Все мои... Зачем столько? (СИ) - Бондар Алена - Страница 6

Справа стоящий, был с насыщенно синими волосами. Вот он по мне прошелся откровенно раздевающим взглядом. Его можно назвать нарциссом. Смазливая внешность, такой скорее будет заботиться о себе любимом, чем об окружающих. Он явно популярен у женщин и знает, какой эффект производит его внешность. Ох, милый, спешу разочаровать у тебя вышла осечка. Он осмотрел меня с ног до макушки и немного скривился.

Моей скудной практики общения с мужчинами хватило, чтоб понять я не понравилась ему как женщина. И не больно надо. Пусть расточает свое обаяние, где-нибудь в другом месте, подальше от меня.

Глава 6. Натаниэль

Глава 6

Несколькими часами ранее...

Вот уже несколько часов к ряду, сижу над бумагами, скоро цифры мне будут мерещиться в ночных кошмарах. Нужно проверить все отчеты преподавателей, не то, чтоб я им не доверяю, но приучен все проверять сам. Эта черта характера помогла мне избежать многих проблем. Нужно снова перетасовывать группы и занятия. Провожу рукой по лицу, как я устал.

У меня есть четкое видение, как должны учиться курсанты военной академии и чего они точно не должны себе позволять. Но кто я такой, чтоб ко мне прислушиваться. Всего лишь ректор академии. Уважение в обществе отец потерял после того, как начал заботится о покинутых мальчиках.

Он считает, что все имеют право на образование и место под солнцем. Может им не достанутся престижные должности в будущем, но эти дети смогут честно заработать себе на жизнь. Они были никому не нужны. Отвергнутые родителями или с бедных семей.

Что эти парни видели от властей, какую поддержку получали?

Смешную, их отлавливают на улице и запихивают в приюты, там нет образования. Их обучают грамоте и счетоводству и все. С этими знаниями практически невозможно, получить оплачиваемую должность. Всем наплевать. Они смотрят на статистику, а она удручающая. После таких приютов, мальчики выходят на улицу и становятся преступниками, а как иначе.

Уважаемые лорды не хотят слушать отца, они боятся за свою репутацию, не хотели прогневать императора, очередным предложением. Мой отец осмелился и несмотря на то, что мы были далеко не самая отдаленная семья в родословной от правящей династии и достаточно зажиточная, его стали сторониться.

Единственное, что мог отец в этой ситуации это забирать мальчиков и обучать у себя в приюте. С той разницей, что он дает детям гораздо больше образования и навыков, они впоследствии могут поступить в военную академию и получить билет в законопослушную, достойную жизнь.

Благодаря деньгам, что старший лорд Меркель получал от производств, с ним пришлось считаться. Ему разрешили на свой страх и риск, открыть такой приют.

Было ряд условий, что существовать он должен на его земле и финансировать свое детище, он должен из своего кармана, а за счет государственной казны. Вот с одной стороны вроде дали добро, а с другой послали подальше. Но отец не унывал, он верил, что делает благое дело. Меня он воспитал по своим принципам, я продолжил его дело.

В будущем мне предложили возглавить военную академию. Понимал, что нагрузка будет большая, но это был мой шанс, чтоб мальчики могли, без страха обучаться в ней. Так понемногу, мне шли на уступки, конечно для богатых мальчиков с большой родословной это было как пощечина.

Но я старался сделать так, чтобы они, как можно реже пересекались. Мои подопечные не давали себя в обиду, многие прожили несколько лет на улице, еще помня, голодную жизнь. Они могли за себя постоять, а вот поставить на место словами богатых и зазнавшихся юношей нет. Это могло вылиться в большие проблемы в будущем. Вот так я и разрываюсь между приютом и академией. Понимаю, что мне нужен помощник, но найти преданного человека, который сможет понять принцип общения с проблемными детьми, не могу.

Из года в год ситуация не меняется, но императорский совет решил, что мы слишком вольно живем. И вместе со мной на должность назначил Габриэля Расниля. Мы были знакомы еще со времен учебы.

