"Фантастика 2023-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Алферов Всеволод - Страница 371

– Не волнуйся, – ответила Энвинуатаре, не оборачиваясь, – его не видно со стороны.

– Поводов для беспокойства действительно нет, – на всякий случай заверил Треда паладин, заметив, как недоверчиво северянин поглядывает на порождение магии. – Жрецы Империи могут и не такое.

– Ты погляди, все всё могут… – привычно заворчал одноглазый воин. – И раны-то они лечат, и волшебные огни зажигают… порой мне начинает казаться, что во всей Империи только я да Вегард не умеем колдовать! – Он зло сплюнул на землю.

– А ты хотел бы научиться? – неожиданно обернулась к северянину жрица. Видимо, девушке было не по себе от сложившейся ситуации, и она заметно переживала. Когда ночью пытаешься сбросить с хвоста некроманта, а то и не одного, волей-неволей начинаешь нервничать. А разговор, как известно, – первое средство отвлечься.

– Я что, похож на полоумного? – Тред для выразительности ткнул пальцем в Кенрамионна. – Жил раньше без этих ваших заклинаний и дальше проживу!

– Бесполезно говорить с варваром о магии, – поморщилась полукровка и вновь отвернулась. – Ваш народ всегда славился упрямством.

– Если уж на то пошло, девочка, то наш народ славится не только упрямством, но и храбростью да воинским мастерством, – с достоинством парировал «старый медведь».

– Храбрость – удел глупцов! – насмешливо фыркнула Энвинуатаре, и Вегард заметил, как нехорошо сузился глаз его товарища.

– Может быть, я и глуп, – грубо процедил сквозь зубы Тред, – но никто и никогда не посмеет назвать меня трусом!

– Каждому свое, – философски рассудила девушка и накинула капюшон, давая понять, что разговор окончен.

– Много ты понимаешь, девчонка… – прорычал северянин, сверля спину жрицы взглядом.

– Успокойся, приятель. – Вегард решил отвлечь друга от неприятных мыслей. – Какая разница, что она думает? Нам нужно просто сделать то, за что мы получили плату.

– Твоя правда, – после недолгих раздумий согласился с берсерком старый воин, – все равно спорить с бабой – гиблое дело!

Неожиданно для северян Марк согласно кивнул.

Небольшой отряд провел в пути остаток ночи, и, когда солнце уже начало свое неизбежное восхождение на небесный трон, жрица наконец решила устроить привал. Обрадованный Кенрит со вздохом облегчения свалился с коня в зеленую траву, в изобилии растущую на обочине. Он накрылся плащом с головой и приглушенным голосом попросил, чтобы его не будили столько, сколько это возможно. Пренебрежительно глядя на неподвижно лежащего де Рамиона, Тред спрыгнул на землю, с хрустом размяв плечи.

– Кто дежурит первым? – прежде всего поинтересовался он.

– В этом нет необходимости…

– Я, – коротко бросил берсерк, перебив жрицу на полуслове.

Энвинуатаре обратила на воина испепеляющий взгляд, но промолчала. Она демонстративно медленно, наступая на все сухие ветки, подошла к одному из деревьев и, привязав свою лошадь неподалеку, устроилась между высоких корней.

– Может, кто пожевать чего хочет? – не обращая внимания на девушку, спросил Тред, деловито роясь в одной из седельных сумок.

– Почему бы и нет, – пожал плечами Вегард.

Не разводя костра, мужчины поспешно поели, и Тред с Марком отправились спать, оставив берсерка наедине с незнакомым лесом, пением неприметных птиц, тихими всхрапами лошадей и собственными мыслями.

Привалившись спиной к стволу дерева и сунув в зубы длинную травинку, Вегард взглянул на небо. Теперь, когда отряд продвигался к окраинам владений Империи и покидал леса эльфов, климат начинал меняться. Несмотря на ясное небо, воздух становился холоднее, и берсерк подумал, что им не помешают теплые плащи, если они не хотят мерзнуть.

Вегард вздохнул и взглянул на спящую жрицу. После того как они провели вместе ночь, северянину показалось, что он начал испытывать к полукровке какие-то чувства. Ему хотелось защитить хрупкую девушку, столь упрямо идущую к своей цели, но в то же время он поймал себя на мысли, что не прочь пригвоздить ее мечом к стволу. Если сердце Вегарда хотело лишь тепла, то его первобытный инстинкт варвара жаждал крови. Берсерк, как ни старался разобраться, не понимал поведения Энвинуатаре, а тут еще это неприятное чувство опасности… У северных народов есть одно простое правило – если чего-то не понимаешь, то для начала разруби это клинком, а уже потом разбирайся.

