Вдовья трава (СИ) - Воздвиженская Елена - Страница 24

– Давай, Петя, крикни. Крикни, и они уйдут! – молила Инга, но только шум ветра, да шёпот доносились до её ушей.

В комнате появилась тень, это был силуэт человека, он постоял в нерешительности, а затем уверенно двинулся к кровати. Человек не шёл, он плыл по воздуху, как призрак. Да он и был призраком. Существом без плоти, которое всё равно не пропускало через себя тусклый, едва заметный свет из окон, свет уличных фонарей, и тусклой луны. Призрак подошёл к кровати и наклонился. Инга увидела лицо. Она попыталась закричать, но язык парализовало, и кроме глухих стонов ничего не вылетало из её рта. А кричать нужно, чтобы разбудить петуха, только петух в состоянии прогнать нечисть. Лицо. Она узнала его. Эта улыбка. На Ингу смотрел Посторонним В. Он улыбался, как тогда, на фотографии, а затем открыл рот и сказал:

– Зямбугва.

Инга проснулась. В окна пробивались первые лучи солнца. Шёпот исчез.

– А может, его и не было? Я, похоже, уснула, и это просто был сон, – с облегчением подумала Инга.

Солнечный луч коснулся подоконника и окончательно развеял все сомнения. От сна осталось только странное слово – «Зямбугва». Оно прочно засело в голове, но кроме улыбки ничего не вызывало, такое мог сказать только годовалый младенец. Смешное словечко. Да, мало ли что может присниться!

– Бабушка! Как она там? – Инга потянулась к телефону.

Мама взяла трубку почти сразу. Голос звучал устало.

– Ночь не спала, бедная, – поняла девушка.

– Бабушка вне опасности, – сказала мама, – Врачи и сами удивлены, и рады: такая старенькая, а организм крепкий. Спросила, как ты, просила курочек не забывать кормить, да в огороде полоть. За тебя переживает.

– Мама, передай бабусе: пусть не волнуется. Я взрослая, справлюсь.

– И ещё, она напоминает, чтобы ты не забывала про разговор на кладбище. О чём вы там говорили?

«О чём?! О люпинах, конечно» – пронеслось в голове Инги.

– Мама, передай бабушке: пусть не переживает. Я помню, и сделаю, как она просила

Похоже, мама тоже не знает о люпиновой поляне. Эту тайну хранили тщательнее, чем государственные секреты. Какую же опасность таили эти странные шепчущиеся цветы?

Инга встала, накинула халат и вышла на улицу. Небо затянулось серым покрывалом туч, но для солнца осталось свободное место. Умывальник оказался пустым, ещё бы: бабушка лежала в седьмой палате кардиологии, и некому было его наполнить. Инга принесла ведро воды из колодца. Умылась, почистила зубы, прошла в сторону двора. Куры давно проснулись и вопросительно поглядывали на девушку, опасаясь прямым текстом попросить поесть. Инга состряпала обычное месиво. Птицы с аппетитом склевали всё до последней крошки, без обычных своих высокомерных взглядов и ковыряния лапками в еде. Теперь осталось поесть самой. Инга вернулась в курятник, где собрала дань в виде трёх яиц. Яйца полетели на сковородку, закипел чайник. Позавтракав, она отправилась в огород. День пролетел незаметно, на душе было одиноко и тоскливо.

К вечеру тучи полностью скрыли солнце, но дождя не было. Инга закончила с огородом, в котором провела весь день, подкрепилась салатом из огурцов с ломтём ржаного хлеба, и только хотела, было, позвонить матери, как в проёме двери нарисовалась Настька. Она была в очередном экстравагантном костюме – дырявых джинсах и розовом топике с эмблемой известной всемирной компании, выполненной стразами.

– Пошли, а то опоздаем! – Настя взглядом пресекала возможные возражения.

– Куда?! Там до одиннадцати….

– Вот именно, до одиннадцати, так что давай-ка пошустрее, а то пока собираешься – все разойдутся.

– А что? Баба Даша поправляется, кур накормить – минутное дело. Огород прополот. Дома дел нет. Почему бы и не отдохнуть? – вдруг подумалось Инге.

– Присядь, я щас, – торопливо ответила она Насте.

Через сорок минут Инга с Настей направились в сторону Поспелово. На всякий случай Инга захватила с собой зонтик, но дождь, похоже, сегодня тоже взял выходной. Впереди показалось кладбище. Инга непроизвольно втянула голову в плечи. Настя же, напротив, с любопытством крутила головой по сторонам.

– Инга, ты бывала ночью на кладбище?

– Не, чего там интересного….

– А живые покойники, привидения? Они в реале существуют.

– С чего ты взяла?

– А ты прикинь, сколько про них всего написано! Если бы это было враньём, разве стали бы писать?

– Журналисты пишут про то, что народ хочет читать. И деньги неплохие на этом зарабатывают. Привидений не бывает.

– Ещё как бывают! Вот одна женщина, она точно врать не станет….

– Насть, давай сменим тему!

Настя замолчала. Дальше дорога ныряла в лес. Комары сменили слепней.

– Как на кладбище, – подумала Инга, и только она так подумала, как чья-то рука с силой вцепилась ей в плечо.

– Настька, дура! – закричала Инга, оттолкнув сухую ветку, которую Настя держала в руке.

Настька засмеялась, не засмеялась – заржала. Инга вспомнила, как ржали лошади в чудом сохранившейся конюшне, когда она маленькая вместе с бабушкой зачем-то туда ходила.

– Испугалась! А говоришь, что не бывает – Настя затряслась в новом приступе хохота.

– Ты чокнутая! Так и с ума свести можно!

– Расслабься. Скоро придём.

Клуб располагался в центре села. В его стенах уже вовсю гремела музыка, на крыльце курила весёлая компания подростков. Около крыльца притулились несколько мотоциклов и потрёпанный «Жигуль». Девушки вошли внутрь, да, до ночного клуба ему далеко, но посетителей это мало волновало. Всё, что им было нужно, тут было в избытке: и громкая музыка, и немного свободного места на полу, и весёлая компания. Многие были пьяными. Настя уже болтала с каким-то парнем в камуфляже, но и Инга не осталась без внимания. Парень, назвавшийся Серёгой, производил впечатление типичного деревенского подростка, испорченного куревом и алкоголем, от него разило тем и другим. Слушая его пьяный бред и наблюдая уродливые кривляния под музыку, Инга мысленно материла Настьку. А руки Серёги, упорно пытавшиеся забраться под кофточку, окончательно взбесили Ингу, она оттолкнула парня и выскочила на крыльцо.

– Чёрт! И зачем я сюда припёрлась?! Сейчас может мама звонит, – она вспомнила, что оставила телефон дома.

Из клуба вышла Настя, правда, уже с другим парнем в тёмно-синем джинсовом костюме. Девушка, повиснув на шее кавалера, держалась раскованно, весь её вид говорил:

– А мне здесь нравится.

– Настя, я пойду домой.

– Ты что, подруга?! Расслабон только начался. Тут клёво.

– Нет, я пойду. Да и мама может позвонить.

Настя освободила захват и встала у неё на пути.

– Никуда ты не пойдёшь. Мы оттянемся до упора, а Денис нас после отвезёт. Правда, Ден? – Настя в упор посмотрела на своего приятеля, тот довольно кивнул в ответ.

Инга осталась. Похоже, Настю угостили, и изрядно, она уже прилично шаталась. Денис куда-то исчез, зато появился Костя, который только и делал, что бегал курить на крыльцо. Настя же сидела на скамейке в клубе и смотрела на происходящее мутными глазами. Наконец, и Костя сгинул. Объявили о скором закрытии клуба. Инга вывела Настю на крыльцо. Вид её подруга имела неважный, но была более-менее вменяемой.

– Пойдём домой, – сказала Инга.

Настя теперь уже не возражала, только махнула рукой в сторону деревни. Кавалеры разбежались быстро, но Инга не поехала бы с ними ни за какие деньги, трезвых среди них и сначала не было, а после дискотеки тем более. Настя, пошатываясь, сошла с крыльца, её стошнило, Инга подхватила подругу под руку и повела её домой.

Глава 5

Стемнело. Махровое черничное небо затянуло тучами. Дорогу совершенно скрыла мгла, идти пришлось на ощупь. Настя немного пришла в себя и пересказывала Инге сказки, которые услышала от своих многочисленных кавалеров. Инга её не слушала. Она думала только о том, как добраться до дома. Дошли до кладбища. Настя оживилась.