Александра (СИ) - Ростов Олег - Страница 248

— Как это? Колдовство?

— Нет. Здесь что-то другое. Эти руны особо сильно у нас с Еленой проявились, когда погибла моя мама и бабушка. А потом погиб мой отец и мой муж. Первый муж. После они пропали. И сейчас опять появились. Незадолго перед тем, как ландсгерры предложили мне корону Ливонии. И ещё. Когда мне было 13 лет, я как-то играла вот этим кольцом. Отец тогда смотрел на меня и улыбался. Я спросила его, папа, что это за кольцо? На что он ответил мне странными словами. Дословно они звучали так: «Кровь древних королей проснётся, когда дочь наденет кольцо власти и вернёт корону». Я тогда не поняла его. Подумала, что речь идёт о короне римских цезарей. Переспросила его. Он ответил, что таково древнее пророчество. И что, когда придёт время, я узнаю об этом.

— Кровь древних королей проснётся, когда дочь наденет кольцо власти и вернёт корону… — Повторил задумчиво Василий. Как-то странно посмотрел на меня. — Саша, почему именно дочь, а не сын?

— Я не знаю, Василий. Но могу предположить. Это может объяснить почему древние руны наносили только девочкам, а не мальчикам.

— Почему?

— Понимаешь, Дуки получили кровь Нибелунгов через дочь Зигфрида Боудику. Из всех детей, согласно этому свитку выжили только двое, сын и дочь, причём они были двойней или близнецами, это уже не важно. Они выжили и их, судя по всему, легионеры сумели привести в Рим. Кто именно из этих детей продолжил династию Дука, не ясно, может Марк Септимий Дука-младший или Олимпия Дука. Но она продолжилась. Дуки выжили во всех тех кровавых события, что сопровождались падением Великого Рима. И не только выжили, но и сами стали императорами. Комнины получили кровь Нибелунгов тоже от женщины, от Ирины Дукини. Понимаешь? То есть, кровь передавалась по женской линии. И она как бы спала в женщинах, сначала династии Дука, а потом династии Комниных.

— Я тебя понял. Как только ты наденешь вот это кольцо и тебе возложат корону Ливонии, и ты станешь королевой потомкам тех древних германцев, эта кровь пробудится.

— Да. Я думаю, что с этого момента кровь Нибелунгов получат и мальчики. То есть, мои и Елены сыновья.

— И Вячеслав с Андреем?

— Возможно. А возможно только те сыновья и дочери, которые будут рождены после пробуждения. Я не знаю, Василий.

Великий Князь походил по комнате задумавшись, всё время бросая на меня странные взгляды. Я даже нервничать начала, уж не спалилась ли и не разгадал ли он мои махинации. Но вот он улыбнулся. Остановился и смотрел на меня открыто.

— Александра, а ведь ты настоящее сокровище. И я благодарен Господу, что ты появилась здесь. Значит кровь Нибелунгов! А ведь для всех этих германцев это очень серьёзно. Твое право на корону становится неоспоримым. Даже папа ничего сделать не сможет. А попытается тебя как-то ущемить или принизить, вызовет возмущение и ярость половины Европы, если не больше. особенно среди германских князей. Даже Максимилиана могут проигнорировать. Какой интересный поворот. — Она подошёл ко мне, взял меня за плечи. Смотрел мне в глаза. — Обещай мне, что станешь моей женой. Что будешь детей рожать только от меня.

— Я же тебе уже пообещала. Хочешь ещё раз скажу это? Даже поклянусь тебе в этом? — Я вытащила нательный крест и поцеловала его. — Запомни, Василий, ни один мужчина не коснётся моего тела, кроме тебя.

Он притянул меня к себе и поцеловал. Я ответила, обняла его за шею. Стояли с ним и целовались. Отстранившись, наконец, от моих губ, князь проговорил:

— Надо Митрополиту сказать. А то упрётся ещё.

Митрополит, выслушав, долго молчал. Потом повелел:

— Александра, покажи знаки.

— Владыко, мне что, заголятся?

— Что-то ты Владыко лишку дал! Что значит покажи⁈ — Недовольно высказался Василий. — Знаки у неё на спине.

— А ты, Государь, уже видел, получается?

— Я не видел. Александра мне сказала.

— А если это дьявольские знаки?

— Не дьявольские. Если бы были дьявольские, разве могла бы Царевна святые реликвии, не то, что держать, но и даже прикасаться к ним? И в храм божий не смогла бы зайти. — Продолжал возражать Великий Князь. — Сколько она раз причащалась?