Внезапно девушка широко открыла глаза и, вскрикнув, вскочила на ноги. Вегард мгновенно выхватил оружие и, пригнувшись, начал озираться, словно дикий зверь. Спустя пару мгновений к нему присоединились Тред с Марком. Не заметив ничего пугающего, мужчины вопросительно посмотрели на бледную Энвинуатаре.

– Ничего… – Дыхание у девушки было частым и прерывистым. – Просто приснился кошмар. – Она выдавила из себя виноватую улыбку. – Простите.

Марк обеспокоенно взглянул на Вегарда, но берсерк лишь пожал плечами. Прежде чем снова лечь спать, паладин еще раз огляделся, но, не заметив ничего подозрительного, вновь закутался в свой плащ.

– Мало того, что всю ночь гнала по лесу, так теперь еще и спать не дает… – раздраженно прорычал Тред. Он развернулся на пятках и с ненавистью взглянул на мирно посапывающего Кенрита. – Так и хочется пнуть, – честно признался он берсерку.

– Ну так и пни, если очень хочется. – Вегард убрал оружие и вновь уселся на свое место.

– Воплей небось на весь лес будет, даже в крепости услышат. – Старый воин скривил рот. – Пойду лучше еще посплю, если не помешают… – С этими словами он улегся на свой плащ и, ласково обняв тяжелую секиру, закрыл глаза.

Вегард представил, как рассвирепевший Тред бьет ногами плачущего Кенрита, и улыбнулся своим мыслям. Когда он опять посмотрел на Энвинуатаре, то сразу же встретился с ней взглядом. Испуганные золотистые глаза с мольбой смотрели на него, и молодой воин, сжалившись над девушкой, подвинулся, освобождая место на своем плаще. Полукровка, благодарно кивнув, перебралась поближе к Вегарду и, прижавшись к нему теплым боком, вскоре уснула. Хотя девушка больше не просыпалась с криками, сон ее все же нельзя было назвать спокойным. Она то и дело тихо всхлипывала и вздрагивала всем телом.

Берсерк не знал, сколько времени прошло, когда открывший глаз Тред молча встал со своего плаща и, отряхнув его, набросил на плечи.

– Спи, теперь мой черед, – одними губами прошептал он другу.

Молча кивнув и поправив сползший с Энвинуатаре плащ, Вегард закрыл глаза. Только теперь молодой воин понял, что ему очень хочется спать. Сквозь сомкнутые веки берсерк не мог видеть, как обеспокоенное выражение покинуло лицо спящей девушки, и губы ее тронула хищная, зловещая улыбка.

День для молодого воина начался с беспощадных солнечных лучей, которые, пробившись сквозь густую листву, бесцеремонно падали на его лицо. Стоило Вегарду открыть глаза, как он сразу же наткнулся на колючий, полный злобы и негодования взгляд Кенрита. Де Рамион сидел прямо напротив молодого воина и поглаживал кинжал, который сжимал в правой руке. Страшные взгляды и обнаженное оружие никогда не были тем, что могло испугать берсерка, а не самое приятное пробуждение пагубно сказалось на его настроении. Вегард как раз собирался встать и с предельной жесткостью объяснить де Рамиону, что неприлично так откровенно пялиться на спящих людей, когда кто-то легонько дернул его за руку. Недовольно покосившись в сторону, берсерк обнаружил, что Энвинуатаре до сих пор спит рядом с ним, сжимая между пальцев краешек плаща, в котором во время сна запуталась рука воина. Полукровка сладко потянулась и, приобняв Вегарда, открыла заспанные глаза.

– Ничего не хочешь объяснить?! – сквозь зубы поинтересовался у жрицы Кенрит.

– С чего бы? – невинно ответила вопросом на вопрос девушка. Она еще не совсем пришла в себя ото сна, но ее взгляд уже успел приобрести былую холодность.

– Но мы же… я же… – Де Рамион удивленно захлопал глазами, и пальцы на рукояти кинжала заметно задрожали.

– Послушай. – Энвинуатаре едва заметно погладила Вегарда по ноге и, решительно встав, подошла к Кенриту. – У меня нет времени щадить твои щенячьи чувства и играть с тобой во влюбленных. Ты сам вызвался идти со мной, так что или смирись, или проваливай! – В голосе жрицы проскользнули гневные нотки. Вегарду даже показалось, что девушка сейчас поразит незадачливого толстяка каким-нибудь заклинанием, но ничего подобного, к его разочарованию, не произошло.