Ангел-мечтатель (СИ) - Буря Ирина - Страница 107

Моё предположение, что их руководство пытается сгладить эти трения, разделив их территориально — небывалая предупредительность со стороны их белокрылых боссов, обычно глубоко равнодушных к психологическому комфорту своих подчинённых — убедило меня, что Гений не стал афишировать свой прощальный подарок бывшему хранителю.

Моё сообщение о сканерах было принято без малейшего удивления, а намёк на то, что мои неискушённые в глубокой и связной мысленной деятельности сослуживцы встретили присутствие тонкого оборудования с опаской, вызвал у него лёгкую усмешку.

Моё предложение начать трансляцию сразу по возвращении, но ограничить её только значимыми моментами, было остановлено взмахом его руки.

— Я вижу, что моё предложение Вашей кандидатуры в качестве нашего представителя оказалось полностью оправданным, — облёк наш глава своё одобрение в совершенно не принятое у нас многословие.

Я молча и скромно склонил голову, не желая поддерживать нарушение традиций, рассыпаясь в благодарностях за высокую оценку моей обычной работы.

— Но у меня есть к Вам несколько вопросов, — продолжил наш глава уже привычно сдержанным тоном.

Я изъявил свою готовность ответить на них ещё одним кивком.

— Насколько мне известно, — не стал дожидаться от меня ненужных слов наш глава, — единственная в новом отделе женщина является матерью единственного исполина, привлечённого к его работе.

— Да, это так, — подтвердил я уже всем известный факт.

— Того самого исполина, — всё никак не переходил к своим вопросам он, — с которым тесно дружна Ваша дочь. Из чего можно предположить, что Вы неплохо знакомы с его матерью.

— На земле, будучи человеком, она не вызывала у меня какого бы то ни было интереса, — совершенно искренне заметил я. — Хотя изредка, по необходимости, мы встречались.

— На земле … — задумчиво протянул он, складывая ладони перед лицом и глядя на меня поверх них с лёгким прищуром. — Судя по её головокружительной карьере после перехода оттуда, многое изменилось. Нельзя, разумеется, исключить, что причиной её взлёта является родство с интересующим светлых исполином, но я ещё раз проанализировал относительно недавние события … Скажите мне — Вы присутствовали на проникновении в инвертацию — это была она?

Врать было бесполезно. Я внутренне содрогнулся, осознав, что мысль о невозможности лжи нашему главе пришла лишь второй.

— Она, — ограничился я простой констатацией факта.

— О чём наши партнёры не сочли нужным поставить нас в известность, — продолжил он как будто вслух размышлять. — Несмотря на договорённость о полной прозрачности сотрудничества. Возникает вопрос, о чём они ещё умолчали … — Он встряхнулся. — В прошлый раз я поставил перед Вами множество задач — сейчас я добавлю к ним ещё одну. Но в перечисленном списке она будет стоять на втором месте — успешная работа отдела всё также остаётся Вашим основным приоритетом.

— Я слушаю Вас, — облёк я на сей раз своё полное внимание в слова.

— Сосредоточьте своё наблюдение на матери исполина, — появилась в его голосе жёсткая нотка, знакомая мне по неоднократным распоряжениям об ответном ударе по светлым. — Вплоть до регулярного сканирования — даю Вам на него официальное разрешение. Похоже, наши партнёры не случайно полностью исключили проникновение на территорию нового отдела — к сканерам, через которые у них будет постоянный доступ к её сознанию, подключиться мы уже не сможем. Заменить их придётся Вам — мне нужно знать истинную причину привлечения её к проекту.

В апартаменты Гения я спускался медленно. Наш глава добавил мне только одну задачу, но она породила несколько других — тех, которые я ставил себе сам.

Эти задачи разветвлялись, переплетались, наслаивались друг на друга — пожалуй, с вызовом такой сложности я ещё никогда не сталкивался.

В первую очередь, разумеется, нужно настроить фильтры абсолютно нетренированным в строгости мысленного процесса светлым — у которых даже установка примитивного блока вызвала существенные затруднения.

