Огненный князь 4 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 36

— Вперед!! — заорал я, чувствуя тот самый момент, который… Ну, который! Которее не бывает!

Тут мне прилетело точно в лоб камнем, от чего испыталась просто невероятная пролетарская злоба и возмущение от узурпации мелкими дворянчиками исконно трудового оружия!

И мы рванули вперед, отвешивая удары направо и налево. Прямиком к близняшкам, раздающим пинки со всех четырех рук! Эти дети — это не только прожженные аферисты, способные делать деньги из воздуха, но еще и универсальные агрегаты для раздачи люлей на все четыре стороны света! А еще, кажись, они всех дальнобойных бойцов угробили! Заранее! Ну, молодцы, моя школа!!! Выпишу премию, вот честное слово, выпишу!

— Миша — Маша! — заорал я, угощая дубиной по голове очередного эльфа с противной, гнусной и очень красивой рожей, — Я вам выпишу большой чек!

…и враг дрогнул под наше дружное хлюпанье дубинами по головам.

…под гадкий противный голос Лизы, охрипшей от воплей, которая непокобелимо встала в дверях, защищая дверной проём и делая несознательную заявку на лидерство в происходящем!

…под громкие визги лишившихся чести и достоинства, кого Марина тыкала своими дубинками в обидные места!

— Бежим!

— Валим! Они психи! Психи!

— Я этого не хотел! Я этого не хоте-е-е-е-ел!

— Кто говорил, что будет легко⁈

— Спаси-ите-е-е-е!!

Видя перед собой бегущего противника, я мстительным дятлом бросился за отступающими, разя их своим идиотски выглядящим оружием куда придётся. Приходилось, в основном, в спины, из-за чего каждый удар выходил болючим и явно содержащим в себе все плюшки усиленного попадания по уязвимым частям тела. Гады охали, стонали в экстазе, теряя сознание, а я пёр дальше, стараясь добить как можно больше. Лучше я, чем озверевшие девчонки!

Но всё-таки совсем уж далеко отбежать не получилось, так как позади был злобный Короткевич, требовавший, чтобы его непременно защитили. Прикинув на глаз ветер, Лиза как-то по-хитрому швырнула дубинку, после чего послышался резкий хек и все затихло.

Это была победа!

…но с привкусом вазелина.

Кто не мечтал о стезе могучего героя, который идёт по жизни гордо, да так, чтобы впереди плакало, а позади горело? Да еще и с красивыми девушками, богатым и знаменитым? Это ж прямо сказка какая-то. Только вот ни сказка ни разу.

Если ты начинаешь, как некультурно выражается Марина, мочить, то мочить будут и тебя. Из страха, ненависти, предрассудков и простого желания упокоить бешеную собаку. Причем мочить будут как враги, так и друзья, а особенно решительно мочить будут деловые партнеры, ибо им такая репутация никуда не всралась. Если так подумать (и не брать в расчет зарвавшихся отмороженных богинь), то у каждого моего недоброжелателя были свои мотивы, причем почти каждый шел на битву с любимым мной вынужденно, решая попутно собственные проблемы. Да, это неприлично, некультурно, гадко, подло и вообще… Но убивать — это намного хуже. Но иногда надо.

Нет, те, с кем мы бились сегодня, не были нашими врагами, и я увидел все, что хотел. И их отступление было ничем иным, как попыткой разделить нас. То есть, по факту никто не струсил и не сбежал. Я все это понимал и удерживал руку от смертельного удара. Но видят боги, с каким трудом мне это давалось.

Не бывает сил зла, которые просто зло, потому что хотят какнуть тебе в борщ. Даже тут, где есть самые настоящие демоны, гоблины, тролли и прочие зловещие образования. С другой стороны… и у излишней доброты могут быть неприятные последствия.

— Отставить мочить, — пробурчал я, вытаскивая из-под тел свою верную дубину. — Они показали как могут, а теперь смотрите, как надо.

Вытаскиваю Оливию из груды тел и отвешиваю ей несильный пинок по заднице, придав ей направление в сторону дома, потом достаю второго и процедура повторяется. Потом третий, четвертый…

— Это еще не все! —заорало тело голосом Короткевича, а после появился и он сам, буквально вылетев из-за дома. Пыхтя как древний паровоз, он кинулся в нашу сторону явно не желая творить добро во всем мире.

