Истинная для Альфы (СИ) - Анталь Лилигрим - Страница 34

Он мог хоть триста раз убедить себя в правильности своего решения. Нахуй это чертову привязанность, к черту отношения, которых он и в помине в жизни своей не знал. У них не было бы будущего, даже если бы они попробовали.

Его зверь молчал. А Мартину хотелось вздернуться.

Даже потом он не имел храбрости посмотреть Веталине в глаза, хотя сам поедом ел ее взглядом, стоило девушке хоть мельком засветиться в коридорах университета. Каждый раз он убеждал себя, что так для них будет лучше. Никаких лишних надежд. Она встретит парня, пусть хоть вонючего ничтожного человечку, и будет сча….

Да блять! Представлять Веталину с кем-то другим ему тоже нихрена не нравилось. И при этом сам ей предложить ничего, кроме временного траха без обязательств, тоже не мог. А ведь именно такие мудаки типа него и будут облизываться на нее, боясь предложить девушке нечто большее, унижая ее своими мерзкими похабными желаниями…

Потому что никому не сдалась омега без запаха и способности родить потомство.

И ему она тоже нафиг не нужна!

Он не мог спать. Не мог есть. Не мог даже тренироваться, чтобы подготовиться к последним в его жизни ежегодным соревнованиям между университетами. Даже привычные сигареты потеряли свой обычный запах и вкус. Ебаный порочный круг! Но когда терпеть пустоту в собственной груди стало невмоготу, его словно обухом по голове ударили. Да так, что искры из глаз посыпались, а волк внутри зарычал, вставая на дыбы, требуя что-то невероятное.

Запах. Да, точно. Это был именно он! Тонкий и нежный, вскружил ему голову. Разбудил в Мартине животную похоть и яростное чувство собственничества. Найти обладательницу столь завораживающего запаха, спрятать и наслаждаться этой прелестью в полном одиночестве.

Каково же было его удивление, граничащее с разрывающей его радостью, узнать в девушке Веталину. Чуть ли не рыдающую под ним от изматывающего ее тело эструса. Кажется, даже сама первокурсница не понимала, что с ней происходило.

А его разрывало от желания взять ее. Присвоить себе. И, блять, никогда не отпускать!

Единственное, что останавливало его распять, наконец, девушку под своим телом и пометить собой, были ее искрящиеся сейчас от вожделения невинные глазки. Как ему хватит совести трахнуть юную первокурсницу в стенах их общего института? Где все узнают об этом и станут полоскать ее имя во всех углах, разнося слухи, каждый хлеще другого.

Он не мог. Не должен так поступать. Он и так вел себя, как мудак. А теперь снова объявился в ее жизни, будто имеет на это хоть какое-то моральное право. Но и уступить столь желанную добычу другому он тоже не мог. Не хотел, черт возьми!

Его. Полностью его. И только его!

И пусть кто попробует оспорить. Даже самой девушке не даст шанса свалить. И пусть он сам был в шоке. И вообще не представлял, как будет вообще делить своё время с девушкой. Впустит ее в свою размеренную, тихую жизнь, где нет места спонтанностям и таким сладким девочкам, вроде неё. Он боялся. Злился. И, черт возьми, все равно этого хотел.

Он попал в эти неожиданные сети не один. И им с Веталиной обоим придётся с этим смириться. Учиться. Притираться. Наступать на очередные грабли. Но пробовать, потому что у него больше не осталось никаких сомнений.

Они истинные. Точка.

Глава 25

«Веталина, добрый вечер. Это Милана»

Увидев выпавшее в телефоне оповещение, я немного удивилась. За ним же последовало и второе.

«Я так и не дала тебе номер доктора Стивенсона, о котором мы говорили. Мне показалось, что ты заинтересовалась этим. Но в любом случае, держи +26********. Надеюсь, что он пригодится. Неспокойной ночи вам с Мартином;)»

Ещё с минуту я смотрела на экран, не зная как отреагировать. С одной стороны я была безумно благодарна Милане, а с другой… мне было страшно. Страшно пойти и узнать правду. Никто раньше не слышал о том, чтобы омеги со временем могли пробудиться, если это не случилось в подростковом возрасте.

