"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 91

- Бор, а на востоке точно нет васаров, не всех же вы убрали на дорогах, могли еще остаться, а сейчас столько времени прошло – их дети подросли, и они уже воины, - вечерами мы устраивали мозговые штурмы, от которых устали все, кроме меня. Мне казалось, что мы что-то упускаем из виду, что-то, что находится на поверхности, ведь решение все равно есть.

- Там болота и топи, которые переходили охотники. Море врезается в берег с Востока, там наша земля сильно уходит вглубь. Берег – камни, крутые спуски, в воде много подводных камней и сильная волна – даже на лодке сложно пристать – не то что на лапахе, и уж точно – не на корабле, - он посмотрел на меня пристально. – Если перейти мост, пройти на Восток, а там снова перейти реку вброд, чтобы обойти плато, эта дорога до того же Уклама займет не меньше пятнадцати дней. И даже лошадей не возьмешь – придется брести по болотам и спускаться по камням. Нет, Сири, детей мы там не поведем.

- А Запад, скорее всего, кишит васарами. Они знают, что у нас дороги сейчас под надзором, и поэтому, не лезут, но если мы пойдем за рекой на запад, найдем спуск, перейдем реку, то как раз можем выйти на земли, которые стали считать своими.

- Да, все так, Сири.

- Все равно, Бор, должен быть какой-то выход. Должен. Хорошо, если с севера никто не придет, но что-то мне кажется, они догадались, что мы не бедствуем, судя по лошадям, одежде и оружию, если они заглянули в мешки, они увидели, что мы делаем колбасы, которых у них точно нет, что мы делаем железо лучше, чем то, из чего сделаны их наконечники для стрел. И если они кого-то пытали, о чем я даже думать боюсь, могли и рассказать все о нас.

- Будем надеяться, что они не придут до того времени, пока у нас не будет дороги по воде. Второй недостроенный лапах мы доделаем еще дней за десять – пятнадцать, и тогда, сможем уйти все.

- Но мы же не можем оставить здесь скот, все что построили и с таким трудом начали. Они просто пожгут здесь все.

- Мы не знаем – сколько времени будут стоять корабли южан, а может это вовсе не южане, Сири, - вот об этом я и не думала. Да, нельзя оставлять берег, на который могут сойти чужаки, которые как каток могут пройтись по нашим землям. Я помню, когда ты начала говорить о том, что нужно бояться не васаров, а тех, кто приходит издалека, тех, о ком, мы можем вообще не знать.

- У нас было мало времени, Бор.

- Но мы могли отправлять охотников и на север, ставить там башни, ведь всего десять дней верхом! Почему мы были так уверены в своей силе? Не ты виновата, Сири, это мы виноваты – мы стали жить лучше, мы стали сытыми и перестали смотреть трезво.

Мы перевели скот ниже, к домам, что были у рудников, заняли там все сараи, возили туда корм и сено, перевезли необходимую одежду и продукты, и сами перешли жить в чужие дома. Мы должны быть рядом с рекой. Лишь бы вода быстрее спала, лишь бы мы успели, если увидим дым с севера. Лишь бы наши люди, которых мы оставили там, были живы. Лишь бы Драс был жив. И Сига... Я боялась просить много, поэтому, пока я молча молилась только об этих именах. Это было не честно, но об этом знала только я. 

Глава 12

Через неделю в поселке изменилось все: люди перестали громко разговаривать, все больше взглядов между делом было устремлено на север и юг. Женщины делали работу. Молча. Казалось, ничего хорошего здесь, в городке, где недавно кипела жизнь и улицы были заполнены людьми, не будет. Мы старались улыбаться детям, но не было смеха, не было искренности. И даже обычная беседа сводилась к простому обмену необходимой информацией. Я, словно, смотрела сериал, который меня угнетал, давил на меня, но я не могла выключить его.

- Дар, почему ты до сих пор не спишь, завтра нужно проснуться пораньше, - я села на край кровати, где он спал с сестрой, Ютой и мной. В доме, где мы теперь жили, было все заставлено кроватями, словно больница. Малышам такая постановка нравилась, и мы старались превращать все в игру – в интересную игру, где нужно пожить всем вместе и научиться новым словам, нарисовать много рисунков и слепить из соленого теста разных зверей.

