Лёд Апокалипсиса 2 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 44

— Мы не успеем, — громогласно и с показным равнодушием выдал один из «стареньких» бойцов, чьего имени я не знал.

— Знаю, — с неестественной радостью ответил Кипп и втянул ноздрями воздух. А потом, что было неожиданно для его тупой рожи, продолжил.

— Скорость движения тропического циклона интенсивного типа может достигать трехсот километров в час, при этом охватывая тропосферу на всю глубину, он способен создавать области низкого давления, буквально высасывая каждую щель. И если расстояние до горизонта с возвышенности будет двенадцать километров, то при скорости триста, он проделает пять километров за минуту, а видимые нам с возвышенности двенадцать за две минуты и двадцать четыре секунды. Но нам нужно дождаться старшего. Всё понятно?

Смысл его заумных слов неторопливо дошёл до остальных и на их лицах отобразилась паника. Надеюсь, у меня не слишком ошарашенная рожа, потому что Кипп стал с ощущением превосходства смотреть по очереди на каждого. Удовлетворившись увиденным, он достал карту и нахмурил брови, что-то про себя прошептав.

Наверное, его расчёт строился на том, что к востоку от города не тропический циклон. Откуда бы ему взяться в северных широтах, ещё и зимой? С другой стороны, кто поручится что теперь «норма»? И какова скорость этого природного чуда? Или Киппу просто плевать на нас и на самого себя. Пофигизм как форма религии. Уважаю. Впрочем, через восемь минут (на всякий случай, я засёк), основная группа показалась из-за изгиба местности и Зюйд, слегка теряя солидность, бежал к нам. Следом поспевал Морран.

Они втроем чуть отделились от толпы. Я пока прикинул визуальную толщину природного счастья, который неукротимо приближался (толщина уже с два слегка отмороженных пальца) осознал, что пацаны мои в плен не попали. Другое дело что я таки попал. Бляха. А как они уйдут из строймаркета, попадут в ту же бурю? Откуда она вообще взялась? Два раза бляха.

Бессовестно подслушивая (при этом насупив брови, пялился вдаль, чтобы не «палиться») выудил из бормотания их, что-то про «запасную» и «отмороженных с авиагородка». Стесняюсь спросить, Лорды кого-то считают более конченными чем являются сами?

Скомандовали вперёд. К этому времени толпа пленников, со слезящимися красными от марша глазами, догнала нас и, не отдохнув ни секунды, пинками и окриками была направлена куда-то влево.

Минута за минутой. Ощутимо поднялся ветер, крепкие окаменевшие снежинки как своеобразный скраб, пытались шлифануть морду лица, одновременно вымораживая уставшее тело. Не представляю, как себя чувствуем масса пленников, которые большую часть катаклизма просидели в подвале магазина.

Остановились возле крепкого, дореволюционной постройки угловатого дома со следами пожара, который внезапно торчал среди снегов совершенно незанесенным. Арочные ворота, собранные из потемневшего от времени дерева и кованный решетки, снабженные встроенным замком, который, впрочем, никто не стал открывать.

В полусотне метров высилась совершенно разрушенная, как из игр про сталкера, наклонная промышленная конструкция, у которой были выбиты все окна. Неплохой ориентир на местности, но ценности не представляет даже на вид.

Кипп заглянул в темный провал бокового окна, узкого, похожего на бойницу, что-то пробормотал, после чего ворота неожиданно беззвучно распахнулись.

Я чувствовал некоторую усталость, плюс бессонная ночь, но адреналин делал своё дело, на ногах стоял. Наша вспомогательная пятерка, под присмотром неестественно веселого Киппа молча ждала пока втянется цепочка основной группы. Я старался не думать, что они, как и я, попали в плен, в рабство. Сейчас главари загоняли их в какое-то условно безопасное место.

В какой-то момент ветер стих, снежинки из воздуха тоже исчезли, отчего стало жутко. На поверхности остался только Кипп и я. Из зева старомодных дверей с кованными чуть ржавыми полосами на нас недовольно смотрел невысокий коренастый боец.

— Чего не заходишь? — растянул Кипп, мечтательно улыбаясь и запрокидывая голову.