А я? Почему это произошло? Может ли это оказаться ошибкой? Вдруг со мной что-то не так и это всего лишь какой-то временный побочный эффект?

Настолько погрузившись в свои тревожные мысли, я даже не замечала горячую ладонь Мартина, что собственнически лежала на моем колене. Уставившись в окно, я провожала бессмысленным взглядом пролетающие мимо парки, тихие ночные улицы, окраинные панельные многоэтажки. Продуктовый магазин со знакомой вывеской… стоп.

— Мартин, можешь остановиться вот здесь?

— Зачем? — нахмурился парень, но все же включил поворотники и съехал на обочину.

— Не задавай лишних вопросов. Пойдём, — я отстегнулась и вышла из автомобиля. Жуткий холод сразу же пробрался под полы пальто, отчего я машинально съёжилась.

— Куда? Вета, блин, — Мартин закатил глаза, но пошёл за мной.

Стоило мне только хоть и в темноте, но узнать знакомый район, как все внутри затрепетало от восторга. Я и сама ещё не понимала, зачем попросила остановиться Мартина, но мне так хотелось показать ему…

— Блять, Веталина. Куда мы идём? — проворчал за моей спиной оборотень, а потом схватил меня за руку.

— Сейчас увидишь.

Я знала, что окраинные районы столицы не самые презентабельные. Наверняка, здесь сейчас ошивается много сомнительных личностей, но с Мартином мне было совсем не страшно. Вот пройдя через старый парк, я заметила знакомые, низкие серые застройки промзоны, где стоял шлагбаум, и не ездили машины. Преодолев и его, я целенаправленно последовала дальше. Отчего Солмнхелл за моей спиной только тяжко вздохнул.

— В какие дебри ты нас ведёшь? Кажется, у нас были другие планы на этот вечер.

Я покраснела, мигом поняв, о чем идёт речь. Но промолчала, быстрее перебирая ногами. Скоро и сам все увидит.

Наконец, я увидела его. Потрепанное временем, бетонное здание заброшенного завода. Выглядел он, конечно, не очень: выбитые из рам стёкла, куча мусора кругом и непроходимая мгла. Наверное, Мартин сейчас гадает, зачем я его сюда привела. Да я сама не понимала свой порыв. Просто вдруг мне захотелось показать ему что-то очень личное. То, что до недавнего времени было только моим.

Выцепив взглядом старую пожарную лестницу, выцветшую и заржавевшую от времени, я направилась к ней.

— Только не говори, что мы по ней подниматься бу… Вета, стой!

Но я его не слушала. Схватившись за перила, я карабкалась наверх, забыв про страх, что защекотал где-то внизу живота.

— Твою ж мать! Она сейчас развалится под нами! — негодующе шипел парень, поднимаясь вслед за мной.

Я закатила глаза.

— Ничего с ней не будет, — фыркнула я, — Хватит ворчать, как старый дед.

— Я тебе потом покажу старого деда! Вот только домой приедем и…

Я не удержалась от заливистого хохота.

— Ловлю на слове!

Наконец, мы забрались наверх. Стоило нам только ступить на черепичную облезлую крышу, как перед нашими глазами раскинулся весь ночной мегаполис, как на ладони. Необъятно огромный, блестящий и безумно шумный. Абсолютно нереальный…

Кажется, даже из лифта в доме Мартина не открывался такой потрясающий вид. Загадочный, опасный и манящий…

Щелкнула зажигалка, и я обернулась. Мартин поднёс дымящуюся сигарету к губам, тяжелым взглядом рассматривая место, куда я его привела. В свете городских огней Альфа казался мне другим. Более… привлекательным, хотя, казалось бы, куда уж больше. И атмосфера здесь с его присутствием, словно поменялась. Стала более близкой. Даже дышать стало сложнее, а сердце молотило в рёбра, словно хотело их пробить и вырваться наружу.

Я сделала маленький шажок к краю, как рука парня клешнями вцепилась в мое предплечье, отодвигая назад.

— Вета, умоляю. У меня не стальные нервы, — буквально простонал оборотень, притягивая меня к себе.

— Боишься высоты? — поинтересовалась я.

— Боюсь, что ты свалишься вниз и разобьешься к чертям!

— Да ну, — с сомнением в голосе протянула я, — Тут не так уж высоко. Ну может шею сломаю…