с местностью бывший ланиста умел. Пара минут, и он прижался к стене, став почти незаметным для окружающих. Вот нутром он опасность чуял.

И с Кемаль-беем, кстати, тоже. Только ума не хватило удрать вовремя.

В тот раз. Сегодня он такой ошибки не совершит.

- Его величество приказал арестовать вас и препроводить для допроса в Воронью Башню.

- Меня? - удивился Лоренцо. - Но за что?

Дан Кастальдо развел руками.

- Даже предположить не могу. Просто есть приказ короля... дан Феретти, сдайте оружие?

Лоренцо качнул головой.

Отдать Перо?

Никогда. Он повел глазами по сторонам. И от его взгляда Зеки-фрай скрыться не сумел.

- Отдашь... ты знаешь кому. Свободен.

Ланиста кивнул, принимая клинок. Он нал, куда ему сейчас пойти, кому и что сказать. Но...

Как же ему хотелось удрать! Вот сейчас, вместе с Лоренцо... нельзя, нельзя ему туда!

- Ангел... - вряд ли кто-то знает арайский. - Это ловушка. Тебя убьют.

- Адриенна, - просто отозвался Лоренцо. - Я не оставлю ее... сбегу сейчас - стану преступником.

- Умрешь.

- Нет. Я ничего плохого не делал, все выяснится, и я вернусь.

Зеки-фрай схватился бы за голову. Да вот беда, клинок в руках помешал...

- Я все скажу, Ангел...

Разговор велся по-арайски, но дан Кастальдо не мешал. Даже демонстративно отступил на шаг, чтобы не мешать. Он тоже был уверен, что это недоразумение.

Ерунда!

Ну что, что можно натворить за пару месяцев во дворце? И те, проведенные, в основном, на плацу? Смешно даже...

Лоренцо кивнул Зеки-фраю, и шагнул вслед за даном Кастальдо.

Ланиста развернулся, и что есть сил кинулся бежать вверх по улице. Он знал, куда идти и кому надо сообщить о случившемся.

Срочно!

Мия

Женщина с интересом разглядывала свою руку.

Вытянула пальцы, полюбовалась изящной ладошкой, аккуратными розовыми ноготками. И пронялась их трансформировать.

Сейчас это уже давалось легче.

Пальцы послушно превращались в длинные кошачьи когти, потом снова становились аккуратными тонкими пальчиками. Это почти несложно, и сил не требует...

Мия примерно понимала, что происходит.

Когда она меняется... ребенок-то внутри нее меняться не может. А силу тянет. И потому во время беременности толком ничего не получалось.

А сейчас - сейчас лучше.

Жаль, что молока у нее маловато. Малышка хныкала, висела на груди пиявкой, никак не засыпала... ньора Роза посмотрела на это дело, и позвала кормилицу от знакомых.

Эви вцепилась и в ту, насосалась и уснула. Мгновенно и крепко.

Мия подумала, и попросила ньору Розу договориться с кормилицей. Пусть приходит и подкармливает малышку. Так будет лучше... не страдать же девочке, если у мамы маловато молока?

В дверь забарабанили.

Ньора Роза открыла, послышался чей-то говор... Мия насторожилась. Так, малышку на руки, выглянуть вниз...

Ничего страшного.

Это всего лишь араец брата. Мия его знала в лицо...

- Зеки-фрай?

- Дана! Ше латто...

От волнения бедолага половину слов забыл, а вторую еще и не знал. Мия спустилась вниз, погладила его по руке.

- Ньора Роза, это друг моего брата. Пожалуйста, подайте нам в гостиную что-нибудь выпить....

- Конечно, дана.

Мия потянула за собой Зеки-фрая, впихнула ему в руки отвар шиповника... не вино же предлагать арайцу? У них это практически запрещено. Да и не любила Мия вино.

Невкусно.

Зеки-фрай обжег язык, поперхнулся и заговорил.

- Дана Мия, дана Энцо арестовали.

- Арестовали? - даже не поняла Мия. - За что?

- Н-не знаю. Его просто взяли и арестовали. И он сам пошел с ними...

Мия задумалась.

Кто может что-то знать? Узнать?