— Команды не было, — нейтрально ответил я, помня, что моя шкура, метафорически говоря, висит на тонкой струне прямо над бушующим пламенем и каждому пидорасу в окрестностях ничего не стоит эту струну рассечь. Не в моем положении ёрзать.

— Как там тебя… Нежить. Хочешь остаться, посмотреть в глаза разгневанному богу?

— Да, господин Кипп. Честно говоря, любопытно.

— А ты смелый, — равнодушно продолжил он, потом гаркнул в направлении двери. — Кибальчиш!

— Я Карабаш, — зло каркнули оттуда.

— Извини, спутал. Мы останемся позырить. Айда с нами.

Боец в двери проворчал что-то, вроде что оставит нам дверь открытой, и исчез внутри. Вероятно, это можно расценивать за отказ. За зданием был холм или скорее снежная гряда, куда, вероятно, вели туннели. А мы полезли вверх. Снег местами прочный, окаменевший, местами мягкий, рассыпчатый, более светлый, куда проваливалась нога. Но отсутствие ветра в рожу здорово облегчало подъем.

— Динамическое чудо света, — пробормотал слишком уж умным голосом Кипп, после чего задрал голову и проорал. — Оооооооодин!!! Я взываю к тебе!!!

Стена. Белая, живая, вяло пульсирующая стена. Высотой до самого космоса. Она приближалась невыразимо медленно, величественно и неотвратимо. Хладнокровный трезвый мозг возразил самому себе, что оценка скорости ошибочна из-за невозможности оценить габариты грозового фронта.

Она пришла, мать всех бурь. Временное, по ощущениям на полторы минуты, исчезновение ветра, это и было то самое — затишье перед бурей, которое встречается в разговорах, но видится мной впервые.

И этот раз, кстати, имеет хороший шанс стать заодно и последним.

Уж не знаю, Один ли, или ещё какая личность, но стихия ответила Киппу. В это невозможно было поверить, но внутри бури прошлась череда молний.

Глава 18

Химик

Всемогущий Бог. Разгневанная природа, воплощенная в триллион снежинок. Азартная армада, разогнанная до невероятных скоростей, чтобы как маленькие злые пули, пробить все, что посмеет встать на их пути. Вот что выстроилось стеной от поверхности сугробов и до самих звезд. Грёбанная стихия.

В какой-то момент я моргнул и попытался вспомнить, что знаю про «самум». На память пришли только кадры из фильма Дюна, где похожий писец отыгрывали песчинки.

Но, не считаясь с моими мыслями, для начала эта ударная волна хлестнула по ушам, после чего повалили на спину, и даже попыталась стащить с пригорка. Кашлянув от забившихся в ноздри снежинок, завалился на бок, сгруппировался, щуря глаза, достал из внутреннего кармана антибликовые очки лыжника.

Подняв глаза, увидел, что Кипп не только не упал, он стоит, раскинув руки, чуть покачиваясь, и, кажется, во всю глотку волоёбит. Несмотря на то, что до него меньше двух метров, звук тонул в гуле от движения легионов снега и ревущего ветра. Если рядом откроет пасть гигантский торнадо, замечу только когда оно сожрёт меня.

Пару вздохов. Теперь, когда глаза защищены, сердце чуть замедлило свой ритм, а мозг немного успокоился. Мир стал плотным, белым и, несмотря на это, тёмным. Видимость упала до нескольких метров.

Попытался встать. Со второй попытки это удалось. Не хватало моего топора, который привык использовать как опорный посох. Нос забит, кожу на щеках не чувствую, рот прикрываю левой рукой. Хитро прищурив глаз, отчего ещё больше успокоился, прикинул, что мой тесак не искали и, как следствие — не отобрали. Пистолет тоже есть… Ладно. Можно прыгнуть вперёд и ударить Киппа в спину ножом, да поглубже. И сразу же отскочить, потому что он не похож на человека, который станет трагически умирать, скорее полноценно ответит со всей звериной прытью. Ладно, а что это мне даст? Минус один член дворянского собрания Палаты Лордов? Нет, проблемы надо решать масштабнее, это всё детский сад, штаны на лямках.