— Владыко, вот эти руны. — Я показала ему на свиток. — Они в тексте указаны.

Объяснила ему значение рун, как объясняла до этого Василию. В конце концов, убедили Владыку, что ничего страшного руны не несут. И что заголятся мне перед, пусть и духовником, но всё же мужчиной не надо. Особенно был этому доволен Василий. Всё же он довольно болезненно воспринимал любые поползновения в мою сторону со стороны других мужчин, пусть и даже стариканов, и священников. И вот приём самого посольства.

— Царевна Александра. Покажи то, что долго скрывала твоя семья.

Ливонцы недоумённо посмотрели на меня. Как, впрочем, и бояре. Спокойными оставались только Василий и Митрополит. Я посмотрела на Владыку. Он кивнул мне.

— Покажи, дщерь наша.

Я взяла из рук Елены небольшой ларец. Открыла его и вытащила пергамент, завёрнутый в шёлковую ткань пурпурного цвета.

— Ландмаршал, подойдите ко мне. — Он подошёл. Я развернула ткань на его глазах и протянула ему свиток. — Возьмите. Надеюсь, что латынь Вы, ландмаршал, знаете. Свиток написал в 165 году от Рождества Христова или в 907 году от основания Рима, префект девятого испанского легиона Римской империи Гней Антоний Пилум. Возьмите, только аккуратно. Ему всё-таки больше тысячи лет. Это наша семейная реликвия. Часть нашей родословной. Читайте. Можете вслух, чтобы слышали все. Этот свиток хранился в моей семье сотни лет. И никогда никому не показывали его. Он передавался по наследству.

Ландмаршал начал читать. Читал по латыни, вслух. Многие её знали. А кто не знал, тому тихо объясняли. В Грановитой палате стояла тишина. Слышался только голос ландмаршала. Закончив читать, он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Нибелунги не легенда?

— Нет. Они жили в реальности. Больше тысячи трёхсот лет назад. И были древней германской династией королей, по-римски рексов.

— Подожди, Принцесса, но легенда гласит, что дочь Зигфрида звалась не Боудика, а Аслауг, которая стала женой Рагнара Лодброка.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, ландмаршал. Рагнар Лодброк, жил спустя семьсот лет после описываемых событий. И стать мужем дочери Зигфрида и Брунхильды никак не мог. Аслаунг была дочерью другого Зигфрида, который к Нибелунгам никакого отношения не имел, так как к этому времени никого из Нибелунгов уже в живых не было, кроме представителей династии Дуков, получившим кровь этой древней германской династии через Боудику в её потомках.

— Принцесса, опять же согласно легенде Брунхильда не была женой Зигфрида. Она была женой другого человека. Хотя Зигфрид и прошёл испытания, которые она назначила своему будущему мужу. Но Зигфрид выдал вместо себя своего…

— Ландмаршал. Это всего лишь легенда. Которая ничего общего с реальностью не имела. Перед тобой документ. Отчёт префекта девятого легиона о том, что происходило. Это не легенда или сказки. Да, то что Брунхильда узнав об обмане приказала убить Зигфрида, красивая история, достойная куртуазного романа. Но я повторюсь, это всего лишь легенда, сказка, то есть то, чего никогда не было. Но легенда и то, что было в реальности сходятся в одном. Брунхильда была воинственной королевой. В этом они сходятся. Реальная Брунхильда была не только воинственной, но и настоящей, не только женой, а соратницей и боевой подругой своему супругу.

— Хорошо, Принцесса Александра. Но в свитке речь идёт о Дуках. Но ты и твоя сестра не Дукини. Вы Комнины.

Я улыбалась, глядя на ландмаршала.

— И здесь ты тоже ошибся, ландмаршал. Всё дело в том, что Комнины породнились с Дуками. Мой предок, Алексей Первый Комнин взял в жёны внучатую племянницу Константина Десятого Дука, Ирину Дукиню. И в браке Августа Ирина подарила мужу довольно многочисленное потомство. Если мне не изменяет память девять или десять детей, из них половина девочек и половина мальчиков. В последствии Комнины даже писали свою фамилию, как двойную Комнины-Дуки. Как бы подчёркивая, что они принадлежат двух имперским династиям. Это общеизвестный факт. Пожалуйста, ландмаршал, спросите это у учёных мужей, которые изучали историю Византийской империи и её императорских династий. Вам это любой учёный муж подтвердит. Как раз в этом никакого секрета нет.