Из чего следует, что стабильность этих фильтров у них придётся затем контролировать. Несовместимость фильтра с блоком даст возможность сканировать периодически их сознание — на случай установленных за моей спиной их прямых контактов с Гением. Особенно тщательно придётся заняться сознанием Татьяны — и чтобы отбирать там самые безобидные и, желательно, бестолковые мысли для трансляции нашему главе, и чтобы убедиться в твёрдости слова моей дочери в отношении скрытности её участия в делах юного мыслителя. Очень уж мне не понравились внимательные взгляды и загадочные реплики в мою сторону.

Глава 10.12

Кроме того, нужно ещё и периодически транслировать нашему главе атмосферу крайней неприязни вокруг светлых — для чего придётся давать им сигнал для начала особо язвительной перепалки в перерывах между сканированием, чтобы трансляция на него не наложилась.

И всему этому нужно перекрыть доступ к моему собственному сканеру — а значит, разобраться с принципом его работы придётся в поистине рекордные сроки.

Да, ещё и подкидыша нельзя вниманием обойти — инструкции, даваемые ему аналитиками, могут представить немалый интерес для всех направлений моей собственной деятельности. Сканирование его сознания не представит ни малейшего труда — ни с блоком, ни, тем более, с фильтрами он явно не знаком.

Хотя … Сообщение Гения о том, что подкидышу удалось подавить воздействие светлых целителей, шокировало не только карающий меч.

Воздействию правящего течения на сознание всегда было далеко до нашей тонкой филигранности — именно поэтому их хранителям так редко удавалось противостоять нам — но методы их отдела целителей всё же выгодно отличались от типично светлой топорной прямолинейности. И то, что воспротивиться им — успешно, заметьте! — смог абсолютно необразованный юнец, навевало размышления.

Гений сообщил об этом спокойно, без своего обычного бурлящего энтузиазма. Как о хорошо известном ему умении. Которые, как он однажды заметил, всегда возвращаются, даже будучи забытыми. И почему-то опять к представителю светлых …

Меня снова кольнуло чувством острой несправедливости. Складывалось впечатление, что самые яркие таланты — причём открытые большей частью именно в нашем течении и наверняка для защиты от диктата светлых — по совершенно непостижимой причине передаются нашему противнику.

Как бесполезная, не стоящая внимания безделица.

Как будто речь идёт о примитивных средствах облегчить банальную земную жизнь — вроде того сжатия информации для ускорения её передачи, о которой сообщила мне моя дочь.

Я замер на полушаге.

А ведь подкидыш тоже сжал табу, наложенное на его память светлыми целителями, до не различимой и, соответственно, не функционирующей величины.

И Гений упоминал о возможности инвертировать информацию, сжав её в легко скрываемую точку.

И телепортация, случайно наткнувшаяся при возвращении на бывшего хранителя, мне — сразу уяснившему её природу — далась с самого первого раза.

Мой мозг потребуется мне в его самой лучшей форме — в самом ближайшем будущем и на самый неопределённый промежуток времени. Зачем мне обессиливать его перед серьёзным испытанием, выдумывая фильтры светлым — каждому свой, и одновременно надёжные и доступные их пониманию? Зачем мне потом контролировать их все сразу? Зачем мне весьма вероятные авралы, если их фильтры не устоят?

Если я могу в начале каждого рабочего дня подавлять все их посторонние мысли и затем просто-напросто удерживать их в этом состоянии. Назвать это вторжением даже карающий меч не посмеет — разбираться в этих мыслях я не стану. Напротив, предоставлю светлым возможность заявить — с присущим им самодовольством — о резко возросшей способности сосредотачиваться в условиях постоянной бдительности.

Задача столь масштабного воздействия на мысленный процесс — причём, одновременно на трёх объектах — подстегнула мой шаг.

Нужно немедленно возвращаться — в надежде, что неудержимое хвастливое пустозвонство бывшего хранителя задержит его у своих, и я успею опробовать свою идею на одной Татьяне. С общепризнанной простотой её мышления я легко смогу и заметить, и устранить любый погрешности в схеме подавления, если таковые обнаружатся.