Беспредельная Римская Империя. Пик расцвета и захват мира - Анджела Альберто - Страница 78

Вернемся к нашим зеленщикам. В Тарраконе, где рынок процветает, тем не менее иногда встречаются подобные разделенные монеты, прибывающие сюда из отдаленных земель, и торговцы стараются избавиться от них при первой же возможности. Что и проделала дама на наших глазах.

Покупатель получает сдачу и удаляется, поигрывая только что приобретенным яблоком, как жонглер — мячиком.

Этот мужчина — помощник гаруспика, священнослужителя, чья работа заключается в толковании Божественных посланий, скажем, с помощью исследования внутренностей жертвенных животных. Его уже ждет колесница. Путь их будет долгим и лежит в ту часть империи, что в наше время называется Провансом, на юг Франции.

Прованс

Нападение на дилижанс

Прибытие в Прованс

Гаруспик с помощником двигаются дальше на своей колеснице. Им предстоит неблизкий путь — другой предсказатель ждет их в Вазио-Воконтиоруме (современный Везон-ла-Ромен).[110] Так называется центр (будущего) Прованса. Там собираются построить грандиозный храм. Перед началом строительства жертвы гаруспиков имеют первостепенную важность.

Город Арелат (современный Арль) — один из пунктов маршрута. По прибытии сюда оба странника видят необычную картину. Через широкую реку Рону в черте города переброшен длинный мост, но сейчас переход пешеходов по нему прекращен: по воде движется торговое судно и мост поднят… Сцена напоминает кинокадры, где сотни машин скопились и ждут, пока сомкнется разведенный мост, пропускающий речной транспорт. Здесь чувствуется то же настроение: очередь повозок и спешившихся людей ожидает завершения операции.

Каким же образом действует разводной мост в римскую эпоху? Его ближайшая к берегу часть сложена из камня, а затем следует деревянный отрезок, который покоится на лодках (чьи носовые части расположены вдоль по течению). В точке сочленения двух сегментов высится добротная каменная арка. Но не для красоты. Ее роль идентична воротам в средневековом замке с висячим мостом. Благодаря цепям, протянутым от двух пилонов арки, можно постепенно поднимать кусок деревянного моста длиною 10 метров — достаточный для прохода пассажирского судна.

Конструкция на самом деле состоит из двух таких мостов, расположенных по противоположным берегам реки, — поэтому на воде могут разойтись одновременно два корабля, не создавая заторов. Кроме того, судна проходят близко к берегу, так как течение здесь слабее и им, вероятно, легче маневрировать. Пока корабль медленно проплывает, кто-то замечает гаруспика и благоговейно приветствует его, а остальные даже осмеливаются осведомиться о будущем, спросить совета, рассказывают предсказателю о фактах из жизни и просят растолковать их. Для прорицателя это настоящий ад. С ним везде происходит одно и то же — окружающие не хотят оставить в покое, как случается сегодня с поп-звездами…

Помощник ударом плети разгоняет это небольшое сборище: мост снова сомкнулся и движение людей и транспорта возобновляется.

Ночевка окончена, путешествие продолжается. Миновав несколько промежуточных пунктов, колесница наконец прибывает в город. Наш сестерций тоже там.

На одной из улочек Вазио монета меняет хозяина во время покупки жертвенного животного. Гаруспику необходимо спросить совета богов, и его помощник, в конце концов, желает проглотить добрую порцию мяса…

Таким образом, сестерций попадает в руки продавца, но тот сразу сдает его своему хозяину, городскому богатею. Этот человек недавно занялся большой политикой и выиграл выборы…

Новая пара власть имущих

Нет ничего лучше лепешки с медом, смоченной в молоке, в качестве энергетической подзарядки в начале дня. А уж если к ней добавить кусок разогретого мяса со вчерашнего пира и стакан вина… Завтрак древнеримского путешественника перед дальней дорогой всегда проходит под знаком максимальной «загрузки» калориями. В том числе потому, что по дороге он вряд ли сможет как следует подкрепиться до наступления вечера.

