Энциклопедия творчества Владимира Высоцкого: гражданский аспект - Корман Яков Ильич - Страница 181

Посещение Высоцким церкви запомнил и Вадим Туманов: «В поселке Лиственничном на берегу озера остановились у церкви. Володя хотел войти внутрь, но дверь была заперта. Подошла женщина с ключами. Наверное, заметила, что приехавшие не похожи на шумных туристов. Володя около часа провел в храме, задерживаясь у собранных местными прихожанами старых икон»1046.

Более подробными воспоминаниями об этом визите поделился заместитель Туманова и заведующий базой снабжения старательской артели «Лена» в Иркутске Анатолий Тюркин:

Мы вошли в храм, и поэт преобразился… Давайте всё по порядку. 1976 год, разгар лета. Прилетел Высоцкий и первым долгом высказал желание посетить Байкал, место гибели Александра Вампилова. Сели в мою машину. Кто в ней был? Важа Платонович Церетели — очень любопытный человек, с суровым прошлым каторжанина, Леонид Мончинский и Вадька Туманов. Ну, это сын Вадима Ивановича Туманова, тогдашнего председателя артели старателей “Лена”, где я работал. <.. >

— Кто пригласил Высоцкого в храм?

— Сам попросился. С дороги вдоль Байкала мы ехали по Листвянке, увидел кресты над куполами и говорит: “Толя, туда можно проехать?”. Я отвечать не стал, дал руля влево и поехали. <…> Мы вошли в церковь, и Володя перекрестился… <…> Именно тогда я ощутил: передо мной — христианин, и это не игра.1047

Иеромонах Димитрий (Першин) приводит свидетельство первого чемпиона СССР по каратэ Виктора Смекалина, согласно которому «в последние годы Высоцкий

0°43 Гудцкова С. Мы были друзьями / Записал В. Громов // Высоцкий: время, наследие, судьба. Киев,

1995. № 22. С. 7.

0044 «Четыре четверти пути…» // Культура. М., 1992. 25 янв.

0045 Поповы Н. и А. «Был ли крещен В.С. Высоцкий» // В поисках Высоцкого. Пятигорск: Изд-во ПГЛУ, 2011. № ГС. 92.

0046 Туманов В. «Всё потерять — и вновь начать с мечты…». М.: Изд-во ОАО «Типография “Новости”»,

2004. С. 259.

1047 Высоцкий в храме // Восточно-Сибирская правда. Иркутск. 1991. 7 нояб. С. 4. приходил тренироваться в их клуб [ «Динамо». -ЯК.]. Смекалину было около 20, и он вспоминает, что всех тогда поражало то, что Высоцкий крестился перед едой и в каких-то иных ситуациях. Никто ему ничего не говорил — уважали, хотя и не понимали, потому как были атеистами»[1246].

Журналист Борис Прохоров, навестивший Высоцкого вместе с Вадимом Тумановым 23 марта 1980 года, увидел, вся его квартира была уставлена иконами: «По углам — церковная утварь. Благостные апостолы в полный рост жалостливо протянули длани навстречу друг другу»[1247] (примерно как в «Таможенном досмотре»: «Лики, как товарищи, смотрят понимающе / С почерневших досок на меня»).

Старший сын Высоцкого Аркадий также свидетельствует: «Он был крещен в армянской церкви. Дома у него были красивейшие иконы. При этом рядом стояли две большие католические статуи Спасителя и Божией Матери — как две куклы»[1248].

Да и по словам того же Павла Леонидова, однажды, еще до его эмиграции (а уехал он в октябре 1973-го), после бурного спора Высоцкий «у Маяковки резко повернулся ко мне и сказал, что средство от себя — красиво сказано, но это — пустые слова и что нету средства от себя нигде, а только в себе, но и в себе нету этого средства, а если и есть где-то — то в Боге. Он это говорил отчаянно и без всякой надежды»[1249]51.