Дети постарше – ровесники Дара, понимали все, и старались выполнять мужскую работу, и женщины следили за тем, чтобы мальчики не увлекались. Мы боялись, что они организуют спасательную операцию, и сбегут. Поэтому, мы дежурили ночами, постоянно смотрели в сторону моста, прислушивались к их разговорам.

- Мама, мы с тобой могли остаться там и помочь им, а мы сбежали как трусы, - он не смотрел мне в глаза, и все это время старался не говорить со мной.

- Дар, если ты не веришь мне, помнишь, я остановилась, а Юта сказала, что им без нас не уйти. Отец был бы очень зол, что мы оставили Юту и Дарью без защиты, - я гладила его по плечу, но он скидывал мою руку.

- Вы это придумали с ней, чтобы я не остался, а я уже не маленький ребенок, я умею стрелять из лука, я могу драться! – он сел, и шепотом кричал на меня, в его глазах стояли слезы.

- Скоро придет помощь из Сориса, и несколько дружин отправятся туда. Их найдут и вызволят, сынок, прошу тебя, мне сейчас нужна твоя помощь. Ты видишь, как все вокруг изменились – все боятся, и если мы с тобой сейчас не будем сильными, то кто будет?

- Ты вернула людей из-за Большого моря, ты же здесь почти главная! Я думал, что ты воин, мама, а ты трусишь, и меня заставляешь быть трусом. Ты слышала, как кричала Оми, ты видела, как ранили Сигу? И мы оставили их там одних! – он отвернулся от меня, и завернулся в одеяло.

Юта встала, высвободив руку, на которой спала Дарья и мотнула мне головой в сторону двери.

- Сири, прошу тебя, не реагируй сейчас на его слова, не обращай внимания на людей – что бы ты ни сделала для них – им будет мало, тёооотушка, - она гладила меня по руке. Юта, будто, умела читать мысли, как там, в лесу, когда я хотела пересадить к ней Дара и развернуться. Она нашла причину увести меня. Сейчас она делала то же самое.

Я считала себя самостоятельной и трезвомыслящей, мне скоро второй раз будет сорок лет, но сейчас я не могла смотреть на все объективно, и боялась, что совершу ошибку.

Утром мы кормили детей, выводили на улицу, чтобы они поиграли на солнце – снег уже просел, стал тяжелым, а на западных склонах появились проталины. Лед проплывал по реке все реже и реже. Ущелье теперь было полностью занято стремительным потоком. С гор под снегом уже текли ручьи. Если нам дадут еще неделю, мы спустимся по реке до Уклама. Детей отсюда нужно вывести точно.

Ближе к вечеру я съездила к нашему дому и увидела там свежие следы – снег отрясали на крыльце, и он подтаял на солнце. Дар? Зачем он был здесь, это далеко от домов, где мы живем. Следов лошади не было. Но он просто не мог успеть быстро вернуться к реке. Сердце забилось как воробей.

Я прошла в дом и посмотрела – куда вели мокрые следы – сын не разулся, потому что в доме холодно. Топим дома сейчас раз в два дня, чтобы они не были пустыми и нежилыми. Когда я с Даром приезжала протопить очаг, я, будто возвращалась в прошлое – на спинке кровати висел свитер Драса, который все еще хранил его запах, стояли вокруг кровати домики дочки.

На кровати Дара были раскиданы вещи. Не было его рюкзака, что лежал вместе с рюкзаком сестры с момента, когда мы вернулись с ними. Я услышала, как кровь застучала в голове. Сколько времени прошло, как его потеряли из виду?

- Юта, Юта, - я кричала, выбегая из дома, и оглядываясь – Юта со мной поехала сегодня, но заходить не стала, она нагребала овес в мешки в сарае.

- Что случилось, Сири, - она выбежала, бросив всё.

- Дар был дома, был сегодня – вот следы. Он собрал рюкзак. Гони к дому, где живем, я поехала за мост.

- Сири, я сейчас узнаю – все ли лошади на месте. Не горячись, прошу.

- Я не могу ждать. Мы не знаем – когда он ушел, у нас нет времени, Юта.

- Сири, осторожнее, отправь ребят с моста, и возвращайся, слышишь меня?

- Прошу тебя, не выпускай из вида Дарину, - мне казалось, что все, кого я люблю, утекают сквозь пальцы, словно песок. Не они меня, а я их теряю. Боже, если ты меня слышишь, он ребенок, прошу тебя, пусть сейчас окажется, что он не проезжал мост.