В поисках солнца (СИ) - Берестова Мария - Страница 184

— Мне привезли тот райанский атлас с мечами, помните, мы обсуждали? Так вот, — уверенно развил тему он, — вы были правы, у древних разновидностей отсутствует гарда. Не представляю, правда, как они справлялись с балансировкой!..

— А навершие у них есть? — жадно подался вперёд Джей, моментально включившись в тему.

— А! — запустил в волосы руки Дерек. — Вот это я не посмотрел!..

Пришлось, разумеется, вместе нестись за атласом и разглядывать детали — ведь едва ли можно найти другой столь важный и требующий незамедлительного исследования вопрос, как балансировка древних райанских мечей!

9. В какие ловушки ловится Михар?

Господин Михар прибыл в Кармидер аккурат к бальному сезону — он старался не пропускать это масштабное событие.

— Ну что, Деркэн! — весело вопросил он при первой же встрече. — Готовы к переезду?

Дерек повёл плечами и уточнил:

— А для вас принципиально, в каком районе я буду жить?

Михар насторожился.

— А у вас есть предпочтения? — ответил он вопросом на вопрос.

В его картине мира Дереку должно было быть абсолютно всё равно, потому что он никогда не бывал в столице и не мог иметь никаких предпочтений.

— Райтэн хотел бы юго-западную границу города, — объяснился Дерек.

Где-то в этом районе — правда, за чертой города, — стояло поместье Рийаров, да и до университета, в котором Дерек планировал продолжить работу над картами, было недалеко.

— Райтэн? — не сумел скрыть в голосе неприятного удивления Михар.

Он планировал деморализовать Дерека, вырвав его из привычного круга общения, и окружить его в столице теми людьми, которых мог контролировать.

Прищурившись, Дерек хмыкнул. По реакции собеседника он догадался, в чём заключался его план, и теперь ему было вдвойне радостно — и от того, что друзья не оставили его в беде, и от того, что их решение расстроило планы врага.

— Райтэн Тогнар, да, — любезно подтвердил он и с наслаждением добавил: — Мой брат.

Михар растерянно потёр подбородок, разглядывая Дерека весьма неприязненно.

Он был прекрасно осведомлён о том, что проекты Райтэна все базируются в восточной части Анджелии: карьер в Брейлине, верфь в Аньтье, корабли, курсирующие от Кармидера в Брейлин, новый торговый путь на север — тоже по восточным водным дорогам.

Столица располагалась на западной границе Анджелии и не имела к этим проектам вообще никакого отношения.

— И что же ваш брат, — почти выплюнул эти слова Михар, — забыл в столице?

Дерек солнечно улыбнулся и развёл руками:

— Меня, Аренсэн.

Тот скривился, не в силах скрыть досаду. Одно дело — оторванный от своих и потерянный Дерек, другое дело — Дерек, опирающийся на старого друга, у которого, тем паче, в столице влиятельные родственники.

В своей игре Михар делал ставку на то, что Райтэн известен своей бешеной привязанностью к собственным безумным проектам — сложно было себе вообразить, чтобы он добровольно отказался от непосредственного участия в них, перевалив всё на управляющих. Вероятность того, что он решится на переезд ради друга, с точки зрения Михара, была минимальная, и тем неприятнее было обнаружить, что именно этот минимальный шанс и оказался реализован в действительности.

Тут Михар спохватился, по чрезмерному веселью в глазах Дерека догадавшись, что теряет лицо. Взяв себя в руки, он спокойно ответил на первичный вопрос:

— Селитесь, где знаете, мне это решительно безразлично.

Дерека, впрочем, это не провело, и выглядел он просто неприлично довольным.

Прищурившись, Михар решил уточнить расклад до конца:

— Госпожа Ринар тоже едет с вами? — холодно спросил он.

В голосе Дерека читалось искреннее глубокое удивление, когда он переспросил:

— Госпожа Ринар? — и с лёгким смешком заверил: — Нет, конечно, нет.

