Истинная для Альфы (СИ) - Анталь Лилигрим - Страница 27

И тяжко вздохнула:

— Ничего. Как видишь, меня не украл маньяк. Можешь не переживать.

— Тогда почему ты появилась в общаге только сейчас?

— Я… осталась у Мартина. Он… предложил мне переехать к нему, — почему-то говорить о случившемся между мной и Пристли Джесс меня не тянуло, поэтому я съехала на более безопасную тему.

— Переехать? К нему?!

— Ну да. К кому же ещё? — я пожала плечами, наконец-то, вставив ключ в замок и открыв дверь в комнату. Обсуждать такое в коридоре, где нас мог кто-нибудь услышать, мне не хотелось.

— Офигеть… Нет, погоди, ты серьезно?! Да… Ой! — Джесс внезапно замолкла, а надо мной вдруг нависла чужая огромная тень.

— Привет, — голос Мартина я смогла бы узнать из тысячи. Альфа, видимо, обращался к моей подруге.

— Привет, — почему-то прошептала Джесс и замялась на пороге, — Знаешь, Вет, я лучше пойду. Не буду вам мешать. Увидимся на парах.

— Конечно. Пока, — за что я любила Джесс, так это за тактичность. Конечно, у меня она могла расспрашивать все откровенные подробности, но при других, а тем более при Мартине, которого она видела в первый раз, она подобного себе не позволяла.

— Это твоя подруга? — Мартин зашёл в комнату следом за мной и закрыл за нами дверь.

— Да. Это Джесс. Мы учимся вместе, — вытащила чемодан из под кровати и открыла его. Даже не верится, что мне приходится это делать.

Много вещей за эти два месяца жизни в общежитии у меня не скопилось, но чемодан и две сумки все равно выглядели внушительно. Я с тихим вздохом сожаления снимала развешанные на стене снимки, которые успела сделать за короткий срок жизни в столице. Что-то я совсем забросила своё хобби из-за происходящего вокруг дерьма. И в блоге давно ничего не выставляла…

Внезапно в голове мелькнула идея поснимать Мартина. О, благородный профиль Мартина и его потрясающие золотые кудри произвели бы фурор в моем блоге! Подписчики были бы в настоящем экстазе. Но, честно признаться, я не была сильна в портретной съемке. И делала это всего несколько раз, когда меня об этом просили бывшие школьные подруги и кузины.

И все же… Сама мысль сфотографировать Солмнхелла меня невероятно взбудоражила.

Когда я выписывалась из общежития у комендантши, она смерила меня строгим взглядом и сказала мне, что вряд ли теперь мне выдадут новую комнату в этом году, если я вдруг решу вернуться. В мою комнату вскоре поселят новых студенток, которые стоят в очереди.

Я не стала волноваться об этом. Надеюсь, мне не придётся в скором времени сбегать от одного наглого оборотня обратно в общагу. Потому что, видимо, у меня это не получится. И не только из того, что не будет мест в общаге. Внимательный взгляд Альфы говорил сам за себя: фиг меня теперь куда отпустят.

Стоило мне только, наконец-то, сесть в машину к парню, чтобы вернуться к нему, как Мартин вдруг спросил:

— Ну что? Поехали за подарком?

Глава 20

Я стояла перед зеркалом, рассматривая своё отражение придирчивым взглядом. На мне были темная расклешенная юбка, кремовая блузка с длинными рукавами и туфли в тон. Выглядела я довольно официально. А прибавить к этому образу мой легкий макияж и волосы, убранные в узел на затылке, то я и вовсе походила на школьницу, недавно вышедшую из детского возраста. Но найти в своём гардеробе что-то более симпатичное, чем это, у меня не вышло. Да и меня вполне устраивал мой внешний вид.

Мы собирались на празднование по случаю юбилея единственной и неповторимой Миланы Солмнхелл.

Именно так в интернете характеризовали жену отца Мартина. В сети было до боли мало информации о семействе Солмнхелл. И мне удалось найти лишь парочку малоинформативных интервью и их совместные фотографии, на которых были запечатлены уже знакомая мне потрясающе красивая, черноволосая женщина и высокий статный мужчина с холодными, светлыми глазами. Глазами Мартина.

Сакру Солмнхелл.

