В поисках солнца (СИ) - Берестова Мария - Страница 124

— Может, поговорим нормально в кабинете?

Тэнь было хотела возразить, но Райтэн охотно поддержал мысль.

— Да, пройдёмте туда! — уже на ходу скомандовал он, первым устремляясь на выход.

Олив с Илмартом снова переглянулись: им казалось, что назревает знатный семейный скандал, и им тут теперь не место.

Их сомнения решительно оборвал Дерек:

— Идите, идите! — нетерпеливо махнул он в ту сторону, куда умчался Райтэн, после чего добавил с тихой усмешкой: — Ну, куда мы без вас?

Встав, Илмарт похлопал его по плечу и вместе с Олив решительно отправился за Райтэном.

Дерек повернулся к Тэнь. Она выглядела по-прежнему воинственной.

— Ну, что ты, защитница? — мягко спросил у неё Дерек, подавай руку ладонью вверх.

Смерив его взглядом недоверчивым и испытующим, Тэнь руку подала и позволила себя вести.

Руби тихо отправилась следом.

4. Как наращивать уровни к чужим интригам?

Дерек решил перетащить всех в кабинет по нескольким соображениям. Во-первых, неудобно вести серьёзные разговоры, рассевшись вокруг обеденного стола — да и не хотелось бы, чтобы в ходе бурных дебатов пострадала посуда. Во-вторых, перемещение в пространстве требовало времени, а время давало возможность поостыть самым горячим участникам ссоры. Ну и, наконец, в кабинете Райтэн мог выступать как старший — фактически как глава семьи, поскольку отца-то здесь не было, — в отличие от столовой, где все вроде как находятся на равных.

Последний нюанс Райтэн, очевидно, и уловил, потому что в кабинете он незамедлительно устроился за рабочим столом, лицом к входу.

Илмарт и Олив встали рядом у окна, в тени книжного шкафа.

Дерек, сложив руки на груди, подпёр поясницей стену за плечом Райтэна.

Тэнь, задрав подбородок, решительно встала в самом центре кабинета — Руби осталась за нею, чуть справа.

Некоторое время стояла тишина: брат и сестра сверлили друг друга недовольными взглядами.

— Итак, — наконец, перешёл к делу Райтэн, складывая ладони перед собой домиком в совершенно отцовском жесте, — Тэнь, теперь коротко и по существу: что ты от меня хочешь?

Та покраснела от возмущения — скорее от того, что осознала, как из позиции обвинителя и обличителя её аккуратно перевели в позицию младшего члена семьи, — но сформулировать свои требования чётко ей оказалось непросто.

— Я хочу, чтобы ты перестал обижать Руби! — наконец, определилась с позицией она, нарисовав на лице самое непримиримое выражение.

Райтэн вежливо приподнял брови.

— Руби? — слегка наклонил он голову, чтобы заглянуть за сестру. — Чем я тебя обижаю?

Если у той и был наготове ответ, озвучить она его не успела, потому что возмущённая Тэнь ринулась вперёд. Упёршись на стол руками, она нависла по направлению к Райтэну и заявила:

— Ты сам знаешь!

Тот отклонился на спинку стула и спокойно ответил:

— Не имею ни малейшего представления, о чём ты.

Лицо Тэнь совершенно переменилось; она явно собиралась высказать что-то горячее, но вдруг её прервала Руби. Подойдя к столу, она тронула подругу за плечо и тихо сказала:

— Не надо, Тэнь. Я не хочу, чтобы ты ссорилась с братом из-за меня.

Обернувшись, та пронзила её недовольным взглядом, но не возразила. Напоследок посмотрев на Райтэна весьма грозно, Тэнь независимо хмыкнула, поправила себе волосы резким жестом и отступила на пару шагов назад, оставляя Руби на линии фронта.

Демонстрируемая до этого кротость и мирность слетели с Руби. Она, чуть ссутулившись и слегка согнув руки в локтях, с непримиримо твёрдым выражением лица высказала сдержанный и полный достоинства монолог, суть которого сводилась к «да, я добровольно участвовала в интриге отца, но теперь, узнав вас ближе, оказалась в ловушке этой интриги, потому что уже не могу ничего изменить, и совершенно не знаю, что мне теперь с этим делать».

