Ветер и крылья. Вечное небо (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 48

Пусть Лоренцо хоть немного отдохнет.

Глава 7

Адриенна

- Милый, родной, любимый...

- Обожаемая моя, любимая... Ческа...

Два тела сплетались на кровати в любовной игре. Франческа старалась, как могла, извивалась, имитировала страсть, сыпала признаниями...

Пока был жив Филиппо Третий, шансов у нее не было. Но сейчас....

- Как я мечтаю родить от тебя ребенка!

- Ческа, милая... может быть, потом...

- Впрочем, скоро у тебя будет ребенок. Это так чудесно, милый! Дети... они такие милые...

Как-то сложно было описывать малышей. Эданна Вилецци искренне считала, что от них одни проблемы. Они орут, гадят, они вообще... что такое ребенок? Радость и счастье?

Вот и неправда ваша! Ческа точно знала, что ребенок - это гадкая и мерзкая личинка человека. Сначала она растет внутри, высасывая все хорошее из матери... достаточно на королеву посмотреть - жуть жуткая...

Потом его надо кормить... хорошо, есть кормилицы, и знатной даме не надо портить грудь, но все равно - гадость, гадость, ГАДОСТЬ!!! И жди, пока оно созреет, поумнеет... и когда еще это произойдет?*

*- все претензии к эданне Франческе. Такое вот у нее мнение о детях, прим. авт.

Отвратительно... еще и что там вырастет? Вдруг вот такой Филиппо? Дурак дураком, только и того, что король?

- Да, - расплылся в улыбке Филиппо

- Обещаю, я буду любить его! Это будет твой сыночек... твоя кровиночка... ты же разрешишь мне с ним играть?

Филиппо нахмурился.

- Полагаю, Адриенна будет против.

- Но ты же король! Ты можешь приказать!

Приказать Филиппо мог. Но... предсказать - тоже. Особенно реакцию Адриенны. И жить как-то хотелось... чувство самосохранения прямо-таки орало в голос.

- Ческа, любимая...

- Я... Филиппо, я ТАК несчастна! Я не могу родить от тебя, а ты мне отказываешь даже в праве нянчить твоего сына!

Слезы полились потоком... надо бы сказать - горохом посыпались, но это так простонародно, а потому - жемчугом посыпались на простыню, оставляя на ней мокрые пятна, и Филиппо не выдержал.

- Хорошо, любимая. Я разрешу тебе... обещаю...

- О, Филиппо!

И Ческа кинулась ему на шею.

Так-то! Хоть королеве насолить! А потом... потом и будет видно! И чья возьмет, и что с ребенком делать... она умная, она разберется.

Мия

Вот уж чего не ожидала Мия, так это найти у себя на пороге старую ведьму.

- Ты!?

- Не выгонишь?

Мия едва не фыркнула старухе в лицо.

- Заходи. Куда ж я тебя выгоню?

Виолетта Дзанелла кивнула, и зашла в домик на Приречной.

- Не переживай, я ненадолго. День-два, больше нельзя.

- Почему? - насторожилась Мия. Ей скоро рожать, а тут... что случилось?

- Доминиканцы. За мной следят. Я их стряхнула, но чую - ненадолго.

Мия нахмурилась. Вот еще доминиканцев ей не хватало. Ей-то.... С ее кровью... тут еще неизвестно, как она рожать будет, одна, без помощи... даже ньора Рефелли не позовешь... да никого вообще не позовешь! Мало ли что во время родов с ней будет?

Хотя... какая ей разница? Трупом больше, трупом меньше... надо только поговорить с Лоренцо. Но это потом, потом...

- Ты пришла сюда, чтобы я тебя спрятала? Или помогла выбраться из столицы?

Они уже переместились в спальню Мии, и разговаривали там. Тихо-тихо, чтобы никто и ничего не услышал. Хотя Виолетта сейчас, кстати, совсем не походила на ведьму. Скорее, на торговку пирожками или еще чем таким... даже пахла она не травами, а сдобой. Ванилью, корицей...

Простое платье, белый чепчик, белый передник...

- Я не хочу маскироваться. Я хочу увидеть королеву. Вы обещали меня отпустить.

Мия покусала губы.

- Как ты себе это представляешь? Адриенна беременна, у нее вообще роды со дня на день начнутся!

- Не знаю. Но это надо сделать сейчас.

Мия сжала руками виски.

- Безумие!

