"Вельяминовы" Книги 1-7. Компиляция (СИ) - Шульман Нелли - Страница 1239

-Я в  Уэльс ездил, - улыбнулся Тедди. «Два лета назад.  Дядя Питер, когда от ранения своего окончательно оправился, взял нас всех, мальчиков, и повез в горы. Там очень красиво. Хотя наша Америка больше, конечно, - он еще раз взглянул на карту. «Но я в Бостоне буду жить, как вернусь. Так что рядом окажемся».

Он остановился перед уютным, красного кирпича домом под черепичной крышей. В саду зеленел клен, вокруг скворечника вились птицы.  Девочка лет шести, темноволосая, в холщовом платьице- висела на заборе.

-Ты атакован! - заявила она и плюнула в Тедди жеваной бумагой через трубочку. «А теперь ты убит, падай, - велела девчонка, взглянув на него лазоревыми, большими глазами. На белых, гладких щеках играл легкий румянец,  каштановые кудри спускались на плечи. «Иначе сейчас в глаз плюну, - пообещала девчонка. «Мало не покажется».

Тедди поставил саквояж на землю. Подергиваясь, он закатил глаза. Девчонка рассмеялась: «Верю. Но мог бы и упасть».

-Тут пыльно, - хмыкнул Тедди. «Меня зовут Теодор Бенджамин-Вулф, кстати».

-Мама! - звонко крикнула девчонка. «Кузен Тедди приехал! Иди сюда!»

-Я Дебора, - протянула она  ладошку, испачканную соком от ягод и травой. «Дебора Кроу. Мне шесть лет, а тебе - она задумалась, - шестнадцать, я на родословном древе видела. Еще у меня есть папа, старший брат, и две старшие сестры. Были еще бабушки, - Дебора погрустнела, - но они умерли, бабушка Франклин давно, а бабушка Онатарио тем летом. Мы на озере живем, Эри, слышал про такое? - поинтересовалась девочка.

-Конечно, слышал, - ответил  юноша. «Сейчас мы приехали в Бостон, - зачастила девочка, - потому что папа хочет научить Элайджу ходить на море. Папа на лето устроился капитаном,  Элайджа у него юнгой, а Мэри он взял помощником. Это моя самая старшая сестра, ей девятнадцать лет, - объяснила Дебора. «Она здорово под парусом ходит. Я тоже  просилась, но меня не взяли, - вздохнула девочка и обернулась: «Мама! Ну, где же ты была?»

-В подполе, - рассмеялась невысокая, изящная женщина. Из-под простого чепца выбивались на спину рыже-каштановые локоны, загорелые щеки были усеяны веснушками.

-Вы Тедди, - сказала она, протягивая руку. «Меир мне написал, из Нью-Йорка. Очень рада вас видеть. Я миссис Мирьям Кроу, тетя Мирьям».

От нее пахло свежим хлебом и чем-то сладким. Тедди покраснел. Пожимая сильные пальцы, юноша улыбнулся: «Рад встрече».

-Пойдемте, - велела она, забирая у него саквояж. «Меир просил вам ключи отдать, но я вам уже комнату подготовила. Я вас в шестнадцать лет одного жить не отпущу, даже и не думайте. Кузины ваши тут, заодно и познакомитесь».

Дебора ловко вскарабкалась на клен. Тедди ахнул: «Тетя Мирьям! Она не упадет?»

-Она с детства по мачтам скачет, - отмахнулась женщина, -  у нас, на озере, деревья повыше этих будут. Ничего страшного.

Тедди, заходя в дом, увидел, как Дебора, пожевав бумагу, плюнула ей в раскрытые ставни второго этажа. Девочка крикнула: «Мораг! Хватит читать! Кузен Тедди приехал, он смешной!»

-Сама ты смешная, - ласково улыбнулся юноша. Вскоре он уже сидел в столовой, на льняной скатерти стоял фаянсовый горшок с дымящимся, рыбным супом. Мирьям вытерла руки полотенцем: «Муж мой послезавтра должен в порт вернуться. Познакомитесь с ним, с другими кузенами своими. Мне сейчас на вызов идти надо, я же акушерка. Дебору  заберу, она уже учится у меня, а за вами Мораг поухаживает».

-Мне еще к тете Салли надо зайти, - Тедди откусил от свежевыпеченной, теплой горбушки: «Тетя Мирьям, так все вкусно..., Тетя Эстер тоже очень хорошо готовит. Я же в школе все время, только на каникулах домашнее ем».

-Бедный мальчик, - вздохнула Мирьям. «Мать во Франции, с отчимом его застряла, и не выбраться им никак. Высокий, широкоплечий, а все равно - мальчик еще совсем. Пусть хоть в семье поживет...»

-Мораг тебя проводит, - отозвалась женщина, - они с Мартой, дочкой Салли - подружились очень. Вместе в библиотеку ходят, вместе гуляют. А вот и она, - женщина подняла голову.

