Я — авантюрист? (СИ) - Фисенко Кирилл - Страница 50

Виктор надолго задумался. Тем временем бурелом отступил в стороны, открывая панораму развалин города. Вдали блеснула река. Ветерок принёс зловоние. Водянов поморщился:

— Не помню, как долго разлагается плоть…

— Смотря где и когда, — сумрачно бросил Виктор, — от месяца до года может, а то и дольше…

В голосе его звучала такая горечь, что Юра переспрашивать не стал, в отличие от любопытного профессора.

— Откуда вам это известно, Виктор?

— Воевал.

— Где?

— Куда посылали. Вам это ничего не скажет, Сергей Николаевич, — отрезал командир, переключаясь на Юру. — Скоро?

— Почти пришли. Вон там, видите, деревца и трава зелёная?

Первым в темный лаз проник Гриша, за ним Виктор и лишь потом — Юра с профессором. Распрямившись, они зажгли факелы, дождались всех разведчиков. Виктор пояснил диспозицию:

— Если Юра прав, их всего шестеро, ну, восьмеро. Брать надо внезапно, они могут быть вооружены, поэтому на рожон не лезьте. Сейчас впереди идём я и Гриша, за нами ты, Юра, и несёшь факел. Профессор — предпоследним. Полнейшая тишина, поняли? Вперёд!

Они трусцой двигались по кольцевому коридору. Юра устал и задыхался, пытаясь не отставать и удивляясь энергии и выносливости этого отряда. Ему вспомнились первые дни после катастрофы, когда он точно так же страдал и удивлялся неугомонному Лёшке.

«Заставил меня делать зарядку, гонял по лестнице, все выведывал, разыскивал, проверял… Куда он пропал вместе с Лёвой? Неужели придавило в подземелье? Или эти уроды, Дон с Киром, опять подстерегли? Если вернётся, спросит, где Гарда, а они тоже пропала… Эх, как скверно получилось, когда он уходил. Я даже не попрощался… Обиделся, как дурак… Если найдётся, извинюсь… Теперь я понимаю, что такое — отвечать за других… Как страшно было смотреть на убитого…»

Юра содрогнулся, вспомнив ужасный вид тела с разрубленной головой. Он почувствовал тошноту, но из его руки вырвали факел, швырнули на пол и затоптали. Гневный шёпот Виктора привел парня в чувство:

— Ты что, ослеп и оглох? Чуть нас не выдал!

Далеко на изгибе коридора мелькал какой-то отсвет, невыразительный и слабый, как молния за горизонтом в грозовую ночь. Дождавшись всей команды, Виктор велел погасить факелы и двигаться цепочкой:

— Вдоль стены. Если кто появится — ложитесь.

Он первым двинулся вперёд, едва заметно выделяясь на фоне далёкого отсвета. Спустя десяток минут свет усилился, превратился в отблески пламени. От невидимого пока костра слышались звонкие женские и глухие, неясные, но несомненно мужские.

Продвинувшись ещё на десяток метров, Юра различил темный силуэт погрузчика, на котором они с Лёшкой возили с нижних уровней ящики и продукты.

— Пришли, — шепнул он в спину Виктору. — Это тот самый уровень, где мы были. Значит, никуда они не ушли.

— Тихо, — прошипел командир. — Стойте здесь, я проверю, сколько их и где…

Он скользящим шагом обогнул подъёмник, исчез за ним. В томительном ожидании Юра спросил Гришу:

— Он всегда такой злой, ваш Виктор?

— Злым его никто не видел, — хмыкнул высокий разведчик. — Думаю, он никогда не злится. Он справедливый.

На этом разговор кончился, потому что командир выскользнул из-за машины и жестом собрал всех. Когда команда окружила его, то услышала неожиданное:

— Идём вдоль стены, тихо, берём их по моей команде. Они обдолбаные…

Так и получилось. Парни и девушки у костра даже не обратили внимания на посторонних, которые по стеночке обошли костёр и окружили компанию. Только один, сидевший далеко в стороне, встревоженно поднял голову и попытался убежать. Гриша перехватил его, зажал рот. В этот момент Виктор скомандовал:

— Взяли!

Десяток разведчиков одновременно кинулся на четверку, которая «раскумаривалась». Высокие и мускулистые хозяева не успели сообразить, что происходит, как их скрутили. Но одна девушка завизжала, вырвалась и побежала вниз по коридору, где её тотчас схватили.