Честно говоря, даже с фотографий он производил неизгладимое впечатление. Если раньше Мартин мне казался безразличным и холодным, то его отец и вовсе походил на отколовшийся кусок айсберга! Чужой, опасный и пугающий…

Боюсь представить, как он отреагирует на новость о том, что я, сопливая первокурсница без роду и племени, стала истинной его старшего сына. Наследника многомиллионной строительной компании, созданной прадедом Мартина ещё в прошлом столетии. Об этом я тоже узнала из сети.

У меня от страха даже коленки подгибались, но я старалась не показывать Альфе свою нервозность перед знакомством с его родными. Сам парень, стоило ему только выйти из ванной, словно околдовал меня. Я не могло оторвать от него взгляд!

Широкие плечи облепила белоснежная сорочка, натягивающаяся при движении его крепких мышц. На манжетах сверкала тонкая резьба серебряных запонок, привлекая мое внимание к его изящным кистям рук. Волосы Мартин уложил назад, но они все так же оставались волнистыми и непослушными. А сам оборотень так ярко пах своим собственным неповторимым ароматом, что у меня кружилась голова, и троилось в глазах.

С каждой секундой наше притяжение становилось все сильнее и я не могла совладать с этим ощущением.

Солмнхелл заметил мой взгляд на себе и сам не отказался от возможности окинуть меня своим пристальным вниманием. Наверное, от него не укрылось то, как мелко задрожали мои пальцы, сминающие подол юбки при виде него. Как я нервно закусила нижнюю губу, в попытках успокоить собственное неровное дыхание. И то, как мои ноги сами повели меня все ближе к парню, чтобы оказаться в его сильных объятиях.

Его глаза горели как никогда раньше.

— Знала бы ты, что творится сейчас у меня в голове, — Мартин склонился ко мне ниже, захватывая в плен своих ладоней мое лицо, — Ты бы убежала, сверкая пятками.

Я не сдержала счастливую улыбку.

— Хочу тебя поцеловать, — удивительно, что он это сказал. Потому что до этого мое согласие, как правило, не спрашивалось.

Но только его губы оказались в миллиметре от моих, как я накрыла его рот собственными пальцами:

— Ты съешь мой блеск для губ, — Мартин закатил глаза и отвёл мои пальцы от себя, перед этим поцеловав каждый, отчего я покраснела.

— Намажешь заново. Какие проблемы?

В машине я уже сидела с опухшими губами, без грамма косметики на них. И, думаю, была бы воля Мартина, он слизал бы с меня не только помаду, но и к чертям бы стащил юбку и блузку! Неугомонный, голодный оборотень!

Автомобиль в сумерках несся в сторону пригорода, где, по всей видимости, находился особняк четы Солмнхелл. Я даже не удивилась, когда Мартин сказал, что мы поедем загород. Такие богатые оборотни точно бы не променяли возможность жить в уединении и спокойствии в провинциальной местности на спертый городской воздух.

Когда мы подъехали к дому, я едва сдержала восхищенный возглас. Коттедж был просто прекрасен!

Построенный из соснового бруса он был большим, но не таким огромным, как я себе представляла. Дом очень органично вписался в пейзаж из раскидистых елей и осин, которые окружали его со всех сторон. А территория, окружённая высоким забором, была ухожена и при этом не испорчена лишними элементами. Лишь аккуратно постриженный газон, несколько редких искуссно постриженных кустов по сторонам и каменные дорожки, ведущие к широкой террасе и дому.

Где нас, по всей видимости, уже ждали:

— Мартин, как же здорово, что вы приехали! Веталина, очень рада вновь тебя увидеть, — сама виновница торжества встречала нас на пороге, облачённая в элегантное черное платье, открывающее изящную линию плеч и зону декольте, — Выглядишь просто замечательно!

— Спасибо.

Ее накрашенные помадой губы едва коснулись моей щеки, а руки приобняли за плечи. Я не ожидала столь тёплого приема, поэтому не знала, что сказать, лишь тихо выдавив:

— С днем рождения, — и протянула затянутую подарочной лентой небольшую коробку.

— О, какая прелесть, ребята! Мне очень приятно. Пройдемте уже в столовую, — Милана провела нас с Мартином внутрь.