Между тем упомянутый Аркадием Высоцким факт крещения его отца в армянской церкви во время поездки в Ереван (апрель 1970) вызывает серьезные сомнения, поскольку единственный источник этой информации — вторая жена Высоцкого Людмила Абрамова: «В начале 1970 года он приезжал ко мне сказать, что едет креститься в Армению. Когда две актрисы с Таганки тайно крестилась в Тбилиси, длинные языки нашлись, и Юрий Петрович это расхлебывал. А если бы крестился Володя, то Юрий Петрович потерял бы и театр, и партийный билет. Володя остался бы неуязвимым — его песни создавали вокруг него силовое поле, но у Любимова были бы настоящие неприятности, а Семену Владимировичу пришлось бы уйти в отставку.

Он просил крест: “Вот ты Веньке подарила!”. Веня Смехов у меня выпросил вот такой величины напрестольный крест, который моя бабушка подобрала, когда в Самаре разрушали храм. Я подарила Володе довольно своеобразную вещь: женский Георгиевский крест, учрежденный для сестер милосердия во время последней русско-турецкой войны. Такой крест был у одной из моих прабабушек»[1250]; «Уже когда мы расстались с ним (наверно, года полтора прошло), он ко мне приехал поздно вечером, вдвоем со своим другом, к сожалению, ныне тоже от нас ушедшим, очень хорошим человеком — Давидом Карапетяном. Тогда, в те годы, это был очень близкий друг. Он тоже написал книгу воспоминаний, но, к сожалению, не написал о самом главном — почему Володя ко мне тогда приехал? Они с Давидом ехали в Армению. Володе хотелось и посмотреть Армению, и он рассчитывал, что он там с кем-то встретится, кому-то споет. Все это так, но главная его цель была — креститься. Почему не в Москве? Володин отец — член партии, Юрий Петрович Любимов — член партии. Уже были случаи, когда в Грузии (в Москве никто не решался) две актрисы Таганские крестились в Мцхете. Ночью поехали — думали, что никто никогда не узнает. Узнали тут же! И у Любимова были большие неприятности, тяжелые разговоры, мучительные. И девочкам досталось, и Любимов хлебнул. И уж если две хорошие, но малоизвестные актрисы вызвали такую реакцию… <…> Где он крестился — я не знаю. Но то, что он крестился и после этого носил нательный крест — это я вам ручаюсь! И есть много фотографий, где Володя с нательным крестом.

Ему (где-то в самом конце жизни уже) Миша Шемякин подарил серебряное распятие. Тяжелое, на роскошной цепочке. И в страшные дни прощания с Володей Семен Владимирович перед всеми извинился и снял с Володи это распятие: вдруг чьи-то фотографии, вдруг кто-то, что-то — пойдут разговоры… И Семен Владимирович с Володи распятие снял.

<…>

Конечно, он не был по-настоящему воцерковленным. Я даже не была уверена — у меня не поворачивался язык его спрашивать: исповедуется ли он, причащается ли он? — не знаю»[1251].

Если принять данную версию, то становится понятным появление в 1971 году «Баллады о бане», содержащей прямой призыв к всеобщему крещению: «Загоняй поколенья в парную / И крещенье принять убеди. / Лей на нас свою воду святую / И от варварства освободи!». Действительно, трудно себе представить, что такой призыв мог исходить от человека, который сам не был крещен. Впрочем, таким же способом можно доказать и обратное: в начале апреля 1970-го Высоцкий посетил Армению, где якобы принял крещение, и вскоре после этого написал «богохульную» песню «Переворот в мозгах из края в край…»: «А Он сказал: “Мне наплевать на тьму!”, - / И заявил, что многих расстреляет. <.. > Что ангелы — ублюдки как один», — последняя фонограмма которой датируется 21 октября 1978 года (домашний концерт у Георгия Вайнера). Да и «Песню про плотника Иосифа» он исполнял до 1972 года включительно. К тому же певец Александр Подболотов, познакомившийся с Высоцким в 1967 году дома у Всеволода Абдулова[1252], однажды оказался свидетелем телефонного разговора Высоцкого с Абдуловым. По воспоминаниям Подболотова (ноябрь 2009), на сетования поэта, что он “без роду, без племени” и “нехристь”, Абдулов ему возразил: «Ты же рассказывал, что в детстве тебя какая-то бабушка водила креститься». Однако, как говорит Подболотов, «Высоцкий отвечал, что пытался узнать у родителей, кто его крестил, но те отвечали уклончиво и ничего конкретного не сообщили»[1253].