Я единственный ребенок в семье, воспитанный одним отцом и по его принципам. Он третий сын, самый младший и избалованный вседозволенностью. Ему пророчили хорошее военное будущее, со связями его семьи это было очевидно. Но случилась осечка, он совершенно не подходил на эту роль. Изнеженный, не знавший отказов. Он вырос самовлюбленным зазнайкой. По его мнению все должны прислушиваться к нему только лишь потому, что он наследник богатого рода.

Что могло нас объединять?

Ничего...

Мы держим нейтралитет. Понимая, что друзьями нас не стать, слишком разные, а врагами, становится опрометчиво. За моими плечами такой же капитал, что и за его.

Скорее можно задаться вопросом, как такие два, совершенно разных человека, могут ужиться вместе на одной должности?

Никак...

Совет руководствовался наверно тем, что он заразит меня своими взглядами на жизнь или сломает веру в свое дело. Но произошла вторая осечка. Именно смотря на него, убеждался, что все делаю правильно.

Глава 7. Габриэль

Глава 7

Захожу в свои личные покои, а там меня ждет, соблазнительный сюрприз.

Растягиваю губы в похотливой улыбке, она знает, как меня отвлечь, от трудовых будней.

Моя любовница Никель в красном нечто, что нельзя назвать в полной мере пеньюаром. Он скорее подчеркивает все ее прелести, чем скрывает хоть, что-то. Фантазии разгуляться негде, но мне она и не нужна. В свое время узнал вдоль и поперек идеальное тело минары. Малышка стыдливо опускает глазки. Но мы оба знаем, что это игра. Она предполагает себя открыто, жаждет ласки.

Подхожу к кровати и смотрю на эту бестию, губу прикусила и ждет своего властелина.

Уже предвкушаю, как разложу эту чертовку, как она будет извиваться и стонать подо мной. Намеренно медленно раздеваюсь, растягиваю наше общее желание.

Она поднимает глаза на меня и смотрит с вызовом. Ну вот она и отбросила наигранную скромность, показывает, что готова ко всему, что могу ей предложить.

Когда последняя деталь гардероба летит на пол, моя кошечка облизывает губки и подается вперед. Царапает своими коготками мои грудь, покрывает поцелуями плечи. Когда ее руки опускаются на член уже в предвкушении. Мы оба знаем, чего хотим. А она также, как и я ранее, медленно играет. Когда ее губки накрывают изнывающую плоть, толкаюсь бедрами ей навстречу.

О да...

Она знает толк в таких ласках. Проводит языком по всей длине, скорее дразнит, чем ласкает. Ожидание добавляет новых оттенков в наши эмоции. Мы оба знаем, что далее все будет насыщено и страстно. Подогретые взаимным желанием, опьяненные страстью. Никель ускоряется, задает быстрый темп, как я люблю.

Погружаюсь в ее ротик и прикрываю глаза. Блаженство расползается по крови, пульс учащается. Кто сейчас властвует над кем, уже не важно. Мне не нужно смотреть, знаю, что ее шаловливые ручки уже на киске. В таком положении сложно доставлять ей удовольствие, но она отлично справляется сама. Стонет и этим добавляет вибрации по члену, подталкивая к развязке.

Знает, что позже я наверстаю. Восполню все. Вознесу ее на вершину. Я не эгоист, наравне со своим удовольствием, щедро дарю его партнерше.

Последние движения и я кончаю в ее прелестный ротик. Открыв глаза, смотрю на свою чертовку. Провожу большим пальцем по ее нижней губе, стирая остатки спермы.

Никель призывно улыбается, зная, что нас ждет долгое и страстное продолжение.

Кто я такой, чтоб разочаровывать женщину, так жаждущую моего внимания.

Освобождаю ее от ненужной тряпки, белье она предусмотрительно не одела. Умница моя.

Накрываю ее тело своим, ласки на грани грубости, поцелуи с привкусом крови. Оголенные хищники без прикрас. Начинаем древний танец, распаляя друг друга до сумасшествия. Ориентиры реальности стираются.