Только дан Пинна. Но с ним надо еще связаться. И Адриенна... с ней тоже надо связаться.

Может она пройти во дворец?

Сейчас... не вполне. Лицо она изменить может, а вот долго удерживать эту маску не в состоянии. Что ж.

- Зеки-фрай, ты можешь сейчас вернуться во дворец?

- Могу, дана.

- Передашь записку дану Пинна?

- Да.

- Он узнает, за что задержали Лоренцо. Дальше - разберемся.

Зеки-фрай выдохнул.

- Я... боюсь.

Мия кивнула. Для нее это не было чем-то смешным или нелепым. Она прислушалась к себе. Ей - страшно за брата?

Да... И за Адриенну, и за себя, и за малышку Эви, и...

Джакомо многому научил Мию. В том числе и прислушиваться к себе, к внутреннему ощущению опасности. И это могло значить лишь одно.

Враг нанес удар первым.

***

Зеки-фрай смотрел на прекрасную девушку. Сестру своего друга и господина он видел только раз, и то издали. Вблизи же...

Она могла бы украсить собой даже гарем султана. Прекрасное лицо, изящные формы... так он думал ровно до сей секунды. А потом... потом лицо Мии начало меняться. И Зеки-фрай подумал, что она могла бы распугать гарем султана.

Одной вот этой нежной улыбкой.

Вот пришла бы, улыбнулась - и бежал бы гарем впереди своего визга. А впереди гарема бежал бы султан. И не особенно размышлял, куда бежит. Подальше бы...

Потому что в глазах очаровательной девушки Зеки-фрай видел смерть.

Равнодушную, страшную, жестокую и изощренную. Мия, впрочем, не обратила на него никакого внимания. Она напряженно размышляла.

- Так... сейчас ты отправляешься во дворец, а я к Лаццо. Надо их срочно отправить из города,, вместе с малышкой Эви...

- Там мои дети...

- И их тоже. В Феретти... и побыстрее! Сейчас же! Подожди минуту, я напишу записку, отнесешь ее дану Пинна - и бегом к Лаццо. Понял?

Зеки-фрай мотнул головой.

- Нет.

- Нет?

- Лоренцо спас мне жизнь. Я никуда не уйду.

Мия злобно сверкнула глазами. Вот еще, спорить взялся! Некогда ей! Не-ког-да!

Пусть делает, что ему скажут, и не спорит.

- Ты хочешь ему помочь? Действительно?

- Да...

- Тогда придешь, и уедешь. У Энцо есть сын, у меня дочь. Кому я еще их доверю?

А вот этот довод Зеки-фрай понял. И кивнул.

- Я сберегу ваших детей, Мия-фрайя. Детей вашего рода...

Мия кивнула.

- Ты знаешь адрес этого дома. Вот тебе ключ от сейфа. Если со мной что-то... дети ни в чем нуждаться не должны. понял? Не то с того света достану.

Зеки-фрай понял.

Он и так не обманул бы. Но... он все же беглец, и денег у него не так, чтобы много...

- Хорошо, дана. Пусть прервется мой род, если я обману ваше доверие.

Мия кивнула. В Арайе это серьезная клятва.

- Во дворец и к Лаццо. Ключ отдала, этот дом ты знаешь, если станет вовсе уж плохо... уходи в СибЛевран. Там есть дан Рокко Вентурини. Он поможет.

- СибЛевран. Рокко Вентурини.

- Если и там не найдешь помощи - Каттанео. Дан Антонио Каттанео. Он обязан Адриенне СибЛевран, он поможет вам уехать из страны.

Зеки-фрай кивнул.

- Я все сделаю, дана. Клянусь.

Мия кивнула - и выбросила его из головы. Промчалась по дому, написала записку Иларио Пинна, отдала Зеки-фраю. Потом, когда тот ушел, написала еще несколько записок, приказала мальчишкам отнести их, а сама отправилась поговорить с ньорой Розой.

- Ньора Роза, дело может сложиться так, что я не вернусь. Я не могу написать завещание сейчас - мне некогда бегать по нотариусам. Поэтому - вот дарственная на дом. Ее я могу составить сама. Оспаривать ее все равно будет некому.