Левиафан (СИ) - Ли Кристина - Страница 20

    Однако не хотел втягивать в это Нам Джуна ни словом, ни просьбой. Поэтому оставался только Лю Фэнь. Именно он поможет понять, как агентом американских спецслужб стала женщина прошедшая через рабство.

    Узкий коридор закончился металлической дверью, которая отъехала в сторону. Картину широкого помещения, обустроенного технически безупречно, украшала рожа пса и ещё двоих дубин в форме, рангом повыше. Именно им я уделил побольше внимания, поскольку был уверен, что только дегенерат Родерик мог так стремиться к встрече с Создателем раньше времени.

    - Подполковник Денали? Чем обязаны? - Куколка отдала честь, а я лишь сложил руки на груди и плавно наклонил голову в сторону пса, который так и светился словно пижон.

    "Ты труп..." - мелькнула мысль, когда мы встретились взглядами.

    - Агент Эйс, мы ждали вас со вчерашнего вечера, однако вы пошли против приказа и разделили изначально сформированную группу. Более того остались на территории Италии, а по словам агента Смита, вообще вступили в прямой конфликт будучи в гражданских, ограниченных правах...

    - А по простому, этот дебил, сказал вам, что мы грохнули четверых людей в часовне посреди бела дня? Так? - я ехидно, но с холодом посмотрел на почти поседевшего мужика, который тут же прошил меня почти убийственным взглядом, чеканя:

    - Вам никто не давал права раскрывать рот, заключённый Чжи Тангир.

    - Так я ведь и не ваша собачонка, - развел руками и ухмыльнулся, - Поэтому срать я хотел на ваши приказы, господа. Вы хоть сейчас можете отправить меня обратно в тюрьму, однако что-то мне подсказывает, что этому помешает вот это!

    Я вытащил из внутреннего кармана тетрадь макаронницы, и бросив её на стол, рядом положив кусок кожи.

    От такой картины дебилы надо мной застыли, однако я ничего в подобном не видел. Они хотели - я дал!

    - Знаете чей это кусок туши? - наклонил голову, опираясь о металлический стол руками. 

    - Я же говорил, что этот человек абсолютно неуравновешен, сэр. Он опасен!

    - А ты вообще говорить умеешь? Или только тявкать, как псина? - я хохотнул, однако почувствовал как Куколка схватила меня под локоть и отпихнула от стола, заставив выпрямиться.

    - Заканчивай этот цирк, Тангир!

    - Агент Эйс! Поясните что это? - пробасил второй престарелый хрен при пагонах, и так посмотрел на Монику, что даже мне стало весело.

    - Это клеймо. Очевидно, Тангир решил привести улику лично, чтобы доказать вам, что мы не просто так ввязались на территории чужого государства в подобную историю.

    Я поймал взгляд покрасневшего от злости Родерика, который смотрел на Монику, как на свою собственность.

    - Хватит считать, что служебные отношения допустимы при исполнении, агент Смит, - ухмыльнулся, заметив как окаменела Моника и замолчала на полуслове, после моих слов.

    - Вся проблема ведь в этом, Родерик? - опять закинул удочку, и явно поймал на живца, - Господа власть имущие ведь не в курсе того, какой ты скандал закатил посреди улицы, как баба? Нет? Может ты им забыл рассказать и о том, что владелец этого куска шкуры, вёл нас всю дорогу до храма, пока ТЫ, как идиот ничего не замечал! Или может просто... - я опять ехидно ухмыльнулся, - ...не хотел, Родерик?

    - Ты кто такой, чтобы мне выволочку устраивать, тварь, убившая собственную жену?!

    Все краски почернели разом, а воздух со свистом покинул лёгкие, когда плеть полетела в сторону твари, которой я совершенно точно решил скрутить шею прямо здесь. Боль такой силы затопила сознание, что я еле мог контролировать свое состояние. Однако задрожал всем телом тут же, как увидел что Родерик медленно поднимается от противоположной стены с монитором, а напротив меня, держа цепь, которая намотана на её шею, стоит Моника. Она глубоко дышит и продолжает оттягивать фол, который царапает нежную кожу, заставляет скривиться, причиняет боль...

    Я с силой закрыл глаза и отбросив рукоять с пальца, встряхнул головой, ощущая как пол под ногами плывёт, а в голове звучит голос моей агонии. Он умоляет, просит, шепчет, убивает и терзает моё сознание, пока я проваливаюсь в омут прямо с головой, не чувствуя собственного тела.

    "Больно... Вот тут, где дыра в груди, больно так, словно по открытой ране режет воздух, заставляя агонию становиться только хуже..."

    - Вы сами!!! - я медленно раскрыл глаза, смотря словно в тумане на фигуру Моники, которая бросила на стол мой кнут и холодно цедила каждое слово сквозь зубы, - Вы сами приставили ко мне этого человека. Сами доверили мне контроль над ним, и ЕСЛИ!!! Если ещё хоть раз вы - агент Смит, посмеете смешивать личное с работой и делом, тем самым мешая моему контролю над этим, как вы выразились, чудовищем, я уже сама обмотаю эту цепь вокруг вашего горла. И поверьте, вам это украшение не понравится. Этот человек - часть моей спецгруппы и подразделения. Более того! - она повернулась в сторону мужчин, и ровно закончила, - Этот человек спас меня от наемников из "Золотого скорпиона", подполковник. Именно он позволил агенту Смиту спокойно и без проблем достать нам нужную информацию, подвергнув свою жизнь смертельной опасности.

    Я выпрямился и стряхнув оцепенение, ощутил себя так, словно с моего тела медленно сползала смола и отпадала каменная крошка. Я начал дышать, я стал мыслить, вернулись звуки и ясность зрения.

    И видел я одно - лицо выточенное из камня, но невозможно нежное, если убрать из него гнев, боль, страх и ярость. Стереть... Как в самолёте, заставить все эти эмоции уснуть, чтобы увидеть эту женщину настоящей.

    Я повернул голову в сторону пса и припечатал:

    - За то, что произошло, мы ещё рассчитаемся, американец. Не сомневайся!

    - Тангир!!! - Моника рыкнула, а я лишь холодно кивнул, и схватив кнут со стола, закончил:

    - Вы слышали, господа. Я буду подчиняться приказам только этой женщины. Если вас это не устраивает - сажайте на стул и расходимся.

    Оба дегенерата переглянулись, но я то знал истинные причины своего присутствия здесь. Потому был полностью уверен, что у меня на руках "Карт-Бланш", о котором Куколке знать пока не обязательно. 

Глава 3

    Он знает. Я уверена в этом, как только вспоминаю кусок оторванной кожи на столе исследовательского зала. Отрезанная часть от моей прошлой жизни, с уродливым знаком, который выжигают на человеческом теле, как на скотине.

    Этот парень с самой первой встречи смотрел на моё тело так, словно понимал каждый символ написанный на нем. Тангир не идиот и далеко не сопляк, хотя его лицо и выглядит слишком юным в сравнении с лицами тех, кто меня окружает. Однако, сейчас передо мной на экране было прошлое этого человека.