- Нет. Мне так чутье говорит... ты уж поверь. Если б я ему не следовала, давно б мои кости песком занесло.

- И что сейчас говорит твое чутье?

- Что надо спешить.

Мия вздохнула. Ее чутье как раз ничего не говорило. Но за ней и доминиканцы не следили.... С другой стороны... если Виолетта явилась к ней в дом, значит... значит, и те скоро ее найдут. Даже здесь. И что будет дальше?

Вестимо, ничего хорошего.

Выход один. Сообщить Адриенне.

- Хорошо. Я свяжусь с королевой сегодня же, - решила Мия.

Записку-то брату она отправила. Но Лоренцо спал, будить его никто не стал, и записка пролежала до утра.

Адриенна

- Что скажете, дан Виталис?

- Ваше величество, ребенок должен появиться на свет со дня на день.

Филиппо горделиво кивнул. У него хватило ума, чтобы не приводить в спальню к супруге эданну Франческу, но та ждала за дверью. Вместе с фрейлинами.

Последнее время они с королем всегда ходили вместе.

- Вы постараетесь ради державы, ваше величество?

- Безусловно, - ваше величество, - в тон супругу ответила Адриенна.

Дан Виталис чутьем придворного понял, что сейчас разразится гроза, и быстренько откланялся. И она-таки грянула.

- Адриенна, мне бы хотелось, чтобы вы мягче относились к эданне Франческе.

- Насколько мягче? - Адриенна оперлась локтем о подушку, натянула на себя одеяло... потом она оденется. А пока надо объясниться с мужем.

- Мне бы хотелось, чтобы она вошла в число ваших фрейлин.

- Это невозможно, ваше величество. Фрейлинами могут быть только незамужние девушки. В крайнем случае, замужние дамы... или эданна решила выйти замуж? Кто сей счастливец?

Филиппо перекосило.

- Адриенна, тогда... тогда я хочу, чтобы она была смотрительницей спальни его высочества.

- Что?

Адриенна сначала подумала, что ослышалась. А потом... потом ее захлестнул неудержимый гнев.

- Смотрительницей спальни моего сына. Или дочери, - повторил Филиппо, думая, что супруга не расслышала.

Зря.

Матео Кальци точно мог бы сказать, что зря. Потому что розарий стремительно разрастался, вытесняя к чертовой матери алые и желтые розы. Кусты черных роз буквально захватывали сад...

Адриенна откинула одеяло, уже не думая, что она в одной ночной рубашке. И Филиппо сделал шаг назад. Показалось ему? Или...

В углах спальни сгустился мрак. Адриенна сделала шаг вперед - и в следующую секунду словно тенью окуталась. Стала выше, мелькнули за спиной черные тени - крылья? Засверкали ледяной безжалостной синевой глаза... еще шаг... Филиппо отступил еще и еще... уперся спиной в дверь, зашарил по ней нащупывая ручку...

- Я, Адриенна Сибеллин, - негромко зашептал в спальне голос. - Кровью клянусь. Если твоя шлюха подойдет к моему ребенку - она умрет. Если дотронется - умрет. Я долго терпела, но всему приходит конец. Опомнись, пока не поздно...

Филиппо нашарил ручку двери - и спиной вперед, с воплем ужаса, полетел под ноги фрейлинам.

- Ааааааа!

По счастью, на его пути оказалась как раз эданна Франческа, а той было не привыкать. Только и успела, что вскрикнуть, когда ее примяло королевским тылом.

- Вон из моих покоев!

Адриенна, в одной ночной рубашке стояла в дверях. И вовсе не казалась беременной, слабой, беззащитной. Моргана никогда такой не была, а Адриенна - ее потомок, копия, кровь...

И что это за ее спиной? Черные тени, синяя молния...

- Вон из моих покоев, Эрвлин! И забери с собой свою шлюху!

Филиппо подскочил, словно ужаленный. Только вот... какое там достоинство? Какое сопротивление? Перед ним стояло жуткое, голодное чудовище. И он сам его пробудил!

Куда уж тут отстаивать честь эданны? Бежать надо! И побыстрее, и подальше... ой, мамочки...

Ческа зашевелилась на полу. Перевела взгляд на Адриенну.

И - завизжала. Да так, что фрейлины шарахнулись. Перевернулась на четвереньки, и не переставая визжать, кинулась из спальни. Прямо так, на четырех костях.