Получилось весьма проникновенно и искренне.

Дерек не поверил, потому что в деле была задействована Тэнь, а это виделось слишком очевидным способом давления на Райтэна.

Илмарт не поверил, потому что Руби была в этот момент совершенно не похожа на себя и слишком многое позаимствовала из манеры Олив: в голосе звучали её интонации, выражение лица было чисто оливским, да и непривычно для Руби растрёпанная коса создавала некоторое внешнее сходство. Всё это в целом настолько не вписывалось в обычную манеру Руби, что Илмарт однозначно сделал вывод, что они имеют дело с тщательно спланированным спектаклем.

Олив не поверила просто потому, что презирала Руби.

Райтэн поверил. Бросив быстрый взгляд на сестру, он заметил её напряжённое выражение лица: Тэнь глубоко переживала за подругу, а Райтэн не мог не переживать за Тэнь.

На его лице отобразилось сочувствие; уловив, что дело склоняется в её пользу, Руби поникла, осторожно опустилась на стул для посетителей и, глядя в столешницу, тихо попросила:

— Просто отпустите меня. Я… не могу так. Это невыносимо, — опершись локтем на стол, она устало потёрла ладонью лоб, потом, бросив на Райтэна молящий взгляд, проговорила, запинаясь: — Пожалуйста, давай оформим развод.

На этом месте Дерек и Илмарт окончательно убедились, что имеют дело с выверенной игрой: было совершенно очевидно, что Райтэн не может просто дать Руби развод, потому что её отец воспримет такой ход как прямое оскорбление.

Конечно, факт брака пока так и не стал достоянием общественности, и сам-то брак оставался фиктивным, но было достаточно и того, что господин Михар о нём знал — а значит, не оставил бы без последствий его расторжение.

Илмарт и Дерек переглянулись и чуть кивнули друг другу. Илмарт тронул Олив за локоть и указал ей глазами на Тэнь — та после слов о разводе аж подскочила от возмущения и явно планировала вступиться за подругу. Верно оценив ситуацию, Олив бесшумно скользнула в сторону Тэнь и аккуратно отвела её в сторону.

— Дай им разобраться самим, — шепнула она ей.

Тэнь подняла на неё полный боли взгляд — она переживала и за подругу, и за Райтэна. Олив вздохнула и обняла её, продолжила на ухо:

— Твой брат очень умный человек, он справится.

Вздохнув согласно, Тэнь кивнула.

Между тем, очень умный человек успел взвесить внутри себя возможные последствия такого шага, как развод, и осознать, что это может завести в открытый конфликт с Михаром — а таковой непременно утянет за Райтэном всю его семью, чего он никак допустить не мог.

— Руби… — мягко начал он, потирая лоб усталым движением. — Боюсь, развод нам в ближайшее время никак не светит…

По тому, с какой осторожностью и мягкостью он говорил, Дерек осознал, что друг на спектакль купился и, того и гляди, пойдёт на поводу у этой интриги и попрёт в благородные попытки наладить отношения.

Сделав шаг вперёд и предупреждающе сжав плечо Райтэна, Дерек прямо взглянул на Руби и вступил в игру с категоричным предложением:

— Но мы можем организовать тебе побег.

В кабинете повисла напряжённая тишина.

Они, конечно, не могли устроить Руби побег по той же причине, по которой не могли дать развод: её отец и его очевидно в крайней степени враждебные реакции на подобные фортели.

Однако Райтэн по самому факту этого предложения понял, что Дерек ведёт какую-то игру, а значит, у Дерека есть какие-то железные основания сомневаться в искренности Руби.

Илмарт не только осознал факт игры, но и увидел общее направление, поэтому кивнул с одобрением.

Олив, наблюдавшая за Райтэном, заметила, как он тревожно и быстро взглянул на сестру — проследив за этим взглядом, Олив обнаружила, что подскочившая Тэнь явно готова выступить против варианта с побегом. Взяв Тэнь за руку, Олив принялась что-то тихо ей втолковывать, успокаивая.

Руби же попросту замерла, лихорадочно просчитывая вероятности. Она была абсолютно уверена, что вариант с побегом ей не предложат из опасений перед конфликтом с её отцом — и теперь не знала, как реагировать.