Он, в целом, и не ждал, что Магрэнь захочет уехать с ним, но, конечно, предложил — с целым веером вариантов, хоть в качестве жены, хоть в качестве любовницы, хоть в качестве торгового партнёра. Магрэнь весьма прохладно отметила, что искусство вовремя выйти из любовной связи — редкий талант, и что она этим талантом, безусловно, обладает, поэтому полагает, что лучше им разорвать их связь сейчас, когда обстоятельства удачно к тому сложились — и пока они ещё не успели опостылеть друг другу.

— Так мы сохраним лёгкое сожаление об ушедших отношениях, Дерри, — пожала плечами она, — которое сможет стать надёжной основой для дальнейшей дружбы.

Дерек, талантом выходить из каких бы то ни было отношений не обладающий, доверился её мнению.

Михара, впрочем, эта новость не обрадовала.

— А вот тут жаль… — пробормотал он, почёсывая подбородок, но обсуждать вопрос не стал, отпустив Дерека привычным властным жестом.

Тот, признаться, обеспокоился — реакция Михара намекала, что у него были какие-то планы не то на Магрэнь, не то на отношения Дерека с ней, — поэтому он на всякий случай предупредил её о том, что, возможно, вокруг неё будут крутиться какие-то тёмные интриги.

— Ну-ну! — посмеялась на это Магрэнь, постукивая себя по запястью своим изящным веером. — Посмотрим, что у него на уме, посмотрим!

Глаза её блестели весьма задорно, и Дерек незамедлительно испытал те самые обещанные сожаления — совсем, правда, не лёгкие.

Посмотреть, что там у Михара на уме, Магрэнь удалось уже на следующий же день — потому что он явился к ней с визитом. Встретила она его как всегда любезно и приветливо — и лишь сопутствующий ей в этот день аромат ириса выдавал её крайне воинственное настроение.

Привычно пропустив погодные вступления, Михар дождался чаю, оценил хмыканьем прекрасный ниийский витражный сервиз, который идеально подходил к подаренному им столику, и сразу огласил интересующий его вопрос:

— Что же это, Магрэнь, вас не манит возможность покорить столицу?

Под его насмешливым и испытующим взглядом ей сделалось неуютно; недовольно поведя плечом, она небрежно ответила:

— Меня искренне поражает, Арни, с какой настойчивостью вы суёте свой нос в личную жизнь господина Анодара.

Ей, впрочем, уже полностью стала понятна его игра.

Она весьма серьёзно подошла к вопросу, ехать ли ей с Дереком или нет. Возможность блистать в столице, действительно, весьма и весьма её манила. Однако два соображения остудили её пыл.

Первое заключалось в том, что, дабы покорять столичный высший свет, ей пришлось бы всё-таки выйти за Дерека замуж — это в Кармидере она была «своей», и на её вольный образ жизни смотрели сквозь пальцы; да и славился Кармидер скорее научной и торговой верхушкой общества, нравы в которой были не так уж строги.

К вопросам брака Магрэнь подходила более чем рационально, поэтому выходить замуж за Дерека она считала неудачным решением. С одной стороны, ей было известно, что Дерек мечтал о большой семье — она же не хотела детей вовсе. Понимая, что не смогла бы причинить Дереку боль столь сильную, чтобы лишить его детей вообще, она пришла к выводу, что ради него ей придётся рожать — и, даже если ей и достанет чёрствости спихнуть детей на нянек, здоровье и красоту она всё равно потеряет. С другой стороны, она сама обожала светскую жизнь во всех её проявлениях — и ненавидящий эту самую светскую жизнь Дерек был бы вынужден таскаться с нею по сотням ненавистных ему мероприятий, что и для него превратило бы их брак в ад.

«Мы только оба мучили бы друг друга, вот и всё», — сделала логичный вывод она.

Этот вывод не очень её обрадовал — она весьма дорожила близкой связью с Дереком, и ей было мучительно её обрывать, — но рациональность победила в борьбе с эмоциями, и она озвучила Дереку то решение, которое нам уже известно.

Вторым соображением, по которому Магрэнь не рвалась в столицу, были интриги Михара. Он уже наглядно продемонстрировал, что видит в ней рычаг давления на Дерека; рычаг этот становился тем идеальнее, если Магрэнь вышла бы за Дерека замуж и стала бы выстраивать в столице свою и его репутации.