Двойной стук и подавители падают с моих рук на землю. Глубоко вздохнув, чувствуя, как эфир наполняет мое тело, я хищно улыбнулся и окутавшись огнем кинулся на него. Сейчас мы посмотрим, чего стоит мой начальник СБ…

Глава 19

Глава 19

— Я ошшень недоволен! -чуть шепелявя из-за выбитых зубов, вещал Короткевич перед строем. Знатно я его помял, ну, и он меня, конечно, чего скрывать. Ух, как я был зол! Сошлись мы с ним где-то посередине полосы препятствий и понеслась. Нет, ничем масштабным мы не били, но злости было столько, что хватило и укрепления тела…

У него был меч-бастард, перевитый голубыми молниями, у меня земляной щит и огненный топор. Я вспоминал, как он пинал меня в школе, а он, видимо, думал, судя по его глазам, что я увел у него бабу.

Накрутка себя любимого сработала отлично. Сшиблись мы в центре, будто специально подгадав свободное место. С грохотом, воем и всеми полагающимися спецэффектами, возникающими, когда мега-меч в руках бешеного барона напарывается на массивный земляной щит, окутанный инеем в руках обаятельного, умного и сильного меня.

На стороне Короткевича была дурная мощь огромного опыта тысяч проведенных боев, а на моей — законы природы и физики, поэтому от удара моего начальника службы безопасности меня назад не отнесло. Впрочем, взмах топором, лезвие которого я направил так, чтобы снести зловещему злодею все его щиты, оказался абсолютно бесполезен. Покачнувшись от удара, не оставившего на нем даже царапины, Олег пренебрежительно усмехнулся.

— А говорил-то… — с издевкой протянул барон, выдавая мне мощнейший левый хук в подбрюшье.

Крякнув и подлетев слегка в воздух, я с тоской распрощался с немалым куском здоровья, в ответ начав колотить по нему ударами топора, усиленными яркими вспышками, что должны были ослеплять его. Но ему было на это полностью и бесповоротно начхать.

Комбинированный урон Светом, Добром, Топором и Огнем абсолютно ничего не делал с волосатой головой моего злобного противника, а вот его меч, с размаху долбящий меня по щиту, заставлял мое тело качаться и дергаться, а силы убавляться. С трудом выдерживая удары, я чувствовал себя мудрым ясенем, до которого докопался нетрадиционно ориентированный дровосек после термоса кофе.

— Вы как были, так и остались ни к чему не способными неучами! — рявкнул Короткевич, полностью и бесповоротно начхавший на все мои колдунства. Он, продолжая шпынять меня своим бастардом, начал наливаться нездоровым черно-багряным светом, излучая его повышенные порции из глаз, дополняя эту зловещую иллюминацию еще и дымом из ноздрей, — Вы могли победить всех!!! Но ты бездарность и не сможешь победить даже меня.

Все, последний Рубикон пройден, а остатки здравого смысла улетели в небо, и глаза закрыла всепоглощающая ярость. Мои удары будто смазались, оставляя в воздухе лишь слегка светящийся след. Он пятился, что-то орал, но я его не слушал.

Рывок — и его меч летит в сторону, а в лицо прилетает кулак, вышибая ему зубы. Пинок ногой и иглы, о которых я забыл в горячке боя. За взрывами тела моего учителя не было видно, но мне было плевать — я хотел его убить. Сверкнула алмазным светом смерть в моих руках…

— Тим, остановись!!! —на моих плечах повисли девушки, заставляя меня сделать шаг вперед и прийти в себя. Встряхнув головой и отгоняя злые мысли, я посмотрел туда, где валялся Олег.

Ну что ж, он выжил, это уже хорошо. И даже сохранил в целости все конечности. Вообще замечательно. У него ничего не пострадало, кроме выбитых пары зубов и поломанной гордости, с которой, я думаю, он справится.

—… Вы все делали не так, просто перли вперёд, пытаясь взять количеством. А вы, — обратился он к бывшим наемникам и своим дружинникам, — вам не стыдно? Восемнадцатилетний парень с подругами разбросал вас как щенят. В общем, с этого дня интенсивность тренировок будет усилена. А теперь валите — отдыхайте. Кому нужна лекарская помощь, пошли в дом охраны.