И к тому же… вдруг что-то пойдет не так и сломается колесница — уж тогда пищи не видать до следующего дня. Поэтому всегда следует плотно поесть и даже взять с собой что-нибудь про запас (немного сыра, хлеб и пр.).

Итак, наш сестерций теперь лежит в кармане важного чиновника, недавно избранного на государственный пост. Вместе с супругой он должен ехать на открытие большого акведука, снова запущенного после окончания срочных профилактических работ. Для этого публичного персонажа любое важное событие — предлог, чтобы показаться на людях. Дорога обещает быть долгой, но вполне комфортной. Супругов ждет отличная повозка.

Двое проходят под крытыми галереями Вазио-Воконтиорума. В отличие от виденных ранее в странствиях по империи, эти поднимаются в гору, что необычно. У них даже имеются ступеньки. Но здесь нельзя устроиться иначе: город расположен в гористой местности. Действительно, мы находимся к востоку от реки Роны, там, где начинаются первые возвышенности, в дальнейшем перерастающие в Альпы.

В наше время данная область империи является частью Прованса, привлекая миллионы туристов своим мягким климатом и богатейшими остатками римской античности в таких городах, как Арль, Ним, Оранж, а также великолепным акведуком, так называемым Гарским мостом.[111]

И конечно, стоит включить в поездку Вазио-Воконтиорум.

Этот город совсем не был малочисленным. Напротив, на площади 70 гектаров проживало 10 тысяч человек, а некоторые дома были площадью 2700 квадратных метров! Явный знак процветания и достатка. Владелец одного из этих гигантских домов, площадью свыше 2000 квадратных метров, — Квинт Домиций (расколотое надгробие, обнаруженное в его жилище, с посвятительной надписью «Аполлону в лавровом венце» не позволяет нам узнать его полное имя). Теперь он владелец нашего сестерция.

Под портиками прокатывается эхом смех прохожих, смешиваясь с топотом сандалий. Супруги, беседуя, становятся свидетелями множества сценок повседневной жизни: рядом с несколькими пустыми корзинами парочка детей играет на земле в бабки, а за ними наблюдает пестрый щенок, виляя хвостом. Мимо проходит мужчина с двумя ведрами воды, а какая-то женщина покидает лавку зеленщика с полными авоськами. Многие жители Вазио сохранили черты кельтских народов — воконтов, населявших эти земли. Черты их лиц грубы и выдают скорее крестьянский образ жизни, нежели склонность к городским развлечениям. Нашу пару все приветствуют, демонстрируя уважение. Завернув за лавку зеленщика, Квинт Домиций с женой наконец добираются до места, где их ждет колесница.

В колеснице…

Мы поражены тем, что эта колесница ничем не отличается от дилижансов пионеров, которые мы привыкли видеть в фильмах-вестернах… У нее квадратная «кабинка» с большими окнами и четыре крупных колеса. Единственное различие заключается в том, что вход находится сзади. Возок обильно украшен росписями и серебряными чеканными пластинами. Перед нами — настоящий лимузин римской эпохи. Такой вид транспорта называется «каррука».

Один из рабов открывает дверцу, и, согласно римским обычаям, первым заходит внутрь мужчина, а за ним женщина… Они комфортно рассаживаются в салоне кареты друг напротив друга (как в купе поезда): он — на «троне», она — на удобном сиденье.

Закрыв дверцу кареты, экипаж взбирается… на крышу возка. Помимо кучера, там располагается верный слуга Квинта, занимающий середину крыши, а затем «помощник» кучера, который садится на баул спиной к остальным. Он держит своеобразный гарпун с крючкообразным навершием, вероятно, чтобы раздвигать низко растущие ветки. А может, это просто копье — неясно. Все сопровождающие повозки вооружены: во время переездов постоянно приходится защищаться от разбойников. Кучер также вооружен. Это тучный грубый мужчина с абсолютно лысой головой, в кожаных одеждах и тяжелом плаще.