Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 210

— Ты знаешь, что тут произошло? — хриплым голосом спросил демон.

Он уставился своими красными глазищами на маленькое существо, за поясом которого находился хлыст повелительницы хаоса. От его взгляда всегда приходили в трепет. Но на этот раз смирт засмеялся, не выказывая испуга, и сказал:

— Конечно, знаю, тут принесли жертву Кураме. — Продолжая довольно смеяться, он спросил: — Ты хочешь ему служить?

— Курамы нет, — рыкнул демон и протянул лапу, чтобы схватить наглеца. Но тут силы оставили его, и он упал на колени, так и оставшись без движения с протянутой рукой, на которой скрючились пальцы.

— Курамы не было, но он вернулся, — громким шепотом произнес смирт и, подойдя к коленопреклоненному демону, погладил того по рогатой морде. — Я вернулся, Варшарг, — и прижался лицом к морде демона. — Ты хочешь мне служить? — прошептал он на ухо гиганту. Тот даже стоя на коленях был выше смирта.

— Хочу, господин! — с надеждой в голосе ответил демон.

— Тогда скажи: «Курама, прими эту жертву», — ласково произнес малыш и нежно погладил Варшарга по щеке.

— Курама, прими эту жертву, — прорычал демон и в ужасе ощутил, как его душа покинула тело и зависла над ним. Он видел, как упало тело маленького смирта, как раскрылась его пасть, и, отчаянно закричав: — Не-э-э-эт! — он втянулся в ненасытную глотку и исчез.

Демон поднялся, довольно осмотрел свое тело и не оборачиваясь захромал в сторону холмов. Он был доволен, новое тело было лучше старого.

Стражники, которые заявились вместе с сбежавшим демоном, после бегства последнего тоже рассеялись, на дворе остались только караванщик и суккубы.

— Листи, пошли! — приказным тоном позвал девушку Алеш и вышел с постоялого двора. Двумя выстрелами он добил суккубу и подошел к лежащему демону.

— Ты, Жаркоб, стал слишком человечным, — сказал он, склонившись над лежащим без движения демоном, влил ему зелье, снимающее парализацию, и поднял его голову. — Как ты мог поверить предателю? — Тон его был спокоен, но в нем слышались нотки осуждения.

Листи подошла и стала водить рукой над телом караванщика. От боли того выгнуло в дугу.

— Не надо, — попросил он, — я не выдержу, стар я.

Во дворе вспыхнуло пламя, и из него вышел простой, но очень черный демон. В руках он держал двухлезвийный топор, сравнимый с ростом демона. На его голове были большие толстые рога, между которыми пробегали искры.

От ощущения неотвратимой беды и опасности Алеш мгновенно перешел в боевую форму метаморфа и принял облик демона. Листи охнула. А следом на них троих обрушилась «скала». От силы черного Прокса и Листи согнуло к земле и припечатало. Алеш почувствовал, что, если демон приложит еще немного усилия, его раздавит в лепешку. А черный демон подошел и остановился рядом с ними.

— Жаркоб, — прогрохотал его голос, — ты решил объявить мне войну?

— Нет, властитель, я пришел предупредить тебя о предательстве Варшарга, — караванщик хрипел, с трудом выдерживая давление.

— С чего бы такая доброта? — усмехнулся черный и ослабил напор.

— Варшарг похитил детей членов братства и отдал их на мучения, я прибыл договориться, — уже спокойнее произнес караванщик.

— Эти с тобой? — показал топором на Прокса и Листи властитель.

— Да, — подтвердил лежащий демон. — Мужчина иномирянин, и у него есть к тебе дело.

— Иномирянин с телом демона? — задумчиво проговорил князь. — Ты знаешь, кто я? — спросил он Прокса.

— Цу Кенброк, один из князей тьмы, — почувствовав некоторую свободу, ответил Алеш.

— Ну что же, приглашаю вас троих в свой замок, — сказал демон, и они мгновенно оказались в большой зале.

ГЛАВА 2

Спутник. Степи орков

Планета, на которой мы с Шизой купили материк, не зря называлась Суровой. Сила тяжести на ней была в полтора раза больше, чем на Земле. Пригодные условия жизни были только на экваторе, и на планете господствовали ураганы.

Ветра огромной разрушительной силы были тут истинными хозяевами. Поднимая огромные волны океанов, они проносили их по побережью, уничтожая всю живность и растительность. Вся природа, казалось, ополчилась на смельчаков, рискнувших организовать здесь свою колонию. Но, несмотря на трудности и опасности, колонисты жили, работали и боролись со стихией и пиратами. Они поставили купола и глубоко зарылись в землю, организовав добычу полезных ископаемых. Они не добывали железо, медь или нефть, они добывали редкоземельные элементы и металлы, которые использовались для производства нейросетей, искинов и реакторов и многого другого. И как только пошла хорошая прибыль, появились стервятники.

Первыми прилетели чиновники конфедерации с предложением вступить в нее. Получив отказ, улыбнулись и улетели. За ними появились пираты и заблокировали транспортное сообщение. Колония была поставлена на грань выживания. С пиратами надо было что-то делать.

Разделавшись с накопившимися делами в княжестве и решив все вопросы быстро и без волокиты, я махнул рукой и вслух произнес:

— А, ладно, дело житейское. Оно само или срастется…

— Или не срастется, — ехидно добавила появившаяся Шиза.

— Что, привела себя в порядок, мадам? Перышки почистила и готова к рандеву? — тем же образом ответил обнаглевшему симбионту я.

— Еще нет, — каким-то томным голосом с придыханием ответила Шиза. И я сразу насторожился. Не к добру это!

— Крошка! — обратился я к ней, чтобы расставить все точки над «и». — Не надо ради меня стараться, мы все равно не станем мужем и женой. — И дальше как можно ехиднее добавил: — Как ни старайся, я не собираюсь заниматься разным непотребством в своей собственной душе.

— Дорогой, тебе нужна забота и ласка, тебе нужна надежная пристань, где ты можешь всегда расслабиться и найти отдых и покой от службы. Тебе нужна настоящая любящая женщина, которая устроит твой быт, создаст уют и будет воспитывать твоих детей.

Я обмер, она говорила почти словами тещи, которая уговаривала меня жениться на беременной Люське, только та еще добавила: «Женись, сволочь, или партбилет на стол положишь!»

От таких заявлений у меня задергался правый глаз, и я прижал его рукой. Потом создал свой шарик с плакатом в тоненьких ручках — «Не беспокоить» и услышал громкий смех проказницы.

— Что, страшно стало?

— Стало! — согласился я, потому что не смог скрыть своего опасения.

— Мы потом вернемся к обсуждению этого вопроса, — важно произнесла она и перебросила меня в степь.

В степи гулял прохладный ночной ветер, качая кусты и траву. По небу плыли облака, низко нависшие над головами, и я подумал, что намечается дождь. Шаман и его команда уже были в седлах и вот-вот должны были тронуться в путь.

Всю ночь мы двигались какими-то странными зигзагами и к утру приблизились к стойбищу еще одного племени.

Стало быть, это и есть племя чахоя, рассматривая раскинувшийся лагерь орков, подумал я. И тут, и у сивучей было приблизительно по пять-шесть тысяч повозок, часть племени двигалась отдельно, чтобы прокормить животных. Тогда в племени будет примерно тысяч двадцать орков, из них пять-семь тысяч мужчин. Всего двадцать племен — это сто тысяч воинов, из них тысяч двадцать пять молодых берсерков, которые отправятся набегом на Вангор или Лигирийскую империю. Значительная мобильная сила против неповоротливой военной машины обоих государств!

Я обошел вокруг лагеря, раскинувшегося на несколько гектаров степи, и занял удобную позицию на холме. Совершил ритуал магии крови и вновь стал видеть глазами шамана.

— Как добрались, уважаемый Сарги Улу? — На меня смотрел крепкий орк с умными глазами. — До нас дошли слухи о вашей болезни.

Сарги Улу поморщился, он знал, что верховный шаман чахоя сам метит в верховные шаманы народа, но вынужден сотрудничать с сивучами. Каждый из них надеялся первым нанести удар в случае борьбы за власть.

— Это просто слухи, уважаемый Кол Рогыр.