Дебора, пыхтя, втащила в столовую потрепанную, кожаную суму: «Я готова, мамочка».

Тедди увидел девушку, что спускалась по лестнице и встал. Она была хрупкая, много ниже его, изящная, белокожая, с угольно-черными косами. Темные, большие глаза были обрамлены длинными ресницами.

-Мораг, это кузен Тедди, из Лондона, - деловито сказала мать. «Там цыпленок, над очагом. Потом свари кофе, и нарежь миндальный пирог, что мы пекли. После обеда отведи его к тете Салли. Дебора, идем».

Дверь захлопнулась. Мораг, переложив в левую руку какую-то книжку - протянула ему тонкие пальчики.

Она вскинула голову: «Какие глаза у него красивые. Как Эри. Нет, оно светлее. Как море».

-Очень рад с вами увидеться, кузина, - весело сказал Тедди. «Что вы читаете?»

-«Песни Невинности» Блейка, - Мораг покраснела. «Мне очень нравится. Вы читали?»

-Конечно, - Тедди все стоял. Девушка спохватилась: «Вы садитесь, пожалуйста! Я сейчас цыпленка принесу». Она задержалась на пороге кухни и повертела головой, думая, куда положить книгу.

-Давайте сюда, - добродушно сказал Тедди, забирая у нее томик. «Какие у него руки теплые, - поняла Мораг. «Господи, я таких мальчиков и не видела, ни разу.  Да и где увидеть, не у нас же, в деревне. Хотя, когда мы с мамой по набережной гуляли - я заметила, на меня смотрели. Хотя на что смотреть, я худая такая..., - она чуть слышно вздохнула: «Спасибо».

Миндальный пирог был совсем свежим. Тедди подвинул Мораг фаянсовую тарелку: «Вы тоже ешьте, кузина. Просто замечательно вы готовите. А вы акушеркой не хотите стать?»

Мораг отпила кофе: «Я крови боюсь. Так неудобно, моя прабабушка, бабушка, мама - все акушерки. Я, когда палец порежу - плачу. И у меня морская болезнь, - алые, красивые губы улыбнулись. «Папа капитан, старшая сестра, брат - все под парусом ходят.  Даже Дебора - и то по мачтам карабкается, а у меня морская болезнь. Я учительницей буду.  Моя подружка, Марта, - вы с ней познакомитесь, - тоже преподавать хочет».

-Ничего страшного, - уверенно заявил Тедди, садясь на подоконник, закуривая. «Мой брат старший, неродной, сын отчима моего, Маленький Джон - у него тоже морская болезнь, а ему уже за тридцать. Мой отчим - герцог, - зачем-то добавил Тедди, - вы знаете, наверное».

-Экзетер, - кивнула Мораг. «У меня тоже  титул есть.  Я леди  Кинтейл, по отцу моему, но в Америке, это ничего не значит. А вы кем хотите стать, кузен? - она осторожно взглянула на золотящиеся под солнцем каштановые волосы.

-Адвокатом, как Дэниел, мой брат, - хмыкнул Тедди. «Буду в Америке жить. Я тут пятнадцать лет не был, кузина Мораг, но мне  здесь нравится. А стихи, - он потянулся за томиком Блейка, - я люблю, но больше - театр. Моя старшая сестра, Тео, мадемуазель Бенджаман - лучшая актриса Франции. Она меня учила, когда я в Париже на каникулах гостил. В Итоне, мы пьесы ставим, я уже все шекспировские роли переиграл. Жалко, что в актеры мне не пойти, - Тедди ухмыльнулся.

-Я и в театре никогда не была, - грустно проговорила Мораг.

-Так мы с вами пойдем, - вскричал Тедди. «У дяди Питера и дяди Джованни ложа, на Друри-Лейн. Все вместе и сходим. А пока, - он потушил окурок и озорно спросил: «Ромео и Джульетту» читали?»

-Да, - удивилась Мораг.

-Дайте мне реплику, - велел Тедди, - помните сцену на балконе: «О, горе мне...»

-О, горе мне..., - робко повторила Мораг.

Он поднялся. Мораг подумала: «Господи, никогда бы не поверила. У него даже глаза сияют. Но ведь так не может быть. Он меня сегодня в первый раз увидел, это просто игра, театр...».

Его голос, - красивый, низкий, - наполнил комнату. Тедди протянул к ней руку, и улыбнулся. «Будто солнце, - вздохнула девушка. «Какой он красивый».

- Она сказала что-то.

 О, говори, мой светозарный ангел!

 Ты надо мной сияешь в мраке ночи...- слышала она. Мораг, невольно сжав руки, взволнованно дыша - залюбовалась юношей.

-Мне все аплодировали, - сообщил Тедди, усаживаясь в кресло, наливая себе еще кофе. Он сжевал пирог, и облизал пальцы: «Простите. Тут совсем как дома. Я с Элизой, - это моя сестра младшая, - тоже не стесняюсь».