— Юра, знаешь этих?

— Да, всех. Лёва, ты-то чего к ним прибился? И где Лёша?

Сутулый паренёк, которого поймали первым, обрадовано вскрикнул:

— Юра? Это ты? А кто с тобой? Что за люди?

— Наши. Мы теперь с ними.

Виктор велел отпустить сутулого Лёву, повернул его к себе и заглянул в лицо:

— Ты сам к ним пришёл?

— Нет, они меня в плен взяли, вещи отобрали, что м с Лёшей приготовили, — зачастил парень, словно оправдываясь, — а потом заставили вниз идти, набрали лекарств и наркоту делали…

— Неважно. Сюда не приходил высокий парень по имени Герман и девушка Нина?

— Да. Она убежала, а он за ней, вон туда, — показал пальцем Лёва. — Только что…

— Обыскать помещения! — рявкнул Виктор.

Глава двадцать восьмая

Лёшка проснулся от голосов. В полумраке склада боролись худенькая девушка и высокий парень с длинными волосами.

— Чего выделываешься? Сама же со мной пошла!

— Пусти! Я тебе жизнь спасти хотела, а не ради секса! Ой! Пусти, кричать бу..

Удар в лицо заставил девушку вскрикнуть. Она закрылась руками, а соперник сильно ударил её в живот, отчего та осеклась на полуслове и согнулась от боли.

Гарда, которая пряталась за углом стеллажа и наблюдала за дракой, негромко рыкнула и спросила хозяина:

«Пора?»

«Надо осторожно, чтобы другие не набежали…»

Однако времени на проверки и реверансы не оставалось. Девушка упала, а парень ловко рванул платьице вверх и совершил то, после чего сомнений в его намерениях не осталось — сорвал трусики с жертвы. Та завизжала, насильник пережал ей горло.

— Стой!

Лёшка выкрикнул это на бегу, но Гарда опередила, с налёта ударила лапами в спину парня, который стоял на коленях, распластывая жертву по полу. Почти центнер живой массы, умноженный на скорость, сбил насильника, словно кеглю.

— Держи его! — скомандовал попаданец, подавая руку пострадавшей.

Та, хрупкая, словно подросток, всхлипывала, оправляла подол платья. Лёшка посветил фонариком, отыскал розовый лоскуток — порванные трусики, вернул девушке и повернулся к парню.

Гарда скалилась, не позволяя тому подняться. Рука, выставленная вперёд, как бы умоляла оставить его в покое, а вторая прикрывала горло. Невнятная мольба больше походила на сдавленный вопль:

— А-ва-ва-а-а…

«Хватит пугать. Не видишь, он в шоке? Отойди», — попросил напарницу Лёшка, а пленнику сказал вслух:

— Встань, повернись спиной. Руки назад, — и деловито связал прочным узлом, благо в кармане давно ждали своего часа прочные метровые отрезки верёвки.

В это время и коридора донеслись крики, вопли, послышался топот. Недолгий шум стих, прозвучала команда:

— Обыскать помещения!

Лёшка насторожился. Велел Гарде стеречь пленника, а сам направился к двери. Девушка, о которой в суете он почти забыл, стояла к нему спиной вполоборота, наклонив голову, и занималась чем-то настолько важным, что спохватилась слишком поздно, когда попаданец оказался рядом.

— Ой! — она поспешно опустила задранный подол платьишка, прикрывая трусики, пояс который только что сколола булавкой.

— Могла бы предупредить, — проворчал Лёшка, краснея.

Стройные ноги девушки гармонировали с небольшой грудью и очень приятным лицом. Где-то в памяти парня засело воспоминание о ком-то очень похожем, естественно, из прошлой жизни. Не самое приятное, явно не романтическое воспоминание — это главная окраска и осталась, как след — более важное дело вытеснило из головы всё лишнее:

«Что там случилось? Неужели другая банда напала на этих? Вот непруха! Но Лёву всё равно придётся выручать…»

Приоткрытая дверь и темнота позволили бы незаметно осмотреться, да вот «бы» — как раз и помешало! По закону невезения склад, который напарники облюбовали для ночлега, а разлучённая ими парочка — для странных любовных игр, привлёк внимание и тех, кому поручили обыскивать помещения. Навстречу Лёшке сунулся человек, отчего оба чуть не столкнулись лбами. Фонарь в руке попаданца пыхнул в лицо противника. Тот отскочил в коридор, позвал на помощь: