Зои (СИ) - Мильберт Саша Н. - Страница 20

Таких мужчин в своей, Зои Васильевой, жизни я еще не встречала. Он не был похож ни на кого, кого я знала там, на Земле.

Неудивительно.

Длинные, белесые, почти пепельные волосы. Цепкий взгляд серо-голубых, слишком светлых, словно припорошенных снегом, глаз смотрел внимательно и как-то… по-доброму? Наверное, доброты во взгляде добавляли едва различимые морщинки в уголках глаз, но мужчину это никоим образом не портило. Наоборот, намекало на опыт и на… хитрость. Прямой, точеный нос. На удивление, черные, густые брови. Легкая небритость на лице придавала немного мальчишеский вид. Но вот жесткий, квадратный подбородок и четко очерченные скулы говорили о том, что характер у этого правителя, скорее всего такой, как надо. Регент был красив. Очень красив.

На вид лет тридцать пять-сорок и такой, что прямо уу-ух и прощай, разум! В такого можно влюбиться с первого взгляда. И наверное, влюблялись и до сих пор влюбляются.

Как ни банально это признавать, от регента Акилы исходила настолько давящая аура власти и силы, что мне захотелось самой преклонить перед ним колени.

Вряд ли ТАКОЙ мужчина заинтересовался бы мною, настоящей Зоей Васильевой, но вот на маленькую Зои Базио он смотрел с высоты своего исполинского роста с огромным интересом. И с каким-то скрытым ожиданием.

Не зная, как себя вести, меня этому не учили, я неловко присела в дурацком книксене. И тут же, запутавшись в длинной рубахе, едва не свалилась.

Мгновенно протянулись три пары рук и…

Быстрее всех оказался Акила.

Прикосновение горячих, на удивление, нежных рук обожгло. Упасть, естественно, мне не дали.

Черт! Не хватало еще растерять мозги! А они мне ох, как необходимы…

Тряхнула непослушной гривой, которую сегодня не заплели, а оставили распущенной до колен. Мысленно отвесила себе парочку оплеух. И, собрав в кучку все неуместные эмоции, приветственно, и на мой взгляд, невероятно искренне улыбнулась.

Улыбка ребенка может разогнать самые угрюмые тяжелые тучи. Поэтому, улыбаемся. Улы-ба-ем-ся!

— Акила! — пробасил «папенька», и Слава богу отвлек от меня столь пристальное, давящее и абсолютно ненужное мне внимание.

Регент, наконец, оторвал свой сканирующий взор от одной, умирающей от страха маленькой девочки и переключился на моих сопровождающих.

— Арель! Армин!

Правитель расплылся в улыбке, а я чуть не задохнулась. Ну, не бывает таких идеальных мужиков! Да у него и зубы все ровные, белоснежные, словно месяцами от стоматолога не вылезал. Вот как так? А губы-то какие красивые! Четко очерченные, слегка полноватые. Совсем слегка. Как раз так, как надо. Мне так и захотелось их потрогать, да так сильно, что кончики пальцев зачесались.

И я тут же опустила глаза в пол. Пусть лучше думают, что девочка смущается, чем читают то, что у меня на лице написано. Еще и наверняка крупным шрифтом.

Черт! А вдруг Акила мысли читает?

Выстроив в уме трехэтажную фразу, я нервно сцепила руки в замок и принялась мысленно считать до ста. Вот дура! Нашла, о чем думать!

Мужчины о чем-то увлеченно говорили, но это проходило мимо моего сознания и внимания. Вот вроде слова знакомые, а ни черта не понятно.

Артефакты… Выбор… Принятие… Раскрытие… Время…

— Пойдем, Зои!

— К-куда?

Акила протянул мне руку.

Что, уже? Я подумала, подумала, и оглянулась на «папеньку». Где там моя группа поддержки?

— Иди, доченька! — «подбодрил» родитель, — и ничего не бойся!

— А ты?

— А я подожду тебя здесь. Мне с тобой нельзя!

Ясно-понятно. Похоже, таким же напутствием «папаша» провожал Зои и на испытание в Лабиринт. И судя по тому, что ни тогда, ни сейчас «маменьки» не наблюдалось, то… короче, бедная девочка!

— Не переживайте, Зои! Все будет хорошо! — поддержал Армин и… подмигнул.

Мне б его уверенность…

Но делать нечего. Акила все еще держал на весу протянутую руку.

Украдкой вздохнув, опустила свою ладошку сверху. Однако, на этот раз ладонь мужчины оказалась ледяной, словно сосульку в руку взяла. И меня прошиб озноб.

Что за?

Даже не рассчитывая, что мне что-то пояснят, удивленно воззрилась на регента, но услышала тихое:

— Так надо.

И мы куда-то очень быстро пошли.

Я была так сосредоточена на своих ощущениях и мыслях, на том, что меня ожидает, что даже не замечала, куда, собственно, идем.

Анфилада безумно роскошных, абсолютно пустых зал. Позолота, лепнина, мрамор… Мне не было до этого никакого дела. Всё пролетало мимо.

Но спустя несколько минут мы оказались в зале, на которую я все-таки взглянула с любопытством.

Если все залы, что промелькнули передо мной, были светлые, то эта была довольно темной. И довольно мрачной. Свет в помещение проникал сквозь высокие, полукруглые окна, почему-то с решетками, и мягко облизывал высокие черные и зеленые колонны с золотыми навершиями, которыми была щедро утыкана эта странная большая комната. Но самое примечательное было не в украшении круглой залы, не в роскошных мраморных стенах и причудливом рисунке, на тоже мраморном полу, а в Троне.

Именно так, Трон. С большой буквы!

Назвать этот Трон мебелью не повернулся бы язык. От предмета исходила такая сила, что у меня возникло ощущение, что я нахожусь рядом с ядерным реактором. Или на космодроме в момент пуска.

Огромный, на нем легко поместились бы несколько акил, еще и пару «папенек» бы умостилось. С зеленым бархатным сидением и спинкой, плавно переходящей в застывшие золотые языки пламени. Трон был прекрасен и ужасен одновременно.

И пока я, раскрыв рот, изумленно таращилась на центральный экспонат, сзади вежливо кашлянули.

— Да-да, — пробормотала я, оборачиваясь, и… заорала!

От моего крика должны были вылететь стекла из помпезных окон.

Твою ж…!!!

Не помня себя, задрав рубаху выше пояса, бросилась бежать к выходу. Но дверь, так любезно нас пропустившая буквально минуту назад, внезапно захлопнулась.

Перед самым моим носом!

Немея от ужаса, я обернулась.

Вместо регента Акилы возле Трона стояло… ОНО. В одежде регента! В черном, расшитом золотом балахоне, с капюшоном на лысой чешуйчатой голове находился долбаный мутант!!! Змея! Огромная змеиная морда с черными раскосыми глазами пришельцев и приплюснутым носом с нескрываемым интересом наблюдала за моей реакцией.

Миг… и приплюснутый нос превратился в длинный, утиный, подобие бровей осуждающе нахмурилось, и я… вдруг зашлась от истерического хохота. Это было так нелепо, что я не могла остановиться… трясясь одновременно и от смеха, и от ужаса.

Еще миг… и змей выскользнул из черной одежды. Длинный, изменивший свой окрас с безликого серого на яркий изумрудный. Размером с анаконду, которую я видела только по телевизору, он медленно подползал ко мне. Показывая во всей красе толстые кольца своего змеиного тела.

А я… не могла сдвинуться с места. И что прикажете делать, если это ОНО захочет меня сожрать? Такой слизнет и не заметит…

Хотя, стоп. Если мыслить логически. Мы сюда зашли вместе с регентом? С регентом! Змей был в его одежде? Был! Значит, змей — регент? Не знаю как, но это долбаный магический мир! Армин сказал, что мне не о чем волноваться. Папенька сказал, что все будет хорошо. А если так, то

— Я Вас не боюсь! Вы не можете мне причинить вред! — выкрикнула я, выбрасывая вперед руку с растопыренными пальцами. Как будто это могло остановить чудовище, если бы мне было суждено стать закуской.

— Вот как? — неожиданно прошелестел змей, извивая черный раздвоенный язык. И мне показалось, что шелестит он как-то одобрительно. — А ты смелая!

Я глупая. Я Вас боюсь до одури. Но, если я это покажу сейчас, все будет зря.

Именно такие мысли накатили одномоментно и показались очень правильными.

— Я хочу, чтобы мои родители мною гордились!

В памяти вдруг всплыли слова, которые против моей воли, вырвались у ничего не соображавшей меня после испытания в Лабиринте.

— Они будут, Зои! Обязательно будут! — тихо сказал уже регент Акила, за какую-то долю секунды принявший облик человека.